Академия экспериментальной магии. Хранительница света (СИ)

— Все увеселительные мероприятия потом. В свободное время. Сюда мы приехали работать и у нас всего две недели. Сейчас доедайте и пойдем к могиле леди Эстер. А завтра уже начнем разбирать лабораторию и записи исследований. И не вздумайте мне отлынивать! Иначе практику не зачту! — резанул по нам светло-голубыми глазами с разбушевавшимся настоящим штормом в глубине строгий преподаватель. И вышел, чеканя шаг из столовой.
— Мэг никуда с тобой не пойдет, Ларк, — жестко бросил одногруппнику Невил. Маг огня сидел, откинувшись на спинку стула, в расслабленной позе и положив ногу на ногу, прожигал взглядом прищуренных глаз мага воздуха.
Я посмотрела на Невила и растерянно захлопала ресницами, соображая, что сказать. «Мне ведь надо это сделать?»
— А тебе не кажется, мой дорогой друг, что Мэгги сама вправе решать с кем и куда ей пойти? — парировал не менее жестким тоном Ларк.
— Юные девушки не всегда понимают, что для них лучше. И не могут сразу отличить плохих парней от хороших. А потом бывает поздно. Разбитое сердце и…
— Это ты сейчас случайно не намекаешь, что лучше меня? — вздернутая бровь Ларка и насмешливая улыбка, адресованная магу огня.
— Я не намекаю, а открытым текстом говорю — отстань от Мэгги. Она не будет очередной жертвой твоей мании коллекционировать сердца юных дев. И не очень юных, кстати, тоже, — ухмыльнулся недобро Невил.
Словесная перепалка начинала принимать уже высокие обороты, грозя перерасти опять в потасовку. Мне стало не по себе и просто захотелось сбежать от них подальше. Но как? Они ведь обсуждали меня! И я как дура, в очередной раз не могла ни слова вставить, ни что-то предпринять.
— А Мэг сама решит, что ей делать. Да ведь, моя нимфочка? — и со слащавой улыбкой Ларк повернулся к разом переставшей дышать мне.
Я сглотнула и… Ничего опять не смогла из себя выдавить.
— Ларк, последний раз предупреждаю. — Показалось, что в комнате стало гораздо жарче.
— Я… Мне нужно идти, — и быстро вскочив из-за стола, вылетела из комнаты с бешено колотящимся сердцем.
* * *
Выложенная плитами с витиеватым узором дорожка пролегала через парк, мимо высохших деревьев за высокий забор. Шум прибоя слышался даже отсюда. Траурной процессией мы двинулись за профессором Хиксом. Проследовали в конец опустевшего сада и пройдя за калитку оказались на небольшом кладбище. Подошли к свежей могиле, укрытой мраморной плитой. На памятнике были выгравированы годы жизни графини, ей всего было пятьдесят пять лет.
Маг Хикс подошел ближе к последнему пристанищу леди Эстер и положил охапку черных роз на ее могилу. Мы молча постояли недолго рядом, отдавая почесть выдающейся женщине и ученой, ушедшей так рано. А затем отошли подальше, чтобы не мешать преподавателю и его горю. Мужчина вдруг согнулся и закрыл лицо руками. Его плечи затряслись.
— Пойдемте отсюда, ему нужно побыть одному, — тихо сказал Невил.
Оставив профессора, мы поплелись обратно в замок. Солнце садилось за горизонт, птичье пение и выкрики чаек постепенно прекратились. Тишина обрушилась со всех сторон, а с моря пополз туман, холодной завесой опускаясь на землю.
* * *
Поленья уютно потрескивали в камине, на полке громко тикали старинные позолоченные часы. В комнате витал аромат ванили и корицы. Мы устроились в уютной комнате отдыха. Я забралась с ногами в глубокое кресло, которое почти полностью скрыло мою маленькую фигурку. В руках у меня была чашка зеленого чая с земляничными листьями, который я пила с большим наслаждением. Закрыв глаза, вдыхала сладкий аромат, что исходил от него и периодически откусывала кусочки маленьких пирожков с разной начинкой. Невил рассматривал какой-то справочник по рунной магии, который нашел здесь же на журнальном столике. Ларк играл тонкой ножкой бокала с вином, стоя возле окна, оперившись на подоконник. Профессор Хикс устроился на широком диване и задумчиво смотрел на пламя в камине.
