Мерзкая семерка
Верена заметила рыжеволосого воина, не спеша идущего к ним с копьем в руке и щитом в другой. За ним плелся десяток ополченцев с угрюмыми лицами, но алхимика среди них не было.
– Твое морское высочество, – приветствовал ее Тиарнах, изобразив небрежный поклон. – Помощь требуется?
Обвивший шею Верены слинкс зашипел на него. Тиарнах зашипел в ответ. Белый зверек выглядел оскорбленным.
Королева пиратов гневно посмотрела на воина.
– Почти так же забавно, как найти дерьмо в супе, вонючий дикарь. Будь любезен, скажи, ты же не оставил мерзкого душегуба предоставленным самому себе?
Воин поскреб бороду грязным ногтем.
– Не мое собачье дело с ним нянчиться.
Она положила руку на рукоять кинжала на поясе.
– Тогда я разберусь с ним сама.
Тиарнах пожал плечами.
– Так пойди разберись. Я уже получил от мелкого гада все, что хотел. Пусть теперь его головой украсят ржавую пику, мне все равно.
Эстеван перевел взгляд на своего лорда – тот принюхивался к воздуху.
– Приближается враг, – сказал Лоример. – Наступило время последних приготовлений.
И вампир зашагал в сторону Черной Герран и Амогг, смотревших на юг со стены.
– Я немолода и с одной рукой, – обратилась к Эстевану Верена. – Я буду бесполезна в бою. Поэтому лучше пойду займусь другой маленькой проблемой. – Она обернулась к пиратам: – Алива, ты и еще трое со мной. А остальные – займитесь делом. Те сухопутные свиньи понятия не имеют, как нужно драться, вы поможете им выстоять.
– Есть, моя королева, – сказали они и пошли к стене.
Алива и еще трое последовали за королевой, не отрывая рук от рукоятей оружия.
– Я много слышала о том человеке, его называют безумным алхимиком, – заговорила Алива, когда они миновали храм и повернули к мастерской Джерака Хайдена. – Насколько он опасен на самом деле? Каким оружием он сражается?
– Скорее всего, он безоружен, – сказала Верена. – Но не теряй бдительности. По-своему он так же опасен, как и принц Сокол. Он не задумываясь травил целые города ради того, чтобы изучать реакцию тел на яд. Мужчины, женщины, дети и даже домашний скот – все для него не больше чем способ утолить жажду знаний. Из всех, кто служил Черной Герран при покорении Эссорана, его одного я назвала бы неисправимым чудовищем. Даже хуже Мейвен.
Черная Герран кивнула Лоримеру Фелле и Тиарнаху, когда те присоединились к ним с Амогг на скрипучей дорожке, проложенной наверху бревенчатого частокола. Они смотрели на войско Империи света, которое, следуя за одетыми в меха разведчиками, тучей поднималось на горный хребет к югу от города. Показался знаменосец в кипенно-белом плаще и с серебряной цепью, белый флаг с золотыми лучами Светлейшей развевался на длинном шесте с медным навершием. Знаменосец установил его совсем рядом с демоническим знаком Черной Герран. Вслед за ним появился сам принц Сокол в доспехах, сверкающих серебром, и с опущенным золотым забралом в форме соколиного клюва.
Мейвен растолкала в узком проходе потных и трясущихся ополченцев. Заняв место рядом со своим генералом, некромантка всмотрелась в далекого принца Сокола. Ее ногти до крови впились в ладони.
– Вы уверены, что эти ублюдки не станут брать нас измором? – спросил Тиарнах, надевая подобранную кольчугу и шлем и покрепче затягивая ремень. – Еще больше таких на севере, всего в дне пути.
– Я сомневаюсь, что они остановятся даже просто поговорить, – отозвалась Мейвен. – Они самоуверенны и нападут немедля, как и решили. Злоба принца Сокола заложена в самой его природе. Он считает себя и свою проклятую Богиню непобедимыми. Ему даже в голову не придет, что он может потерпеть поражение.
– И еще огонь позволяет легко убивать, – добавила глава племени орков. – Амогг говорит, маленькие человечки опасаются драться топор к топору.
– На сей раз перед нами множество инквизиторов, – сказал Лоример. – Как вы собираетесь их встречать?
