Моя. Твой. Наши (СИ)

Незваный гость? Едва ли. Без приглашения или договоренности заранее ко мне приходит только Алёнка, потому что чувствует себя как дома везде, где есть я.
- Привет, - открыв дверь подруге, я мягко её приобняла и отошла чуть в сторону, чтобы она могла снять плащ и сапожки.
- Привет-привет! – раздевалась та активно и внезапно застыла, увидев у стены собранную полку для обуви. – Это что? Это то, о чём я думаю? Подожди-подожди! Ничего не говори… - Алёнка вскинула голову и шумно втянула носом воздух. – Точно! Мужиком в доме запахло. Этот запах ни с чем не перепутаешь.
- Ты-то откуда знаешь? – хохотнула я. – У тебя ж дома только айтишником пахнет, как ты говоришь.
- Кто ж знал, что эти айтишники умеют мимикрировать первое время под нормального мужика?
- Проходи давай, - кивнула я в сторону кухни и пошла в неё первой. Включила чайник, достала кружки и ждала, когда меня нагонит подруга.
- Я смотрю, процесс идёт полным ходом, - едва не присвистнула Алёнка, увидев собранные верхние ящики кухонного гарнитура. Нормально собранные. – Он здесь? – прошипела она вдруг тихо, будто боялась спугнуть.
- Часа через два придут.
- Придут? Их будет несколько? А ты разошлась, подруга, - Аленка поиграла бровями и села за стол. – Ну, собственно, за пять лет холостой жизни у меня бы тоже резьбу конкретно сорвало.
- Ой, заткнись, а! – бросила я, пряча улыбку. – Придут Никита, его брат и сын. И перфоратор.
- Ой, как соседи будут рады такому воскресному вечеру…
- Там немного дырок нужно сделать. Надеюсь, много не нашумят.
- Как сказал один мудрец: если при ковырянии дырок было мало шума – значит, плохо ковыряли».
- Ты же только что это придумала, - посмотрела я на неё скептически.
- А чем я не мудрец?
  
Глава 8. Лера
 
Глава 8. Лера
Оставшееся после чаепития время мы потратили на то, чтобы распихать по углам вещи и коробки, которые могут помешать мужчинам собрать остатки мебели.
Только Алиса старалась сильно ничего не касаться, так как боялась замарать розовое платье и растрепать хвостики с розовыми резиночками.
Как и обещал Никита, в семь вечера раздался звонок. Быстрыми шагами я оказалась в прихожей и открыла мужчинам дверь. Одного из них – самого маленького – мне сразу доверительно отдали в руки.
- Привет! – улыбнулась я Никите и Дане, которые снимали куртки, оставив инструменты в углу прихожей.
- Привет! – почти хором ответили братья.
Сняв куртку, Никита потянулся к Стасику, чтобы забрать его из моих рук и снять верхнюю одежду.
- Мы, похоже, сами, - хохотнула я, когда Стасик наотрез отказался идти к отцу на руки, для чего спрятал своё личико в сгибе моей шеи.
- Я попозже поревную, - нарочито пригрозил Никита.
- Кого к кому? – появилась Алёнка в прихожей и хитро ухмыльнулась.
- Привет, - расплылся Даня в улыбке, который до этой секунды выглядел так, будто его в мою квартиру притащили силой. Зачем-то сняв ещё и толстовку, парень расправил плечи, чтобы все могли оценить их рельеф. – Одна здесь отдыхаешь? – подкатил он к моей подруге.
- Отдохну я здесь тогда, когда будет собрана вся мебель, - Алёнка демонстративно закатила глаза и, виляя задницей, вернулась в кухню, из которой выскочила Алиса.
- Привет, Никита! – крикнула она радостно. По движению её рук мне стало понятно, что она хотела его ещё и обнять, но что-то её от этого удержало. – О! Привет, Даня! – подпрыгнула она на месте и именно Даню предпочла обнять. 
Стоит отметить, что парень и сам был не против обнимашек с моей дочерью. Охотно подхватил её на руки и занес в кухню.
- Чё, малая? Как сама? – завёл Даня с Алисой разговор, пока мы, переглянувшись с Никитой, понесли Стасика в гостиную, где вместе сняли с него верхнюю одежду. – Я, кстати, люблю мелких, а мелкие любят меня, как видишь, - пафосно изрёк Даня, обращаясь к Алёнке.
- Парень… - вздохнула Алёнка скучающе. - …такой речью ты рискуешь покорить только тех молодых мамашу и папашу, но не меня, - указала она на нас с Никитой.
 