— Профессор, а почему замок называется «Черная роза»? — решилась я задать мучивший меня вопрос.
 
Глаза преподавателя остановились на мне и, казалось, что он только очнулся ото сна.
— М-м? — переспросил маг
— Мэгги спрашивает, почему замок имеет такое название, — ответил за меня Невил.
— «Черная роза»… Это связанно с легендой. Прабабка леди Эстер, увлекалась магической флористикой. Как увлекалась… Она очень хотела выращивать в саду собственные цветы, заниматься селекцией. А сама была доппель-магом и неплохим скажу я вам. Много лет тренировалась, но ничего не получалось. Очень уж хотела освоить магическую специализацию, к которой у нее не было вовсе никакой склонности. Это у них семейное — упертость, сильный характер и воля к победе. А самое главное хлебом не корми, дай эксперименты какие провести. Причем это только по женской линии передавалось. Такой была и моя Эстер… Так вот, ее прабабка, в конце концов, научилась выращивать черные розы, и не говорите, что такой сорт и так уже есть — зачем тут нужна магия? Но она, благодаря своему дару доппель-мага, сняла матрицу с цветов и сумела сохранить их структуру в семенах! И они стали устойчивы к морозам и могут расти круглый год. А когда их срываешь, они не вянут три недели. Оказались гораздо живучее других сортов цветов. И леди так была рада своему успеху, что рассадили их по всему парку. Так они теперь и по сей день, только и растут здесь. Вот и получил название замок — «Черная роза».
— Интересное умение, — ухмыльнулся Ларк.
— Да что ты понимаешь, молодой человек! — воскликнул оскорбленный профессор. — Ты сам-то чего такого выдающегося добился в жизни? Очень сомневаюсь, что будешь годами пытаться создать нечто. Наверняка просто купишь, что нужно и все!
— Конечно куплю! Зачем мне мучится, если есть деньги, — пожал плечами Ларк.
Профессор молча качнул головой из стороны в сторону, затем встал с дивана и жестко произнес:
— Все, расходимся по комнатам. Завтра после завтрака приступаем к делам.
* * *
Я впервые плескалась в такой огромной ванне, да еще с розовой пеной, пахнущей клубникой! Методом пробы выявив в баночках, что там за жидкости, нашла нужные. Просто хотелось мурчать, как кошечка от удовольствия. Помылась всякими пахучими гелями и муссами, после чего волосы стали мягкими на ощупь и пахли ванилью, а кожа ощущалась как шелк. Выйдя из ванной, закуталась в мягкий, пушистый и белоснежный халат, предоставленный специально для меня, видимо, и прошла в спальню. Убрав покрывало, я просто упала, как в облако на мягкую перину и закатила глаза от наслаждения. Сегодня был тяжелый и длинный день. Я очень устала и глаза слипались, поэтому я почти мгновенно провалилась в сон.
Вдруг резко открыла глаза, не понимая, что происходит. Меня что-то разбудило… Еще ничего толком не соображая со сна, я вглядывалась в черноту надо мной — балдахин нависал над головой и тяжелыми складками окутывал края кровати. Справа из окна лился свет полной луны, образуя серебряную дорожку на полу. Что такое? Меня вдруг охватило чувство дикого, непреодолимого страха. Сердце замирало и прошиб озноб. Холод потек по венам.
Неожиданно раздался многоголосый шепот… Он шел отовсюду… И не было понятно ни слова, как будто кто-то или что-то говорил на одной ноте, без пауз. Звук был везде… Снаружи и, казалось, в голове. Давил на мозг физически! Я задыхалась от ужаса, сердце рвалось из груди. Села в кровати, поджав ноги, и резким движением руки, выбросила сотни маленьких светляков. Огоньки зажглись по всей комнате, разгоняя мрак ночи. Но холод, пробравшийся в душу, и страх, леденящий своим дыханием, не прошли.
«Да что тут происходит?» Когда я затряслась всем телом и застучала зубами, не в силах сдержать ужас, мои светлячки запрыгали и заскакали по комнате в хаотичном движении. Они подчинялись своей создательнице, и я их пока стабилизировать не могла. Пытаясь унять дрожь, я запустила еще больше светляков — теперь уже в сторону гостиной. Влетев туда, они ярко вспыхнули и замерцали, разрастаясь в диаметре.