Секретарь старшего принца 3 (СИ)

Золотоцвет крайне редок, его почти не осталось.
– Снотворное прибыло, инструкция внутри, – отчитался управляющий. – Какие будут распоряжения?
Он ничем не выдал, что заметил мои изрезанные когтями ладони. Я схватила шкатулку и прижала к себе, не обращая внимания на боль в руках.
– Наших гостей если захотят – накормите ужином, для меня и госпожи Энтарии принесите ужин в её покои. Меня не беспокоить ни при каких обстоятельствах, если будут спрашивать – мы с ней уединились и никого принять не можем.
Я не смогла оценить его эмоции – настолько меня одолевали собственные.
Путь к комнате Энтарии Ларн я не помнила – сначала прошла в соседнее крыло, а потом, словно по видимой только мне нити, двинулась на пульсацию её тёмных, болезненно-обиженных чувств.
В гостиной её апартаментов заметила лишь светлый тон убранства, вмятины на стене и расколотый в щепки стол под ней – похоже, в приступе ярости Энтария его швырнула. Она и мне что-то хотела сказать, но боялась. Если Сирин Ларн в порыве чувств не замечала ничего вокруг, не улавливала моего гнева, то Энтария сразу насторожилась. Она пристально смотрела мне в глаза, но нет-нет, да косилась на шкатулку.
– Слушай меня внимательно, – резко, с нотами управления, произнесла я. – Слушай и подчиняйся. Сейчас я займу твою спальню. Ты не будешь туда входить, не попытаешься подглядеть, чем я занят. Ни при каких обстоятельствах ты не станешь открывать дверь или окно туда. Сама ты останешься в этой гостиной охранять мой покой. Сюда принесут ужин на двоих. Ты его возьмёшь и поешь. Если обо мне спросят, скажешь, что я в купальне, и никого не пропустишь внутрь, даже если это будет сам принц Элоранарр.
Точно безвольная кукла она внимала моим словам. Слишком сильно я на неё надавила, невольно, чисто рефлекторно, добавляя ментальное воздействие. Но так даже лучше: она всё исполнит верно.
В спальне было темно: закрытые портьеры, почему-то не зажёгшиеся магические сферы под потолком. Я активировала их заклинанием и осмотрелась: со стен свисали обрывки вспоротых когтями шёлковых обоев, на полу валялись обломки книжной полки, кресел, прикроватного столика, столбики для балдахина. Относительно нетронутой оставалась только измятая кровать со сломанными «клыками» подпорок.
И запах – мне жутко не понравился тяжёлый, резковатый запах.
Затворив двери в спальню, я наложила на них запирающее заклятие. Таким же укрепила окно и добавила затемнение, лишь потом сообразив, что портьеры делали последнее заклинание бессмысленным.
Под моими ногами хрустнули осколки посуды. В следующий миг в углу заскрипели и заскрежетали поднятые телекинезом обломки мебели. Одним махом я снесла их в сторону, очистив угол и край ковра. Именно на ковёр я присела и раскрыла выставленную перед собой шкатулку. Двенадцать хрустальных бутылочек. Чёрные этикетки покрыты золотыми красивыми буквами. Инструкция прилагалась отдельно – на плотной бумаге, написанная с невероятной помпезностью, мешающей воспринимать суть сказанного. Но я разобралась: для драконов – пить не больше бутылочки в сутки. В бутылочке – пять порций, отмеченных засечками.
И действительно на стекле виднелись отчётливые зарубки, делящие содержимое на пять частей. Выдернув пробку, я отпила чуть больше терпко-сладкой порции, вернула бутылочку на место. За спиной зашелестели крылья. Одно я выстелила на ковре, легла и накрылась вторым.
Всё, о чём я мечтала – просто уснуть и не думать об Элоре, Неспящих. Ни о чём.
____
* Рода второго порядка – правящие рода, связанные вассальной клятвой с родом главы страны своего проживания. Обладают правом судить на своей земле, взимать налоги, издавать законы, не противоречащие общегосударственным.
Глава 21
Флакон. Почему-то перед моим лицом лежал пустой флакон с чёрной этикеткой и золотыми буквами. В гранях тускло отражался свет, преломлялся в небольших засечках. Чужой запах. Разломанная мебель, разодранные в клочья обои… И я не ощущала поблизости Элора. Дёрнулась, запуталась в крыльях. Бешено застучало сердце, дыхание перехватило. Перепонки охватили слишком плотно, я задыхалась, крылья стискивались сильнее. Убрать! Я не могла убрать свои же крылья!
 
