Аморальные. Зависимость (СИ)

— Викторович, — звоню генеральному, — Виталий паспорт не привез.
— Юль, сейчас созвонюсь с ним. Уладим.
Генеральный перезванивает буквально через минуту.
— Юль… Виталя говорит, что паспорт был в папке. Пересмотри еще раз.
Как в папке? По спине ползет холодок. Я уже не один раз пересмотрела всё. Говорю об этом Викторовичу.
— Сейчас скажу Виталию, пусть возвращается. Будем выяснять.
Виталик приезжает быстро. Начинается какая-то чехарда. Он брызжет слюной, говорит, что паспорт был со всеми остальными документами. Я доказываю обратное. Ситуация всё больше накаляется. Какой-то замкнутый круг.
— Ой… — слышится вдруг от двери.
Оборачиваемся, смотрим на замершую на пороге Решетову.
— Надежда, проходи, — раздраженно произносит гендир. – Скажи, ты у Юли на столе ничего не брала? Или, может, видела, что кто-то ошивался здесь?
— Нет… — тянет испуганно. – Я вообще здесь с самого утра не появлялась. Мы с Юлей… — смотрит на меня словно побаивается, — стараемся не мешать друг другу работать.
— Ладно… — Викторович косится на часы. – Сегодня можешь быть свободна. До завтра! — конкретно указывает Решетовой на дверь.
Мы вновь остаемся втроем. Виталик то краснеет, то зеленеет, настаивая на том, что точно уверен в наличии паспорта в папке. Чувствую, что уверенность покидает меня. Черт!!! Знаю, что паспорта в папке не было, но начинаю сомневаться в себе. Это как вообще может быть?
Следующий, кто нарушает наш бестолковый и уже на повышенных тонах разговор, Градович. Быстро обегает оценивающим взглядом присутствующих.
— Викторович, можно на минуту?
Гендир словно сомневается, но всё же выходит с Максом в коридор. Я же в этот момент подхожу к своему столу и жадно пью воду из бутылки. Виталик начинает вновь заглядывать во все углы кабинета, хотя мы всё здесь обыскали, якобы вдруг паспорт выпал, а я просто не заметила этого. Как же… Слепая!
— Не было его… — повторяю раздраженно.
Виталик поджимает губы и вдруг резко сдвигает мой стол чуть в сторону, заглядывает в просвет между боковиной стола и стеной.
— Был… — тоже раздраженно. – Есть!
Что? Подбегаю, смотрю, как он извлекает паспорт.
В этот миг заходят и Викторович с Максом. Виталик сотрясает воздух найденным документом.
— Вот! – хлопает им по столу.
— Я… Может, задумалась… Не заметила… — пытаюсь найти себе хоть какое-то оправдание.
— Виталь, — Викторович смотрит на родственника. – Подожди меня в моем кабинете.
Парень выходит, и под пристальный взгляд гендира попадаем мы с Градовичем.
— Так… — тяжко вздыхает. – Я никогда не лез в личную жизнь сотрудников. У каждого мораль своя, — красноречиво поглядывает на нас. – Прошу только об одном… Пусть не будет вот этих «задумалась», «замечталась»… Юль, личную жизнь оставляем за пределами офиса.
И уходит.
Мне хочется провалиться сквозь землю. Снова ненавижу себя, Макса и вообще всё, что сейчас происходит в моей жизни.
— Я жду тебя в машине, — говорит Градович, понимая, что лучше меня хоть на несколько минут оставить в покое. – В моей машине. За руль я тебя в таком состоянии не пущу!
  
Глава 34
 
Глава 34
Юля
Градовичу каким-то чудом всё же удается уговорить меня поехать домой с ним. Ну, как чудом. Он просто блокирует водительскую дверь моей машины своим телом. Разыгрывать представление перед коллегами, которые то и дело выходят из офиса, не хочется, потому сажусь в машину Макса.
— Как так получилось с паспортом? – интересуется, когда выезжаем со стоянки.
Недовольно соплю. Не знаю, хочу обсуждать то, что произошло, или нет. К тому же… Я сама не понимаю, как могла не заметить этот проклятый паспорт. Злюсь! Снова. На себя. На Макса.
— Всё предельно ясно! Викторович правильно сказал. На работе нужно работать, а не думать о личном, — словно обвиняю Градовича, вкладывая в эти слова всё накопившееся недовольство и его несостоявшимся разводом, и нашими компрометирующими фотками, и запретом на таблетки.
Кстати, о последнем…
— Останови возле аптеки.
 
