Секретарь старшего принца 3 (СИ)

– Не думайте ни о чём, – с нежной улыбкой посоветовала Лириния. – Вы такой красивый, когда не хмуритесь.
Всё же потрясающая женщина, хоть и не слишком умная: так спокойно чувствовать себя при лежащем на коленях раздражённом драконе.
Не думать… есть техники, позволяющие отстраниться от всего настолько, что вроде и не думаешь, но сейчас не до расслабления: ещё неизвестно, как скоро и с какими последствиями остынет Элор, да и с Дарионом тоже непонятно.
Отдельно пришедших клиентов, если они не договорились о встрече, обычно держат раздельно, так что случайное столкновение имитировать сложно, а я, помня первое пожелание Дариона, на входе не просила, чтобы его отвели ко мне или меня к нему. Он, конечно, мог подойти сам, но это привлекло бы к нам внимание.
Существовал другой способ поговорить: тайные интимные встречи для мужчин, скрывающих свои нестандартные пристрастия. Интересно, Дарион будет пробиваться ко мне или обратится к хозяйке с просьбой организовать нам совместное уединение с каким-нибудь юношей?
Если смотреть с точки зрения логики, то предпочтительнее уединение: факт разговора между клиентами не относится к числу тщательно оберегаемых тайн, как и пользование девушкой одновременно, если мы решим такое имитировать. А вот имена купивших уединение с мужчинами-работниками данного борделя скрывались так тщательно, что мне за семь с половиной лет не удалось узнать ни одного. Сама эта услуга была мне предложена в устной форме весьма деликатно.
Но для использования такой формы встречи Дариону надо сказать, что он хочет близости с мужчиной. А мне придётся осваивать новые нестандартные фантазии, чтобы вписать работнику соответствующие воспоминания.
Напиться бы, но, увы, мне это ничем не поможет, скорее помешает. И пока утешением были только мягкие колени, ласковые руки и аура нежности и сочувствия Лиринии. Так бы лежала и лежала…
– Вам послание, – успокаивающий голос нарушил мою задумчивость, и Лириния протянула только что прилетевший конвертик. Зажмурилась, давая возможность спокойно прочитать написанное.
Записка хоть и имела магкаллиграфические символы, но сама не разложилась, пришлось её развернуть. На грудь мне выпала плоская чёрная таблетка. Текст был написан ажурным почерком:
«Желаете ли вы присоединиться к тайному увеселению вашего друга барона Д.? Если желаете, дайте эту таблетку вашей девушке, встаньте в круг в углу комнаты и телепортируйтесь по открытому каналу».
Записка развеялась прямо в моей руке, словно её и не было. Довольно эффектно. Я подняла таблетку и протянула зажмурившейся Лиринии. Что ж, теперь я знаю, как вычислить любителей тайных увеселений: у некоторых девушек были воспоминания о том, что их поили или кормили чем-то, после чего они засыпали, и это позиционировалось как пристрастие данных клиентов к обладанию спящими женщинами.
Послушно открыв рот, Лириния охватила мои пальцы губами, подцепила языком таблетку. Та вспенилась на её языке, а в следующее мгновение Лириния безвольно откинулась на спинку дивана.
Мгновение помедлив, я поднялась, уложила её на диван. Приподняла полупрозрачный подол, раздвинула ей ноги… что ж, выглядело относительно правдоподобно.
Круг в углу был бледным, почти незаметным узором на паркете. Едва начав читать заклинание телепортации, я ощутила направляющий поток и нырнула в него.
Меня вынесло в озарённую свечами просторную красную комнату без окон и дверей. По крайней мере, так показалось на первый взгляд, а дальше внимание привлёк Дарион, сидевший на устланной шёлком кровати. На скуле кожа у него была неровной, мятой – похоже, император достал его, ещё и магии в удар вложил столько, что целебное заклинание действовало медленно.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Без мундира Дарион выглядел по-прежнему непривычно: распахнутая мятая рубашка, открывавшая плохо заживающий шрам на груди и ментальный амулет, совершенно дикие для главы дворцовой безопасности кожаные штаны. Непослушные волосы окружали голову пушистым ореолом, разметались на широченных плечах.
 
