(Не)чаянная беременность от мажора (СИ)
— Господи, рука перевязана. Так это ты упала? — сестра сначала запаниковала, но как всегда быстро взяла себя в руки и ласково предложила, — Настя, пойдём умываться, станет полегче. Ты голодная, наверное. Сырный суп-пюре уже готов. Поешь горяченького. И расскажешь мне, что с тобой произошло. А потом спать, мой маленький. Всё будет хорошо.
Я скинула пуховик и шарф к своим вещам на полу. С первого раза ботинки снять не удалось. Пришлось присесть и потом уже разуваться. Как только справилась, поковыляла в ванную. Марьяна ахнула, увидев мою прихрамывающую походку. Но причитать и суетиться не стала. Сестра стояла рядом и наблюдала, как я умываюсь. Спиной чувствовала её молчаливую тревогу или даже испуг. Закончила и присела на край ванной, уперевшись о него правой рукой.
И меня прорвало. Я говорила без остановки, но на этот раз доступно для понимания. Подробно рассказывала сестре свой день по шагам. Когда начала описывать падение, Марьяна побледнела и опустилась рядом. Она сжала мою руку и схватилась за сердце. Тут же поспешила заверить её, что мы с грушкой в порядке.
Медсестра в медпункте вызвала скорую помощь. Правда, ждали мы врачей больше часа. Но это того стоило. В больнице мне сделали УЗИ, осмотрели ушибы. Ребёнок в порядке. Со мной ничего серьёзного. Скоро заживёт. Я перенервничала, сильно устала, но здоровье в норме.
Марьяна нежно обняла меня и погладила по спине:
— Как же ты меня испугала, Цветочек, — прошептала она и заворчала, — я же просила тебя быть осторожнее, а ты носишься по лестницам. Ну это же ни в какие ворота.
— Марь, не отчитывай. Много раз себя отругала, корила за спешку, за глупость. Ох. Ещё Марат куда-то пропал. Видимо, он всё-таки решил скрыться из нашей жизни. Всё к одному. Я осталась в дурочках. Опять, — вырвалось у меня.
— Как пропал?
— Он не перезвонил до сих пор.
— Так он, наверное, ждёт, когда ты напишешь или наберёшь. Смотри.
Марьяна вышла из ванной, через мгновение в дверном проёме появился огромный букет цветов, а потом уже сестра. Я прижала ладони к губам. Шикарный, ароматный, яркий подарок. Сразу потянулась за ним и прижала к себе. Одной рукой держать увесистый цветочный свёрток было неудобно, но я не выпускала его. Прикоснулась к лепесткам щекой, вдыхая приятный запах. Затем рассмотрела букет внимательнее. В нём оказались собраны все мои любимые цветы: пионовидные пудровые розы прижались к малиновым герберам, альстромериям и розовым гвоздикам. Их было много. Сочетание радовало глаз и будоражило чувства.
А я ведь в правду посчитала, что Марат отказался от нас и добавил меня в чёрный список на телефоне или выключил его, чтобы не доставала звонками и расспросами. Он эти дни тянул время, размышлял, никакой конкретики не давал. Вот думал, думал, и додумался до такого решения. И его не волновало, как мы там. Даже не в курсе, что случилось.
Видимо, я заблуждалась. Напридумывала себе от страха и волнения.
— Марь, а когда букет принесли?
— Час назад где-то. Мне жуть, как интересно, что в записке. Я ещё поэтому торопила тебя домой. Читай скорее, сил уже нет ждать.
Действительно, к внутренней стороне пунцовой упаковки прикреплена маленькая квадратная открытка.
— Открой её, пожалуйста, — попросила я. — И прочитай. Так уж и быть, заслужила за терпение.
— Настя, переезжай ко мне. Я вас люблю. Прости, что не приехал, — прочитала Марьяна и затихла.
— Чего? Видимо, я одурела за сегодня и ничего не понимаю. Прочитай ещё раз.
— Настя, переезжай ко мне. Я вас люблю. Прости, что не приехал, — повторила сестра.
— Он что…
— Да. Сама глазам не верю. Но так и есть.
— Не может быть. Возьми букет, дай прочитать.
Марат приглашал переехать к нему. Шок. Смятение. Непонимание. Радость?
Хлопала ресницами и глядела на сестру, а она на меня.
— Он что, не забил на меня?
— Судя по всему нет. Наоборот.
— Легко и просто предлагает переехать, будто в магазин сходить. Разве так можно?
— Вот у него и спросишь, Насть.
