Секретарь старшего принца 3 (СИ)

Он снова постучал. А я смотрела на горку амулетов. Их было раза так в три больше, чем сожжённых в ту безумную ночь. Оправленные в золото, серебро и платину магические кристаллы в виде драгоценных камней тускло блестели. Я запустила руку в сокровища, выискивая ментальные.
Глава 12
Да, Элоранарр терпеть не мог менталистов, но наших амулетов принёс чуть не половину. Даже созданные дедушкой и отцом нашлись – я ощутила родную силу, потянула к себе кольца, браслеты, подвески.
Тук-тук.
Тихо позвякивали амулеты, я нанизывала кольца и браслеты на руки, прятала подвески под кружевной воротник. Хуже было с амулетами воды – я почти не ощущала этот вид магии, пришлось вывалить драгоценности на пол. Как они блестели, фонили. Среди них хватало кристаллов на чистое поглощение магии.
«Если бы они были на мне в ту ночь, у нас могло бы…» – я торопливо прогнала эту мысль, не дав ей завершиться.
– Халэнн…
Голос Элоранарра был таким неожиданно бесцветным, что я застыла. А потом стала распихивать амулеты по карманам, привешивать на Многоликую, покладисто отращивавшую себе петельки для них. Потом разберусь, какие амулеты мне достались, сейчас главное фонить магией воды, а если добавятся другие стихии – только лучше: меньше шансов разоблачения, если кто-нибудь будет настолько нагл, чтобы меня прощупывать.
Собрав под мантией всю эту гору амулетов, я поднялась и наконец открыла дверь.
Мертвенная бледность Элоранарра и диковатый вид становились подозрительно привычными. Как и желание прижаться к нему.
Не сделав вдоха, я отступила, стараясь не уловить такого притягательного и желанного аромата.
– Можно войти? – Неуверенность. Чувство вины. Надежда – кажется, в его голосе отражался этот набор.
Я не дышала, давила бушующее внутри желание.
Идти на отбор или не идти?
– Я хотел извиниться за мытьё, – не получив разрешение войти, совсем тихо произнёс Элоранарр, словно боялся, что нас услышат. Он смотрел только на меня, не замечая разбросанной по полу одежды и монет.
Идти или не идти? Я так хотела его, я так… привыкла к нему. И если артефакт признает меня, эта чувственная мука закончится, я стану безразлична Неспящим, буду рядом с Элоранарром, но не таким, какой он сейчас – ненавидящим мой голос и мой дар, а относящимся к ним с уважением, любящим меня такой, какая я есть. Снова я буду не одинока, почувствую связь, смогу говорить без слов, ощущать его, ощущать себя цельной…
Вздохнув, Элоранарр накрыл нас звукоизоляционным пологом и заговорил громче:
– Прости, самому не нравится, что я так нервно реагирую на всё связанное с тобой. Я не должен был тебя купать. И Дариона прогонять тоже. – Он вглядывался в моё лицо так пристально, что захотелось закрыться руками, спрятаться. Спрятаться от образа: мы шагаем навстречу друг другу и целуемся. Помолчав, Элоранарр прислонился к косяку. Молчал. И мне казалось – ждал чего-то. – У меня скоро отбор.
Он ведь тоже мечтал ощутить целостность, которую дарит связь. Он тоже чувствовал себя неполным и неполноценным, раз так отчаянно жаждал найти пару. Возможно, архивампир Санаду или мой дедушка что-то сломали в нём, когда снимали установку убить принца Линарэна и вскрывали щит. Или придворный менталист Мэлар Никсэ что-то нарушил в его сознании, когда накладывал установку на убийство. Что-то, что так и не исправилось, болело, тревожило… а я могла бы починить.
– Я знаю об отборе, – бесцветным голосом отозвалась я.
Целостность – нам обоим её не хватало.
И мне не хватало близости: брачная магия требовала подойти к своему дракону.
Мы снова замолчали. Элоранарр продолжал смотреть на меня, я представляла жаркий, страстный поцелуй, я слышала, как под нашими когтями рвётся одежда. Он произнёс неуверенно:
– Ты вроде хотел привести своих вассалов…
– Да.
– Тогда пойдём, отдам распоряжения, встретишь их…
Элоранарр не обязан был приходить, приглашать, напоминать.
Он… хотел приблизиться. Я видела это по мелким неосознанным порывам тела, ощущала по сладкому запаху корицы.
 