– Я – никак, – ответила Черная Герран. – Теперь, после морского боя Верены, мы знаем, на что они способны, и большинство умрут прежде, чем окажутся на расстоянии полета стрелы от Тарнбрука.
Черная Герран не сводила глаз с человека, идущего разрушать то, что сорок лет было ей домом. Принц Сокол остановился. Его скрытое шлемом лицо обратилось в сторону Черной Герран и Мейвен. Он, казалось, содрогнулся, увидев их, но потом извлек и высоко поднял свой меч. На нем вспыхнуло пламя, и принц Сокол направил его на Тарнбрук. Его люди прибавили шаг.
Черная Герран ахнула, ноги у нее подкосились, так что ей пришлось ухватиться за руку Мейвен.
– Они остановились именно там, где мне нужно.
Ее губы искривила гримаса боли, а все тело сводило судорогой. Под городом задрожала земля. По краям долины со скал посыпались валуны.
С губ, из глаз и носа Черной Герран потекла кровь, и она повисла на руке некромантки. Судороги усилились, каждый мускул напрягся. Наконец напряжение схлынуло, она застонала и утерла лицо носовым платком.
– Идет великий демон. Генерал князя Шемхарая Малифер поднимается из горящих глубин Хеллрата.
Дрожь земли становилась сильнее. Слыша, как горожане вопят от страха и удивления, Амогг проревела:
– Это на нашей стороне! Большой демон идет, чтобы пожрать мелких людишек!
Ополченцы растерянно перетаптывались с ноги на ногу, не понимая, успокаивает их Амогг или наоборот.
– Пора убирать со стены большую часть наших сил ближнего боя, – сказал Эстевану Лоример. – Это место уже пропиталось страхом. Чем меньше горожан увидит это, тем лучше.
Три четверти тарнбрукского ополчения и вооруженных гражданских были выстроены отдельными группами близ стены и готовы оборонять любую возникшую брешь. А оставшиеся на стене взвели луки и взялись за оружие, ожидая, когда приблизится враг.
– Началось, – сказала Черная Герран, указывая на вершину холма, где шатались, падали и роняли оружие солдаты Империи света. Строй рассыпался, и Черная Герран засмеялась, брызжа каплями крови. Под ее колдовскими знаками вздыбилась земля, поднимались и раскалывались каменные пласты, из глубин на поверхность пробивалось что-то огромное.
Обжигающие струи и облака зловонного пара вырывались из разломов в земле. Люди падали с красными обожженными лицами, а другие задыхались, хватая воздух, как вытащенные на берег рыбы. Языки огня взметнулись до неба, и все ощутили вонь серы и тухлых яиц.
Кучка бритоголовых жрецов возвысила голоса в молитве Светлейшей о защите от всякого зла. А из пропасти среди потока камней поднялись две грубые руки, красные и чешуйчатые, каждая величиной с дом. Руки ударили с двух сторон так, что задрожала земля, а жрецы были смяты в кашу. В склон холма вонзились длинные черные когти, показалась длинная и ужасная крокодилья морда с клыками – из зияющей раны земли в мир смертных вышел демон, генерал Малифер. Он вставал на две ноги, опираясь на две руки, но на этом сходство с человеком заканчивалось. Выпрямляясь, он достиг высоты колокольни Тарнбрука, а вместе с тянущимся за ним хвостом был втрое длиннее – титанический демон в шипастых доспехах кованой стали, с тяжелой булавой размером с дерево и навершием как стенобитный таран. Дым и пламя вырывались из клыкастой зияющей пасти, а когда он окинул взглядом окружающий пир из кусков человечины, изо рта стала капать слюна. Его длинный бугристый хвост хлестнул по склону холма, раздавив еще несколько человек.
Перепуганная и рассыпавшаяся армия Империи света в беспорядке отступила, суетясь, как муравьи под сапогом гиганта, готового растоптать все живое. Ополченцы Тарнбрука на стене побледнели и крепче сжали оружие. Сталь звенела, скрипела кожа – люди в ужасе молились Старым богам, чтобы этот монстр уничтожил только врагов.
Длинная и плоская нечеловеческая голова генерала-демона обернулась в сторону Черной Герран, немигающие ярко-зеленые глаза были четко направлены в глубины ее души.
– Это царство принадлежит теперь князю Шемхараю, – проревело чудовище.