«Спокойно!» – я бы кричала, не перехватывай так дыхание. Глаза жгло слезами, я не понимала, где я, что со мной. Судороги сковывали мышцы, выгибали. Дар не подчинялся, я не могла призвать помощь. Почему Элора нет рядом, я же должна спать в его башне! Стиснув зубы, вся сосредоточилась на крыльях, сконцентрировалась, приказывая им втянуться, затаскивая и растворяя их в жалком человеческом теле.
Освободившись, метнулась в угол, вжалась в холодные стены, огляделась. Комната незнакомая, эти обои изодранные, кровать со сломанными столбиками балдахина. Под потолком из последних сил светила тусклая магическая сфера.
Зубы выстукивали дробь, меня потряхивало. Я оглядывалась по сторонам. Лишь рядом со мной было относительно чисто, а везде – обломки и обрывки. Целой осталась только шкатулка с символом лучшей аптеки Столицы. В памяти вспыхнули образы: я забираю эту шкатулку у управляющего. Энтария. Это её комната! Я выпила снотворное. Проснулась от кошмара с Элором и Неспящими, снова выпила, и ещё, и рассветный кошмар запила зельем.
Я в своём столичном особняке!
И Элора рядом нет – я это точно ощущала.
Тихо. В доме слишком тихо.
Горло сдавило, сердце зачастило: что, если Неспящие пробрались сюда? Вдруг они пришли закончить дело, опять их никто не остановил, и пока я спала, остальных убили? Сейчас выйду из комнаты, а там всё залито кровью…
Меня сковало ужасом, голову будто стальным обручем охватила тянущая боль, в глазах потемнело. Я судорожно пыталась дотянуться до кого-нибудь ментально, но не хватало концентрации.
«Их здесь нет, Неспящих здесь нет», – пыталась повторять я. К горлу подступила тошнота, всё кружилось. Я упёрлась ладонями в пол, видела искажённые моими слезами серебристые когти на светлом ковре.
– Успокойся, – прохрипела, не в силах использовать даже управляющие ноты. – Успокойся.
Многоликая туже охватила мою талию, и это её движение, безмолвные объятия пробили лёд охватившего меня оцепенения, я смогла вдохнуть, я поняла, что это только приступ паники, такие часто случались со мной первое время после гибели семьи, я научилась с ними справляться, справлюсь и сейчас.
Пусть я не ощущала присутствия Элора, но могла позвать его по метке. У меня была Многоликая. И Жаждущий крови хоть не любил меня, считал недостойной, не отказался бы хлебнуть крови вампиров, явись они сюда.
По телу снова забегали странные ощущения – предвестники будущего неистового возбуждения и крайней чувствительности кожи. Я успокаиваюсь, раз брачная магия мягко напоминает о размножении… и ей всё равно, что Элор просто не позволит мне, не избранной, от себя понести.
Перед глазами поплыло, я зажмурилась, пережидая приступ дурноты. Снова меня замутило, желудок скрутило до рези, я обхватила себя руками. Не стоило суточную дозу зелья выпивать за ночь. Я старалась дышать глубоко. Но от тяжёлого запаха комнаты становилось ещё хуже…
Попыталась встать, но ноги подогнулись, когти скользнули по стене под треск обоев, и я рухнула на колени. В голове пульсировала боль, неконтролируемые слёзы прорывались сквозь ресницы, капали на ковёр.
– Это пройдёт… пройдёт… обязательно пройдёт.
Боль смешивалась с возбуждением, так хотелось сбежать, спрятаться, скрыться. Остановить это. Но переспать с Элором и зачать от него я не могла, да и не нужно мне это.
 
Яд… можно выпить яд, сильнейшее отравление в теории способно приостановить механизм размножения, показав телу, что сейчас не время для брачных дел. Но дракону отравиться до такой степени сложно, нужно использовать большие дозы действительно опасных ядов, и за процессом должен следить целитель-дракон, только у него хватит сил меня вытянуть, если что-то пойдёт не так. А для меня ещё и дозу трудно рассчитать, потому что непонятно, что там с моей истинной формой, насколько крепка наша связь.