Мерзкая семерка

Армия расставила палатки на плоском участке сразу за стеной, раненых положили и начали лечить.
Безумный алхимик со сладострастием пробежал пальцами по шкатулке в руке. Облизал губы и начал с радостным предвкушением ждать.
Когда вспыхнули полевые костры, а измученные люди наконец расселись, чтобы съесть свои пайки, считая себя в безопасности за новыми укреплениями, Черная Герран кивнула алхимику. Джерак повернул латунную кнопку и нажал на рычажок.
Мир под их ногами содрогнулся.
Шпиль храма тряхнуло, он опасно накренился, а воздух наполнился пронзительным смехом алхимика. Стена на севере больше не существовала. По всей ее длине взметнулось яростное синее пламя, во все стороны полетели щепки, камни и ошметки тел.
– Да ты просто гребаный монстр, – сказал Тиарнах со смесью отвращения и восхищения.
– В этом нет славы, – проворчала Амогг.
Джерак Хайден не подал виду, что это услышал, он был поглощен результатами своих усилий и применения знаний.
Мейвен и Черная Герран охнули и вцепились в каменный парапет. Они посмотрели друг на друга полными ликования глазами. Массовое кровопролитие высвободило темные силы, и смерть вливалась в них обеих через ритуальные костяные талисманы, спрятанные у стены.
Для некромантки человеческая душа была мощной сущностью, магическим центром силы, созданным вселенной, она пронизывала и наполняла жизнью каждую частичку человеческого тела. Даже если отсечь руку или ногу, душа в ней останется и будет помнить о теле, поэтому возникнут фантомные боли и зуд. По тому же принципу недавно отрезанные волосы и ногти можно использовать, чтобы околдовать их бывшего обладателя, как бы далеко он ни был. Оставшаяся душа связана с главной, в теле.
Естественная смерть от старости и болезней – это медленное угасание души – человеческая душа мало-помалу покидает тело. Убийство и внезапная смерть выглядят совсем по-другому: связь между телом и душой преждевременно прерывается, и оставшаяся без плоти душа обладает огромной мощью. Обсидиановый нож на бедре у некромантки нагрелся, впитывая души.
Мейвен задрожала и прикусила губу. Если бы она попыталась забрать столько силы в собственное тело, то немедленно взорвалась бы, разукрасив стены своими ошметками. Нож вибрировал, становясь все ближе к пробуждению. Высвобожденная сила не могла сравниться с мощной душой, Мейвен требовалось нечто большее, чтобы пробудить в ноже его подлинные возможности.
Что касается Черной Герран, ее демоны действовали быстро, утаскивая нерасторопные души в глубины Хеллрата, прежде чем их захватит смертельное прикосновение некромантки. Если Мейвен забирала основную часть душевной сущности, для Черной Герран важнее была кровь, приправленная болью. Ее демоницы выпивали весь ужас и мучения, которые она устроила для врагов, и превращали их в грубую силу.
С помощью своего магического искусства она вызвала демонические знаки, которые готовила несколько недель перед битвой. Магия вырвала всю жизненную силу из кровавого месива на поле боя и подчинила себе. Образы пульсировали в ее сознании, ослепляя силой, вращаясь вокруг поля брани, видимые только Черной Герран. Все быстрее и быстрее, пока не превратились в кричащую и размытую силу. Раздался гром, проникший в самые глубины земли и разбивший сотни дверей между Эссораном и Хеллратом, открывая путь для чего-то огромного и могущественного. Она воззвала к князю Шемхараю и сообщила ему, что готова наконец выполнить старое соглашение. Предложила свой мир демону, которому принадлежала ее душа. В глубокой и жгучей тьме князь Шемхарай разгневался на ее опоздание, но принял мольбу и послал своего могущественного генерала, чтобы тот расширил пути между мирами.
Черная Герран содрогнулась.
– Вот теперь мы готовы сразиться с принцем Соколом.
– Может быть, – сказал Лоример. – Но когда мы с ним разделаемся, кто будет разбираться с тем, что натворили вы вдвоем? У меня мурашки по коже от вашего колдовства, и все здесь знают, что ничего хорошего от него ждать не приходится.
Черная Герран провела дрожащими пальцами по коротким седым волосам с красными кончиками.
 
