Научи меня дышать (СИ)

Мира упрямо стоит напротив меня и пристальным взглядом осматривает байк.
— Мне не за что будет держаться.
— Для этого есть я.
Она тяжело вздыхает и клянусь, я уже знаю, что она мысленно проклинает тот день, когда я приехал к ним.
— Мира, ты не сгоришь адским пламенем, если дотронешься до меня.
Она бросает на меня испепеляющий взгляд, заставляя меня рассмеяться. В который раз ловлю себя на мысли, что рядом с ней я постоянно смеюсь.
— Садись давай, — хватаю ее за руку и притягиваю к себе.
Бормоча себе под нос ругательства, она перекидывает ногу через байк и устраивается позади меня.
— Надень, — протягиваю ей шлем.
— А ты? — неуверенно произносит она.
— Если мы врежемся в столб, как ты уже упоминала, то я предпочитаю, чтобы ты осталась цела и невредима, иначе Макс мне голову оторвет.
Обернувшись, замечаю ее тревожный взгляд и беру из ее рук шлем. Мягко убираю волнистую прядь волос за ухо и надеваю шлем. Перед тем как прикрыть визор, всматриваюсь в ее карие глаза и вижу, что она все еще мне не доверяет.
— Просто будь со мной, хорошо? — шепчу я.
Она робко кивает. Поворачиваюсь к рулю и завожу двигатель. От его рева, Мира вздрагивает. Обхватываю ее ладонь своей и прикладываю к груди, отчасти опасаясь, что она почувствует, как сильно колотится мое сердце.
Мы медленно отъезжаем от дома и Мира сильнее прижимается грудью к моей спине. Всю дорогу с моих губ не сходит дурацкая улыбка, из-за которой наверняка сестра отпустила бы пару шуточек. На каждом повороте она становится со мной одной целым, а на светофорах не отпускает рук с моей груди. Я лавирую между машинами, и каждый раз, когда ее пальцы сжимаются на моей футболке, снижаю скорость. Когда мы подъезжаем к клубу, Мира заметно расслабляется. Стоит мне заглушить двигатель, как она слезает и снимает шлем.
Ее щеки раскраснелись, а в глазах много невысказанных эмоций. Осмелюсь предположить, что первые из них далеко не самые приятные.
— Это было необычно, — замявшись произносит она.
— Необычно приятно или ты теперь будешь обходить его стороной?
— Я еще не определилась.
— А ты подумай о том, что испытала в первую секунду и это будет самым верным выбором.
Она задумчиво смотрит на меня, а затем делает шаг назад.
— Что ж, не буду тебя отвлекать. Спасибо, что подвез.
— А ты и не отвлекаешь. Я приехал по месту назначения.
Слезаю с байка и ставлю его на подножку.
— В каком смысле? — она переводит взгляд с меня на клуб.
— Я приехал выпить кофе, — когда она открывает рот чтобы что-то сказать, я сразу перебиваю ее. — Потом скажешь, что я снова нарушаю твои границы, а сейчас сделай мне кофе или я больше никогда не разрешу прикоснуться к моему байку.
Не оглядываясь на нее, открываю дверь и слышу позади тихие шаги.
Кажется, я начинаю нарушать собственные правила.
  
Глава 13
 
— А потом мы зашли в магазин с красками, и я потратила там большую часть своих сбережений. Богдан, ты бы видел эти холсты, кисточки, палитру. Будь моя воля, я бы скупила все. А еще там был безумно сексуальный консультант. Только то, как он говорил на итальянском, заставило меня задуматься о переезде в другую страну, — щебечет Вика мне в телефон.
— Или же он просто сделал на тебе хорошую выручку. Наверняка ты и пары слов не поняла из того, что он говорил и пока ты, развесив уши, пялилась на него, он в свою очередь, не моргнув и глазом, опустошал твою кредитную карточку.
— Из твоих уст это звучит пошло.
— Скорее правдиво.
Я смеюсь. Вика ни за что в жизни не признает, что я прав. Даже если она завтра вернется в этот магазин и останется без гроша, то вывернет все в свою сторону и скажет, что потратила деньги на создание чего-то прекрасного и что от этого ее душе становится легче. Я, конечно, за то, чтобы сестра достигла душевного равновесия и все же не хотелось бы, чтобы она спустила все деньги из-за смазливого паренька, способного покорить ее за пять секунд.
— Ты меня утомил, — она недовольно фыркает, а затем в динамике раздается шелест оберточной бумаги. — Я прикупила тебе кое-что.
 
