Выбор королевского дознавателя (СИ)

— Сыры дорогие, — последнее слово она протянула так, будто я просила отпустить мне товар без оплаты.
— У меня есть деньги, — растерялась я, нащупывая жемчужины в кармане.
— Покажите, — поджала губы продавщица.
Мне стало дико неловко. Вынула и показала горсть синих аберрийских жемчужин. Она кивнула и принялась за работу. Отрезала небольшой ломоть от каждой сырной головки и заворачивала в плантановый лист или шёлковую ткань.
— Сумка есть? — спросила она, закончив.
Я отрицательно помотала головой. Про сумку как-то не подумала. Продавщица цокнула и сложила свёртки в тонкий шёлковый мешочек с двумя ручками.
— И масло, пожалуйста, — попросила я, вспомнив, что Аршес любит кофь с маслом.
Отрезав кусок размером с ладонь, пышногрудая девушка уложила всё вместе и сказала:
— Шесть таринов и пятнадцать песс.
Ох, как дорого!
Отсчитав нужное количество, я заплатила за покупки и двинулась к кондитерской. Там набрала всего понемногу — тоже исключительно чтобы узнать, что именно нравится моему ардану. Может, ему по душе кофийные пирожные? Или мангоровый зефир? Или вот эта грушевая пастила? А может, трубочки с заварным кремом? Или рассыпчатое печенье с лиймовой начинкой? Или рожки со взбитыми сливками? А вдруг он больше всего любит мармелад? Я должна была знать!
В булочной пришлось взять несколько кусочков разного вида хлеба. Какой предпочтёт Аршес? Загадка!
В продуктовой лавке я набрала разных видов ветчины и колбас. Только попробовать по маленькому кусочку! Не для себя, конечно. Исключительно с целью узнать, что по душе Аршесу.
Сама не знаю, как так получилось, но когда дело дошло до овощей и фруктов, сумки с покупками было уже некогда девать. Я даже засомневалась — уместится ли всё в холодильный шкаф? Но отступать перед сложностями — не в моих правилах, поэтому решила, что куплю ещё немного груш, а потом как-нибудь разложу и умещу всё.
«Не надорвись от жадности!» — посоветовал внутренний голос.
Сумки действительно оказались несколько тяжелее, чем я ожидала. Лямки неприятно врезались в плечи, а нести их оказалось неудобно. Хорошо хоть не жарко. Нет, поход за одеждой придётся отложить, а сейчас нужно возвращаться в отделение. Вдруг Аршес уже там? Мысли об ардане придали сил.
Обратный путь оказался куда длиннее, но своя ноша не тянет. Я с честью донесла всё купленное до кабинета и принялась раскладывать покупки по полкам холодильного шкафа. Только одну пироженку съела. Ладно, две. И кусок ветчины. Кто знал, что она так прекрасно сочетается с пирожными?
Половина продуктов уместилась с лёгкостью. Ещё четверть — влезла с трудом. А оставшаяся часть никак не хотела умещаться. Ещё и масло почему-то стало мягким и жидковатым. А ведь покупала твёрдое, это я точно помнила. Неужели испортилось?
Положила его на стол и задумалась. Куда девать то, что не влезло? В животе требовательно заурчало, подсказывая вариант решения проблемы.
— Только чтобы не пропало! — сказала я и отломила кусочек от сдобной булочки.
Налила себе прохладной воды — кипятить воду арканом я не умела.
И попробовала. Для начала мясо, которое продавец назвал бужениной. Какая же вкуснотища! Потом сыры. С плесенью оказался совершенно гадким на вкус, так что я с чистой совестью оставила его Аршесу. Он же любит? Вот пусть наслаждается. Острые колбаски тоже оставила ему — они неприятно жгли язык. Масло тем временем стало ещё мягче. Да что с ним происходит? Что я делаю не так?
Когда в животе места не осталось, и его заняла вся не уместившаяся в холодильном шкафу еда, я помыла руки и снова занялась архивом. Мягкое масло убрала в холодильный шкаф на всякий случай — может, его ещё можно спасти? Или нужно идти к продавщице и говорить, что она продала некачественный товар? Такая деньги вряд ли вернёт. Ладно, вернётся ардан, с ним и посоветуюсь.