– Пойдём, – выдавила я.
Что, если я останусь, а артефакт меня признает?
Кивнув, Элоранарр развернулся к лестнице. Скрывающий звуки щит лопнул, Элоранарр спокойно шагнул на ступени. Я направилась следом, но вопрос крутился в голове.
Я попыталась представить… жизнь избранной Элоранарра.
Каково это будет?
Вейра и Диора… По закону любовниц нельзя выгнать, только любовница решает, когда ей уходить от дракона. Выселить во дворец их не разрешит император – уже проверено, но я… я могла бы заставить их добровольно отказаться от своего статуса. Для меня они не помеха и не проблема.
Совместная жизнь… даже интересно, как бы Элоранарр потребовал у меня отстраниться от службы, если без меня он, как сам говорил, словно без крыла. Так интересно было бы понаблюдать за его эмоциями и мыслями в момент осознания моей личности, проследить, как он станет выпутываться из лабиринта собственных предубеждений. Уверена, это будет поистине грандиозный коктейль из мыслей и чувств, ломка мировоззрения, столкновение иллюзий и реальности, противоположных желаний. Я хотела бы наблюдать за этим из первого ряда, ощущая каждый оттенок чувства, каждое завихрение мысли.
– Хорошее настроение? – выходя на крыльцо, Элоранарр обернулся и заметил мою невольную улыбку.
Улыбнулась я совсем чуть-чуть, почти незаметно, а он нахмурился, смотрел на меня грозно и печально. Выискивал что-то в моём лице, пока ветер трепал его золотившиеся на солнце пряди. Опять появилось ощущение, что Элоранарр чего-то ждал.
– Нет, – отозвалась я и, кивнув ему, прошла мимо застывшего истуканом красномундирного караульного с медвежьей головой, показывавшей его повышенную боевую готовность.
Упорно оттесняя эротические образы, я шла по проложенной рядом с живой изгородью дорожке, чтобы выйти к воротам в стене и добраться до моих вассалов и Сирин Ларн: они должны ожидать меня в первом наружном лагере. Шла и пыталась понять, чего мог ждать Элоранарр?
Он догнал меня. Чеканил шаг рядом, и пришлось замедлиться, потому что я не имела права его обгонять, я должна идти хоть на полшага сзади. Но если бы я была избранной, я могла бы идти рядом с ним. Я бы точно знала, чего он ждал.
– Ты куда отправился? – уточнил Элоранарр, потому что идти впереди, когда не знаешь, куда, неудобно.
– В первый наружный лагерь, встретить вассалов…
– Понятно…
Опять я не могла сообразить, что значили интонации его голоса. Не знай я, что он хочет найти свою избранную, подумала бы, он надеется услышать от меня признание в ответной непреодолимой страсти и просьбу отменить отбор, потому что никто нам больше не нужен.
По другую сторону живой изгороди, очертившей площадку для самых привилегированных кандидаток, послышались тихие голоса. А впереди, за границей парковой стены, виднелись дирижабли, зависшие у первого наружного лагеря.
Элоранарр не замедлился. Неужели правда решил пойти со мной на растерзание кандидаткам и их родителям? Конечно, драконов боятся, но когда речь идёт об устройстве выгодного брака, часто у самых трусливых существ появляется просто неслыханная смелость и наглость.
– Элор! – послышался мелодичный, сладкий голос леди Заранеи, и мы с Элоранарром синхронно повернулись к ней.
Золотое платье, светлые волосы – она казалась драгоценностью. Улыбалась. Но шагающий рядом с ней император был мрачен, весь его вид говорил о том, насколько ему не нравится идея отбора.
Поклонившись, я отступила за Элоранарра. Застыла. Сейчас я не могла уйти, если меня не отпустит император, леди Заранея или Элоранарр. Но если стану избранной, мне больше не придётся изображать из себя безмолвный предмет интерьера, немое украшение парковой дорожки…
 
Порыв ветра ударил меня головокружительным ароматом Элоранарра, и перед глазами заплясали цветные пятна, они плясали поверх каменных плит дорожки и газону, норовя превратиться в образы сплетающихся тел.