Но тяжелее всего был взгляд Дариона: растерянный. Взгляд существа, которое не знает, что делать и куда идти.
За ним, таким огромным и таким непривычно уязвимым, я не сразу заметила хрупкого женоподобного юношу, лежащего на шёлке простыней. Работник борделя спал и, подозреваю, целебным магическим сном с подачи Дариона.
Я подошла вплотную к постели, прижалась коленом к высокому краю. Дарион смотрел на меня, а я огляделась: ширма, таз и кувшин для умывания, столик с фруктами и вином, шкуры на полу. Здесь было уютно. Комната пропиталась страстями, желаниями – я уловила их отголоски, и среди них не обнаружила ни одного намёка на то, что за нами следили.
Дарион развёл руки. Тут же половину досок пола свернуло вместе со шкурами, и камни с землёй просунулись в проёмы. Каменно-земляная волна растекалась, поднималась вдоль стен, облепляя комнату всю вплоть до потолка. Эта масса покрывала светильники на стенах, оставив нам только трёхрогий подсвечник на столике с фруктами и вином, но с ним одним стало на порядок темнее.
Отблески огня сверкали в тёмных, потерянных глазах Дариона. Наконец каменно-земляной панцирь сомкнулся на потолке, и я спросила:
– Что случилось?
Некоторое время Дарион медлил, подбирая слова, и это лишний раз показывало, как неожиданно, странно всё это было. В сиянии свечей он выглядел старше.
– Мои притязания на Заранею – лишь предлог убрать меня из дворца.
– Но почему она не отрицала это? Почему ты не объяснил, что это ложь?
– Я не могу. Мой заместитель Халанхар видел нас. – Дарион поднялся. Такой огромный, так похожий на только что проснувшегося медведя. – К счастью, ему не хватило выдержки наблюдать долго, и он не понял, кто ты на самом деле. Но если я буду отрицать эту ложь о моих чувствах к Заранее – он расскажет о нас правду. А это… сама понимаешь, закончится большими неприятностями и для меня – всё тем же изгнанием из дворца, только без надежды на возвращение.
Да, известие о любовной связи между нами будет тем ещё скандалом (и страшно представить реакцию Элора), а уж если потом я окажусь избранной наследника – Дариона и близко к дворцу не подпустят. Но за время до отбора он может найти способ заткнуть Халанхара и вернуться с моей подачи.
Я понимала, зачем это делал Халанхар: желал получить место Дариона. Но не представляла, как в это ввязалась леди Заранея. Или её ввели в заблуждение рассказами о белокурых миниатюрных девицах, которых Дарион здесь себе заказывал?
Подумав об этом, я покачала головой и уверенно возразила:
– Леди Заранея обязательно начнёт разбираться, поймёт свою ошибку, и тогда…
Дарион схватил меня за руки и посмотрел в глаза:
– Ты не понимаешь: именно Заранея поставила такое условие, это она всё устроила, а Халанхар шпионил за мной по её приказу.
Он это сказал. И мир будто пошатнулся. Я замотала головой:
– Нет, ты ошибаешься, ты что-то не так понял или Халанхар тебя обманул, леди Заранея…
Прижав меня к своей широченной груди и тем заставив умолкнуть, Дарион сорвал с себя ментальный амулет.
– Это всё устроила леди Заранея.
Мне даже не надо было ощущать его эмоции, по голосу и так было понятно, что он говорит правду – или искренне верит в то, что говорит.
– Леди Заранея не могла совершить такую подлость, – возразила я. – Она добрая и справедливая, она бы никогда…
– Ри, ты уверена, что это твои собственные, а не внушённые мысли?
 
Вопрос и страх Дариона поставили меня в тупик. Я вопрос даже обдумывать толком не могла, настолько он казался нелепым: леди Заранея не менталист и не серебряный дракон, она никогда на меня не влияла, я бы почувствовала, и она хорошая, она на нашей стороне.
– Надо только сказать ей, и она во всём разберётся, оправдает тебя, наверняка её ввели в заблуждение…
Поймав себя на том, что говорю будто это без участия разума, я плотно сомкнула губы. На невыносимо долгое мгновение мне вдруг стало жутко: казалось, я нахожусь под воздействием, под чужой установкой. Но это мгновение кончилось, и я нырнула в свой разум в поисках следов чужого ментального влияния. Леди Заранея никогда не атаковала меня ментально, но вдруг это сделал кто-то другой, чтобы её подставить?