Показательно проезжает мимо, даже не притормозив. Давлю в себе взрыв раздражения. Пусть… Схожу в аптеку возле дома. Ему даже не скажу ничего.
— Если ты думаешь, что я буду делать всё так, как ты говоришь, даже не надейся, — ставлю его перед фактом. – Я не мягкая послушная киска.
Улыбается. Гад! Пытается спрятать улыбку, но я всё же вижу её. Он специально провоцирует меня еще больше?
— Я сегодня хочу побыть одна, — надеюсь так понятно, что не нужно у меня оставаться на эту ночь. Возможно, и на следующую тоже. И на следующую.
Понятно. Но только мне, а не Градовичу. Припарковавшись возле моего дома, Макс без сомнений идет со мной к подъезду.
— Езжай домой, — прошу еще раз. Почти без надежды.
— Чуть позже, — берет у меня из рук ключи и открывает подъезд.
На что я надеялась, собственно говоря?.. Но сопротивляться банально нету сил. Разборки из-за треклятого паспорта высосали из меня всю душу.
Дома переодеваюсь и сразу же направляюсь на кухню. Буду заниматься домашними делами. Это должно немного утихомирить мои разбушевавшиеся нервные клетки. А, успокоившись, подумаю над тем пиздецом, что творится в моей жизни.
Градович копошится в ванной. Прислушиваюсь к шуму, пытаясь понять, что он там делает. Молодец, конечно… Чувствует себя как дома.
— Пойдем, — появляется через минут пять, когда я домываю посуду.
Можно было привычно воспользоваться посудомойкой, но мне нужно что-то делать. Нельзя останавливаться. Нельзя полностью концентрироваться на мыслях, оптимизма в которых на данный момент ноль целых и ноль десятых.
— Ты еще здесь? – смотрю на Макса через плечо. Специально дистанцируюсь. Чтобы навести порядок в том, во что превратилась моя реальность, нужно побыть одной. Хотя… Если прислушаться к себе, хочется абсолютно не дистанции, а, наоборот, сближения. Очень тесного причем.
Макс словно читает мои мысли. Он обхватывает меня и прижимает спиной к себе.
— Ванна набирается. Пойдем порелаксируем, — шепчет на ухо.
— Вчера наш релакс закончился не очень хорошо, — вспоминаю битое стекло и свою рану. Кровь по венам тем не менее от объятий Градовича струится быстрее. Ноги превращаются в вату.
— Я убрал подальше все колюще-режущие предметы, — усмехается.
— Где ты находишь силы для позитива? – искренне удивляюсь этому.
— В своих чувствах к тебе, — его губы мягко терзают мочку моего уха.
Градович невыносим! Я знаю, что проиграю, и позволю ему остаться.
Так и происходит…
Но утром я, к большому удивлению, просыпаюсь одна. Прислушиваюсь к звукам в квартире, однако, так ничего и не услышав, отправляюсь на поиски Макса. Только в квартире, кроме меня, никого нет.
Очень странно. И очень рано. Где он? Звоню.
— Доброе утро. Я совершенно забыл, что у меня утром важная встреча. Нужно переодеться. Встретимся в офисе. Такси возьми, хорошо?
— Ладно… — спросонья пытаюсь быстро впитать всю информацию.
— И вот еще. Ты у меня в машине ключи от кабинета обронила. Приедешь, набери. Принесу тебе их.
Еще одно мое недоуменное «ладно», мужское «целую, до встречи», и я, завершив вызов, пытаюсь убедить себя, что ничего странного не происходит.
Начинаю неспешно собираться. Времени в запасе еще достаточно. На работу не хочется просто до жути. Впервые такое в моей жизни. Ощущаю себя школьницей, у которой сегодня трудная контрольная. И, как мне кажется, таких «контрольных» впереди меня ждет много.
Тщательно подхожу к выбору сегодняшнего наряда. Уверена, слухи о вчерашнем происшествии с Виталиком распространятся быстро, потому хочу быть во всеоружии.
Красивая! Дерзкая! Похуистка! Вот мой девиз на сегодняшний день.
— Я поднимаюсь, — сообщаю, как и обещала, Максу, входя в здание.
Через несколько минут мы встречаемся лицом к лицу. Увидев меня, Градович присвистывает. Как понимаю, от восторга.