— Дай угадаю. Это что-то яркое, безвкусное и то, что будет отлично смотреться в моей кладовке?
— Порой я сомневаюсь, что мы с тобой родные. Наверняка, тебя подменили в роддоме, — изрекает она с долей обиды. — Эта рубашка — последний писк моды.
— Или моей нервной системы.
Обычно после своих поездок, Вика возвращается с горой вещей, которые как ей кажется, будут отлично на мне смотреться. Я закоренелый последователь классики: однотонное, лаконичное и то, что не будет сковывать движения. Если бы я проводил фотосессии в таких рубашках, то все мое внимание было бы приковано исключительно к собственному отражению в зеркале и глупому виду. К тому же, будем честны, приди я в таком виде в клуб, то меня даже не пропустили на входе. Поэтому я все прячу в кладовке, чтобы в квартире не было даже намека на этот ужас.
— Куда вы отправляетесь завтра? — спрашиваю я сестру.
— Греция. А потом мы вернемся домой, и я первым делом отправлюсь к тебе в квартиру, чтобы посмотреть, чем ты так был недоволен! — в ее голосе отчетливо звучит угроза.
— Благодаря тебе, у меня нет кухни, ванны и половины гостиной. Насколько я помню, изначально мы договаривались о небольшом косметическом ремонте.
— Я пыталась придать шарма твоей лачуге! — она так громко возмущается, что мне приходится убрать телефон от уха.
Закрываю глаза и устало тру переносицу. Сейчас два часа ночи, но видимо у сестры случился выброс адреналина после удачного похода по магазинам. Плюс добавьте сюда вечную смену поясов, так что на выходе мы имеем бессмысленное препирательство на целый час.
— Отлично. Ты придала ей первобытный вид. А теперь если ты не против, то я бы хотел лечь спать, пока тебя не посетила очередная безумная идея.
Она недовольно фыркает.
— Ты скучный и слишком обычный.
— Приму за комплимент. Передавай привет маме.
— Ты можешь позвонить сам.
— Не думаю, что делать это поздней ночью — самый лучший вариант. Пока.
Сбрасываю вызов, пока она вновь не начала спорить. Возможно нас и правда перепутали.
От непрекращающейся болтовни сестры у меня настолько разболелась голова, что пульсируют виски. Надо было просто проигнорировать вызов и спокойно лечь спать. Но все же, когда Вика звонит посреди ночи, у меня срабатывает давно забытый инстинкт и я в мгновение ока поднимаю трубку, лишь бы услышать, что с ней все в порядке.
У нее был переломный момент в жизни и, к сожалению, меня не было рядом. Вика связалась с дрянной компанией и все привело к тому, что ее чуть не выгнали из престижного ВУЗа и она почти лишилась стажировки. Пусть Вика и проходила ее у наше собственного отца, но он бы глазом не моргнул и выставил ее за двери офиса. Однако это самое малое: в погоне за глотком свежего воздуха, мы чуть не потеряли ее.
Мы близнецы, но слишком разные. Если я воспротивился воле отца быть частью семейного бизнеса и укреплять его всеми возможными способами, то Вика специально пошла учиться в архитектурный, лишь бы показать, что он может на нее положиться. Сестра утверждает, что она сама выбрала этот путь и к одобрению отца он не имеет никакого отношения, но мы оба знаем правду. После того, как она смогла побороть свою зависимость, Вика встала на путь исправления. Правда я не уверен, что он верный.
Тянусь к стакану на прикроватной тумбочке, но он пуст. Встаю и направляюсь в кухню. В квартире стоит тишина. Макс привез Миру после закрытия клуба, а затем, взяв ее ключи от машины, вновь уехал. Она же в свою очередь сразу закрылась в комнате и по всей видимости уснула.
Открываю холодильник и наливаю в стакан апельсиновый сок. Подхожу к окну и, опираюсь об него бедром. Одинокие уличные фонари освещают пустующую улицу, вдалеке над морем, в ночном небе, мелькают молнии. В Нью-Йорке сейчас кипит жизнь. Огромный мегаполис похожий на муравейник, в котором нет места эмоциям. На них просто нет времени. Ты бежишь в этом потоке, лавируешь между препятствиями, лишь бы не сойти с пути. Работа в студии до поздней ночи, минутная задержка дома, а затем мимолетное ночное увлечение. Все свелось к одному.