— Цветы прислал, а сам пропал. Как-то странно он себя ведёт, тебе не кажется?
— Пойдём-ка, поедим, обмозгуем новости, — предложила Марьяна. — Кстати, отец приезжал. Фруктов тебе принёс.
— А чего ты молчишь-то? Зачем приходил?
— Ну как, нас проведать, поболтать. Очень душевно пообщались, кстати.
4.5. Универ
Слегка раскачиваясь, подошла к подругам, о чём-то оживлённо беседовавшим у окна в конце коридора второго этажа универа.
— О чём шушукаетесь? — подкралась ним сзади.
Обе вздрогнули и одновременно обернулись. Просканировали меня, как самый мощный рентген. И началось.
— Ты посмотри на неё, искалеченная вся, а сияет, аж слепит, — Аня поднесла руку к глазам, словно заслонялась от ярких солнечных лучей.
— Вчера Вова в чате написал о твоём падении. Только о тебе и говорили, — рассказала вторая подруга.
— Кстати, эпичный полёт у тебя получился. Зачёт. Это ж надо было додуматься прыгать зимой по ступенькам и в твоём-то положении. К любимому своему торопилась? Под ноги хотя бы смотрела, бестолочь. Да-а-а, где твоя голова, мать? — отчитывала меня староста.
— Будущая мать, — буркнула я.
— И толку, что бежала? Всё равно он не приехал, — сетовала Аня.
— Мы так-то весь вечер волновались, как там наша одногруппница себя чувствует. А она ночью отписалась, что в норме, и притихла, — упрекала Варя.
— Мне не до телефона было, — оправдывалась.
— Факты не сходятся: спешила на встречу с Маратом, упала и сильно ударилась, он не приехал, — рассматривала меня Варя. — А сейчас пришла, как ни в чём не бывало, и светишься, улыбаешься без особой причины. Будто счастье великое случилось. Или ты рада, что уцелела?
— Не пришла, а притыкала, — поправила староста. — Ногу ушибла, видимо. Но мы же ничего толком не знаем.
— Точно. Подозрительно себя ведёшь, подруга. Головой ударилась? — приглядывалась ко мне Варя. — Ничем поделиться не хочешь? Что врачи сказали?
— Со здоровьем всё в порядке. Скоро оклемаюсь. Делиться особо пока нечем, — улыбка снова вернулась на лицо. Постаралась принять серьёзный вид. Губы комично сложились в напряжённую трубочку, но она тут же снова расползлась уголками вверх, как у радостного смайлика, — всё только в мыслях ещё.
— Гримасничает. И загадками говорит, слышала? — Варя обратилась к подруге.
— Угу. опять мнётся, — согласилась староста. — Точно есть новости. Или всё-таки сотряс словила.
— Девочки, ну чего вы? — громче, чем обычно, рассмеялась я и тут же покраснела.
— Божечки, что-то серьёзное, — схватилась за щёки Варя.
— Марат предложил переехать к нему. Но мы ещё не разговаривали.
— А как он тогда предложил? Астрально? — задумчиво произнесла Варя и подозрительно покосилась на подругу.
— Письменно. Я не ответила. Помурыжу его для виду, чтоб не зазнавался.
— Это правильно, — согласилась Варя.
— Он тебе в сообщении жить вместе предложил? — не понимала Аня.
— Цветы с запиской прислал.
— Оригинально, — приподняла бровь староста. — Такие вопросы решаются в разговоре. Странно.
— Думаешь, тут подвох какой-то? — насторожилась и даже немного испугалась.
— А если это не он послал букет? — выдала Варя и тут же пожалела о своих словах.
— А кто? Подруженция его или отец? Вряд ли, — пожала плечами. — Там подпись Марата стояла.
— Это не доказательство, — продолжила Варя.
— Опять вы за своё. Трудно порадоваться за меня? Вечно настроение портите в самый неподходящий момент, — насупилась я.
— Сдурела от счастья? Напоминаю, мы зов твоего разума. Рассуждаем, только и всего. Согласись, лучше было поговорить, а не вот так… — не унималась Аня.
— Цветы, наверное, красивые. Покажи фото. Не видела его в сторис. От кого шифруемся? — перебила подругу Варя.
— Они идеальные. Смотрите, — нашла в телефоне нужные снимки и протянула его девочкам.
— Красотища какая. О, вот она, таинственная записка. Сохрани её для истории, потом ролик сделаем. На свадьбе круто смотреться будет, все зарыдают от умиления: «Счастье Макаровых», — размечталась Варя.