Угроза мирового масштаба 5 (СИ)
Но на всякий случай я все же подстраховался:
— Не думаю, что телепортация будет там применима, вряд ли они держат окна-двери нараспашку, чтобы я мог в них пролететь… А если я не вижу места, то и телепортироваться туда не выйдет. Но у меня уже есть несколько идей, что можно сделать, чтобы проникнуть в школу тихо и незаметно.
— Поделишься?
— Увы, нет. — Я покачал головой. — Для того, чтобы это понять, тебе надо разбираться в магии…
— Ну да. — Адам кивнул. — Я надеюсь на тебя, Марк. Больше просто не на кого.
— До сих пор в голове не укладывается, что эти твари захватили школу, — мрачно нахмурилась Ванесса. — Откуда они вообще взялись? Откуда они в принципе берутся⁈
— Думаю, что все оттуда же, — вздохнул Адам. — Все те же «спящие» агенты, которые годами проникали в страну и жили тут, притворяясь обычными людьми до тех пор, пока не получат приказы.
— А вы чем занимались⁈ — не выдержала Ванесса. — Служба безопасности, где ваша безопасность⁈
— Сента Тюудор, я понимаю ваше недовольство, но в своих суждениях вы неправы, — не меняя голоса, так же спокойно ответил Адам. — Мы делаем свою работу, и если вы ее не замечаете — значит, мы ее делаем хорошо.
— Говоря проще — ты видишь десятки тех, кто успешно скрывался среди людей Виаты, — пояснил я для Ванессы более простыми словами. — Но не видишь тысячи тех, кого повязали или устранили безопасники.
— Да, примерно это я и имел в виду, — кивнул Адам. — Хотя «тысячи» это, конечно, преувеличение.
— Я имел в виду за все время противостояния.
— Тогда да.
Машина плавно затормозила, передняя дверь распахнулась и на пассажирское сиденье плюхнулся Лютес, дожевывая на ходу бутерброд:
— Всем привет! Что случилось? Кого нахлобучиваем в этот раз?
— Подожди, сейчас Нокса заберем, и я сразу обоим объясню, — пообещал я.
— Не вопрос, как раз доем.
Через пять минут Нокс уже сидел рядом с нами на заднем сиденье, и я объяснял им порядок вещей, показывая на своем телефоне трехмерную проекцию школы, которую мне скинул Адам.
На ней красным был отмечен зал, в котором держали пленных, а черным — фигуры троттлистов, по местонахождению которых была какая-то информация — или с дронов, некоторые из которых виртуозы-пилоты смогли даже через вентиляцию провести внутрь школы, или от внешних наблюдателей и снайперов. Их было пятнадцать, где еще пять — оставалось загадкой.
Я быстро набросал план действий, принял несколько правок и предложений от команды, и в итоге мы утвердили все, что собирались делать.
Связь, как и всегда, работала безупречно, но на сей раз мы были на отдельном защищенном канале, поскольку не планировалось, что мы будем взаимодействовать с другими подразделениями.
Договорились на том, что, как только все успешно закончится, я дам знак зеленой магической вспышкой из любого окна, и это будет означать для безопасников, что можно входить внутрь.
Адам тоже внес пару незначительных, но интересных корректировок в план, и, когда все было утверждено окончательно, машина остановилась.
Мы вышли за целый квартал до школы, потому что ближе подъехать было просто невозможно — собравшаяся на улице толпа не давала это сделать. Люди стояли прямо на дороге, толпа гудела и волновалась и не собиралась расступаться даже перед машиной и даже после того, как Адам посигналил.
— Все, дальше пешком, — сказал он. — Черт, как же быстро они собрались. Когда я уезжал, никого еще не было.
— Пройдемся, — небрежно ответил я, открывая дверь. — Все на выход и держитесь ближе ко мне.
С неугасающим удовольствием я потянул из своего манового тела цветные нити, сплетая их в один покров и накладывая на нас пятерых то же самое плетение, которое однажды уже помогало мне взаимодействовать с толпой — Злой Лик.
Разве что теперь на него пришлось потратить вшестеро больше маны — не просто растянув его на пятерых, но и нивелируя неизбежные потери маны при увеличении линейных размеров.