– Ты прав, лорд Придела теней, от нашего колдовства исходит нечто на самом деле жуткое. В сущности, мы в шаге от конца всего мира. Я разбила ворота в Хеллрат, и к нам приближается генерал Малифер, посланник князя Шемхарая. Я натравила на Империю света одного из самых могущественных демонов.
 
Часть третья
 
Тьма поглощает свет
  
Глава 28
 
Полуденное солнце выжгло полосы густого морского тумана, и впередсмотрящий «Шквала злобы» заметил с «вороньего гнезда» полдюжины кораблей Империи света, идущих на юг, к каменистому побережью, с такой скоростью, словно от этого зависит их жизнь. Похоже, в тумане они потеряли остальной флот. Бедные телята, отбившиеся так далеко от стада…
Королева Верена Авилданская отдала своей флотилии приказ преследовать врага. Пять быстрых и вооруженных до зубов кораблей погнались за неопытными имперскими капитанами и перегруженными неповоротливыми судами, которые стремились в море в тщетной попытке оторваться – на берегу для них не было безопасной гавани до самого Тарнбрука, а Верена уж позаботится, чтобы враги никогда туда не добрались.
Ее корабли быстро нагнали врага, а катапульты и баллисты осыпали его горящими снарядами. От полыхающих, тонущих кораблей в небо взвились столбы черного дыма. В воздухе появился привкус горящего дегтя, приправленный солью слез мертвых и умирающих. Грохот волн с белыми барашками не мог полностью заглушить крики.
Пока «Шквал злобы» приближался к последнему вражескому судну, Верена стояла на палубе и жевала чернокорень, его сильный вкус отбивал вонь горелого мяса и разочарование от потери кораблей и золота. Она плюнула за борт и крикнула:
– Стреляй!
Плечо катапульты ухнуло вперед, и по воздуху со свистом пронесся пылающий шар. Он пролетел над водой по дуге и рухнул на корабль Империи света. Это было не ценное судно обоза с товарами, оно было забито обреченными на смерть солдатами.
Снаряд угодил в мачту и сломал ее, обдав человеческий груз липкой горящей смолой. Люди загорелись первыми, льняные и шерстяные подлатники охватило пламя. Некоторые солдаты бросились за борт, предпочитая утонуть, нежели сгореть заживо. Многие были в доспехах, головы и руки несколько секунд еще качались на волнах, прежде чем вес стали утащил солдат в молчаливые глубины.
Верена дождалась, пока на остатки команды горящей массой обрушатся паруса и мачта. Затем махнула лучникам опустить луки. Нет нужды попусту тратить стрелы на обреченных сухопутных крыс. Ее команда не разразилась радостными криками при виде погибающих врагов, для любого моряка огонь – это кошмар. К тому же это было не благородное пиратство, когда у захваченной команды есть шанс быть выкупленной и вернуться к своим родным и лордам, – это была бойня. Верена порадовалась, что ее семья благополучно вернулась домой, в укрепленное поместье на Авилданских островах, как можно дальше от опасностей.
«Шквал злобы» и остальные корабли Верены оставили потопленный флот, не обращая внимания на крики выживших, обреченно хватающихся за обломки, пока на них обрушивались волны. Некоторым, возможно, удастся продержаться достаточно долго, чтобы их прибило куда-нибудь к берегу, но Верена в этом сомневалась. В это время года здешние воды холодны и кишат акулами, и есть еще кое-что пострашнее акул – твари, заглатывающие этих хищниц целиком.
Через час, идя курсом на север, она заметила лес парусов и мачт с развевающимися вымпелами с эмблемой шипастого хлыста – основной авилданский флот. На грот-мачте «Шквала злобы» подняли сигнальные флажки и с помощью мигающих фонарей передали приказ следовать за королевой на север и присоединиться к двум флотилиям, которые она отправила вперед, чтобы присматривать за передвижениями врага.
Она не ожидала встретить сильное сопротивление со стороны врага. Всего десять лет назад Империя света была заперта на суше, ее опыт мореплавания ограничивался спокойными водами единственного крупного озера Эллсмир. Лучших моряков набрали в результате недавних завоеваний, когда империя подчинила себе города-государства и мелкие королевства на северном побережье. Флоту не хватало преданных капитанов и умелых моряков, подготовленных к морскому бою.