- Это я готовлю тебя к будущему, Алёна, - не унимался комнатный обольститель. – Ты же понимаешь, что рано или поздно мы придём к детям? Так что можно начать готовиться уже сейчас.
- Господи! – шумно выдохнула Алёнка и закатила глаза. Вышла из кухонной зоны и подошла ко мне и Стасику в гостиную.
- Пошли, малой, за инструментом. Поработаем для начал перфоратором, пока не поздно, - строго сказал Никита. И оба брата, вместе с Алисой, пошли в прихожую за инструментом.
- Кажется, на тебя кое-кто запал, - произнесла я заговорщицки. 
- Когда кажется, нужно самой присмотреться, кто на тебя запал.
- А кто на меня запал? – вскинула я удивленно брови.
- Папа Ник, например. Или он просто так тебе с порога своего киндера сует? Пока только киндера…
- Это просто доверие, - фыркнула я. – Просто я спасла его сына от запора. Что, кстати, не так уж и сложно.
- Ну, да, - цокнула подруга. – А-то эти сердечки в его темных глазах просто так появляются только при взгляде на тебя? Как у того придурка пубертатного, который на меня смотрит.
- Да ладно тебе. Вроде, хороший парень. Ну, чуток перегибает с напором, но не совсем придурок же. У тебя и хуже парни были…
- Вот спасибо! – прыснула Алёнка. – И, кстати, напоминаю тебе о том, что на данный момент у меня всё ещё есть парень.
- Айтишник? – повела я бровью. – Думаешь, он придушит Даню шнуром от мышки из-за ревности?
- У него беспроводная мышь. 
- Значит, у него нет шансов.
- У кого? – посмотрела на меня Алёнка.
- Ну… это тебе решать, - хитро улыбнулась я.
Парни занялись делом, а мы с Алёнкой и детьми на время закрылись в комнате, чтобы Стасик не испугался звука перфоратора. 
Алиса уже слышала его работу у дедушки, поэтому была спокойна, а вот Стасик крупно вздрогнул, очень напрягся и округлил темные глаза, едва инструмент за стеной заработал. Мы отвлекали его разговорами и игрушками Алисы. Алёнка осмелела настолько, что взяла его на руки и попыталась потанцевать, но Стасик начал выкручиваться из её рук как шурупчик, потому что упорно не хотел терять меня из виду, а ещё настойчиво желал вернуться в мои руки.
- Иди ко мне, Стасик, - позвала я его ласково, и мальчишка охотно перекочевал ко мне на руки, тут же вцепившись в ворот футболки.
- Смотри-ка, знает, к кому тянуться, - ухмыльнулась Алёнка.
- Я тоже хочу, - Алиса перекрыла мне путь, вытянула губки и потянулась ко мне на руки, тоже желая оказаться на моих руках.
- Ты ж моя ревнулька, - улыбнулась я и присела на край кровати. Усадила Стасика на одно колено, а Алису пригласила на второе.
Всё ещё сохраняя выражение обиды на личике, Алиса присела на мое колено, обхватила меня одной рукой за шею и посмотрела на Стасика так, будто всем своим видом пыталась дать понять, что ему здесь не место.
- Пусть он сам походит, - указала дочка пальчиком на пол. 
- Алиса, Стас ещё не умеет ходить. Он ведь ещё совсем малыш, - я мягко поглаживала дочку по спине и волосам, и между делом давала Алёнке взглядом понять, что ей тоже пора бы включиться. – Ты тоже когда-то была такой же маленькой. Помнишь? Я тебя на руках носила, и у тебя был такой коврик с жирафами и слонами, на котором ты играла, когда ещё не умела ходить, как Стасик сейчас.
- Блин! Да где же?... – Алёнка в панике пыталась быстро найти видео или фотографии этого коврика и Алисы в галереи моего телефона. – Вот, нашла!
Алёна поднесла телефон к лицу моей дочки, где она увидела себя ещё совсем крошечку, сидящую на любимом мягком коврике. А дальше я листнула на видео, где Алиса неуклюже переползала с места на место и просилась ко мне на руки.
- Узнаешь? Кто это? – обратилась я к дочке с улыбкой, пока она увлеченно смотрела видео и тихо подхихикивала над собой маленькой.
- Это я.
- Во-от, - кивнула я медленно. – Видишь, ты тоже не умела ходить, и мама тебе помогала. Стасику тоже нужно помогать.