Дело с архивом двигалось споро. Папочек в свободном углу становилось всё больше, как и карточек. Эх, нужно прикупить для них какой-нибудь ящик. Так и перебирать удобнее, и не рассыплются.
Чем больше дел я обрабатывала, тем медленнее получалось. Раньше я заводила для всего новые карточки, а теперь уже вписывала некоторые понятия в старые, для чего нужно было их найти. Когда на одной из них появилась запись «Цветочная, улица; Дела № 748, 956, 1309», я почему-то чуть не подпрыгнула от счастья. Рядом вскоре появилась «Цветоч, зайтана, Дела № 641», и это была уже совсем другая карточка. Хорошо, что Аршес нумеровал все дела по порядку. Раскладывать их по годам тоже не составило труда. Вскоре у меня было уже семь стопок вместо одной, а я так и представила шкаф с табличкой: «Год 6971-й, дела № 1186-1363». Это же какой порядок будет во всём этом безобразии!
 
Попадались папки совсем тоненькие, с ними я разбиралась быстро. А вот с толстыми возилась иной раз по полтора-два часа. Нужно же было всё учесть, отследить все упоминания, которые могли оказаться важными. А потом меня осенило: а ведь преступления-то разные, а у меня никакой классификации! Нужно же кражи, убийства, похищения как-то по отдельности обозначить. А как?
Чтобы вот смотришь на дело — и сразу было понятно, о чём оно. У Аршеса в кабинете все папки были красными.
«Нужны разноцветные папки, — подсказал внутренний голос. — Смотришь на бочок папки, она красная. Значит, убийство. Жёлтая — ограбление. Оранжевая — шантаж».
Нет, так это не будет работать. А вдруг дело началось с убийства, а потом выяснилось, что кража тоже была?
«Тогда клеить цветные полоски на них. Так на каждой папке хоть по пять полосок может быть, а новые можно доклеивать в процессе. И пусть все папки будут красные! А полоски можно жёлтые, белые, зелёные, синие и чёрные клеить, они будут отлично выделяться», — предложил внутренний голос.
Гениально!
А территориальность? Да просто по шкафам распределить.
Я аж подпрыгнула от восторга. Точно! Смотришь на папку — и сразу понятно, что там. Можно взять и разом все убийства за год из шкафа достать, например. Для чего? Понятия не имею, но это точно пригодится!
Воодушевлённая, я провела ревизию в кабинете на предмет необходимых писчих принадлежностей и отправилась в другой магазин, канцелярский.
Ох, сколько тут всего было! Вот вроде не съешь, но как же вкусно это разглядывать! Я выбрала красивые ручки, купила кисточку и клей в стеклянной банке, краски и несколько десятков белых шёлковых листов. А потом ещё не удержалась и купила себе красивый голубой блокнот в кожаной обложке и цветные карандаши.
Обратно в кабинет возвращалась в таком приподнятом настроении, что казалось, будто я иду, не касаясь земли. Беспокоило только, что Аршеса до сих пор не было, но семейные дела — они, наверное, такие. Затягивают.
Плодотворно поработав до самого вечера, я решила, что надо и в магазин одежды наведаться, пока он не закрылся. Чистого платья на завтра у меня не было, а это ещё вчера пора было постирать. Эх, жаль, что одежду из гостиницы до сих пор не доставили.
Завершив разбор особо заковыристого дела, я довольно посмотрела на результат работы. Десятая часть архива уже была разобрана и лежала в углу в строгом соответствии с годами и номерами. На торцах всех папок — аккуратные наклейки, судя по которым, воруют в Нагуссе чаще всего.
Можно и перерыв сделать!
Стоило только открыть дверь кабинета, как ко мне подошёл Хазарел и растянул рот в сладко-любезной улыбке. Словно прокисшим сиропом облил.
— Прекрасного дня прекрасной зайте, — елейно пожелал он и спросил: — Куда вы держите путь?
— Доброго дня. В магазин, — растерянно ответила я. — А что?
— О, мне как раз тоже нужно в магазин. Составлю вам компанию. Думаю, Аршес не захотел бы, чтобы вы ходили по городу одна, мало ли что может случиться.
«Аршес бы не захотел, чтобы ты ходила по городу в компании этого хлыща, вот это точно!» — ядовито заметил внутренний голос.
— Спасибо, но я одна справлюсь. Я бы хотела пойти в магазин одежды, а это не совсем прилично делать в вашей компании.