Мы прошли сквозь толпу, как нож сквозь масло, и люди даже не замечали того, что сами собой расступаются перед нами. Единственное, что напрягало — чем дальше мы ввинчивались в толпу, чем ближе подходили к школе, тем громче становились голоса людей. Толпа уже не просто гудела и выла, уже можно было разобрать отдельные выкрики, отдельные голоса, и даже понять, о чем они кричат…
— Пустите меня туда!..
— Там мой сын! Верните мне моего сына!..
— Почему вы нас не пускаете⁈
Уже видна была шеренга тяжело бронированных полицейских с лицами, скрытыми тонированными забралами, которые стеной пластиковых щитов стояли между толпой и школой и не позволяли прорваться к ней.
Они стояли молча, ничего не говоря и не объясняя. И толпа от этого бесилась только сильнее.
— Что с нашими детьми⁈
— Ответьте, что там происходит!
— Когда нас уже пустят⁈
— Там мой сын, и, если вы меня не пропустите, я сама пройду по вашим головам! Вы меня поняли⁈
Последний голос показался странно знакомым, и не мне одному — Лютес даже споткнулся, когда услышал его. Мы все дружно завертели головами по сторонам и быстро нашли, кому он принадлежал.
И сразу стало понятно, почему мы не узнали его сразу. Потому что этот голос никто из нас никогда не слышал в такой интонации и даже не предполагал, что такое вообще бывает.
Это была Каролина Нова.
Глава 9
У Новы есть дети?..
Хотя чему я удивляюсь — она же взрослая женщина, наверняка у нее есть дети… Наверное, сыграло роль то, что я знаю ее только с одной стороны — со стороны каменного спокойствия и леденящего холода. Не верится, что человек подобного характера способен проявлять к кому-то любовь, пусть даже и родительскую.
Но, оказывается, у заместителя директора есть и другая сторона, имеющая мало общего с той, о которой знаю я.
И сейчас эта ее сторона личности вовсю бушует, грозя действительно пройтись катком по стоящим в оцеплении полицейским.
— Пожалуйста, отойдите, — заученными фразами отвечали ей бронированные служители закона, не двигаясь с места. — Вы подвергаете себя и всех остальных опасности.
— Опасности вы подвергаете! И не нас, а наших детей, которые оказались там внутри, в заложниках! — яростно отвечала Нова, сжимая кулаки, которые прямо на моих глазах наливались плохо контролируемой, но пока еще сдерживаемой, маной. — Я — Каролина Нова, заместитель директора Академии магии, сильнейший маг света в этой стране, и, если вы не пропустите — клянусь, я сама проникну внутрь и сделаю все по-своему!
— В таком случае вы будете считаться преступницей наравне с теми, кто сейчас находится внутри, — безэмоционально ответил полицейский. — Внутри оцепления сейчас могут находиться только специализированные группы, деятельность которых напрямую связана с нейтрализацией конфликта.
— Эй! — Я хлопнул Адама по плечу. — Надеюсь, мы не будем входить за линию оцепления прямо тут? Тут сейчас слишком горячо для подобной выходки.
— Нет, конечно, — ответил тот. — Ты меня за кого держишь?
Не дойдя до беснующейся Новы буквально три шага, Адам внезапно свернул в сторону и открыл дверь ближайшего здания, скрывшись за ней.
Мы прошли следом и оказались в небольшом кафе буквально на четыре столика. Сейчас оно, конечно же, было закрыто, а столики и даже стойку раздачи оккупировали безопасники, разложив по ним рации и ноутбуки.
Взрослые дяди в количестве одиннадцати штук постоянно переговаривались, как вслух, так и по рациям с телефонами, перемещались туда-сюда, тыкали пальцами в экраны и вообще вели себя максимально контрпродуктивно на мой неискушенный взгляд.
Когда мы вошли, они все на мгновение прервали свои дела, подняли глаза и посмотрели на нас. Потом от одного из них раздался короткий скептический вздох, в котором буквально слышалось «Он все-таки решил поступить по-своему» и непонятная мне деятельность закипела по-новой.
— Слушай, — обратился я к Адаму, — а то, что мы делаем, точно согласовано с остальными?