Моя. Твой. Наши (СИ)

Топот маленьких ножек резко оборвался, но на смену ему пришёл протяжный жалобный Данин стон:
- Моя печень!
- Я хочу самые вкусные в мире бутерброды, - потребовала Алиса, не позволив парню даже отдышаться.
- А я хочу, чтобы ты не прыгала по мне, малявка, - сонно бормотал Даня.
- Бутерброды! Бутерброды! – напевала Алиса, явно продолжая на нём прыгать.
- Да за что мне это? – Даня явно сдался.
- Только с колбаской, с огурчиком, с сыром и…
- И побольше, - перебил её Даня и, судя по тому, как радостно взвизгнула моя дочь и закричала «высоко!», он взял её на руки или даже подкинул над собой.
- Так вот в чем вся прелесть наличия младшего брата в семье? Надо запомнить, – хохотнула я, чувствуя, как Никита тянется ко мне через Стасика, который, к слову, уже тоже не спал и в своё удовольствие пытался оторвать у Алисиной игрушки голову. Или глаз.
- Доброе утро, - пробормотал Никита сонно и прижался к моим губам своими.
- У меня во рту умер опоссум, - попыталась я отвернуться, смущаясь.
- А у меня два и оба сразу после встречи со скунсом.
Никита настойчиво тянулся ко мне губами, и я не устояла. Ну, что я, не человек, что ли? Кто может отказать себе в первых ласковых поцелуях.
- И тебя, конечно, - рассмеялась я, чувствую, как Стасик пытается нас разделить и переключить всё моё внимание исключительно на себя хорошенького. – Иди ко мне.
Я приобняла Стасика и глянула на часы, сначала даже не поверив, что мы проспали почти до десяти утра. Алиса, обычно часов в семь утра уже начинает требовать бутерброды, но сегодняшняя ночь с одним возмущенным подъёмом продлилась дольше обычного.
- Кофе будешь? – спросил Никита, вставая с постели.
- Чай, - я тоже встала, прихватив Стасика. – В любом случае, нужно поставить чайник. Кое-кого бутербродами не задобришь. Да? – чмокнула я Стасика в ручку, которой тянулся к моему носу.
Мы вышли из комнаты и сразу хихикнули, увидев помятого, едва моргающего Даню, делающего бутерброды для Алисы. 
Алёнка всё ещё спала в детской и просыпаться, похоже, пока не собиралась.
Пока я меняла Стасику подгузник, Никита навёл ему смесь, налил себе кофе и заварил мне чай. Даня нарезал для Алисы бутерброды и достал из холодильника контейнеры с едой, которые они с Алёнкой принесли ночью.
- Я разбужу свою принцессу. Вы пока тут без нас не начинайте, - деловито заявил Даня и, закинув подушечку жвачки в рот, пошёл в комнату, где спала Алёнка.
- Фу, - поморщилась я нарочито. – Целоваться со свежим дыханием? Гадость какая.
- Угу, - поддержал меня Никита и вдруг с хмурым и озадаченным лицом обратился к Алисе, которая переложила бутерброд из общей тарелки в своё маленькое блюдце. – А что у тебя тут такое, Алиса?
- Где? – Алиса опустила взгляд на свою пижаму, пытаясь понять, на что показывал Никита. Я тоже присмотрелась, но ничего не увидела.
- Ну, вот здесь. Смотри. Вот. Убежала.
- Куда?
- Вот сюда, кажется. Подними, Алиса, пожалуйста, ручку, я проверю, - дочка подняла руку и присмотрелась к подмышке. Я вместе с ней. – Ну, точно! Вот же она!
- Кто?! – тут даже я начала волноваться.
- Смешинка, - произнес Никита и резко начал щекотать Алису, в ту же секунду звонко рассмеявшуюся.
- Обманул! – кричала она радостно. – Давай, ещё!
И в этот раз Алиса подняла другую руку, начиная заливисто смеяться ещё до того, как Никита продолжил игру.
Внезапно в дверь позвонили, и я, продолжая веселиться вместе с Алисой и Никитой, как-то даже не насторожившись и не задумавшись, пошла со Стасиком на руках в прихожую. Посмотрела в глазок и почувствовала, как часть моих волос на затылке поседела, потому что по ту сторону двери стояли мои родители. На их лицах не было ни намёка на веселье, а мама, вообще прижалась к двери, чтобы подслушать. Хорошо, что хоть у папы в руках не было видно паяльника. Но, судя по серьёзности их лиц, это временно.
Во рту пересохло от страха. Внутри было ощущение, будто я устроила в квартире вечеринку втайне от родителей, а они вернулись раньше времени. 
 
Я перехватила Стасика поудобнее одной рукой, а другой открыла дверь.
- Привет, - с трудом я смогла натянуть на губы улыбку.
- Доброе утро, - словно через губу произнес папа, сканируя обувь на полу прихожей. Две пары мужской обуви не порадовали родителя.
- Лера! – а вот мама в это время шокировано смотрела на Стасика в моих руках. – Это… Это как это?
- Стасик, - покачала я малыша. – А вы чего так рано? И без звонка…
- А что, у тебя секретарь есть, чтобы предварительную запись на прием к тебе вёл? – пробасил папа, явно пытаясь заранее запугать всех, кто находился внутри квартиры.
- Деда приехал! – крикнула Алиса и, топот детских ног довольно быстро донесся до прихожей. – О! И баба тоже приехала!
Дочка кинулась с объятиями на деда и потянулась к своей бабе, а я тем временем всё продолжала держать Стасика, разглядывающего новых для себя людей с завидным спокойствием.
- Папа, а что-то случилось?
- Это ты мне должна рассказать, что у тебя случилось.
- Если ты хочешь сказать что-то, то говори без кокетства. Что-то на Никиту нашёл? – надавила я, при этом прекрасно понимая, что ничего нового для меня он не найдет.
- В том-то и дело, что этот твой Никита слишком чистый. Хоть сам за него выходи, - тяжело вздохнул папа. – Только «хулиганка» в семнадцать лет за драку. Не женат, есть ребенок, бывшая жена, вообще, даже не в стране. И не убита. Может, он хоть урод? На рожу не вышел, а фотографии – качественный фотошоп?
- Можете оценить вживую, - произнес Никита, оказавшийся рядом со мной. – Никита, - протянул он руку для пожатия моему папе.
- Федор Михайлович, - строго ответил папа и, к моему облегчению, пожал руку Никиты, при этом не прекращая сканировать его взглядом. – И к роже тоже не придерешься, - папа озадаченно поджал губы.
- Рад слышать, - кивнул Никита. – Здравствуйте, - обратился он к моей маме, кивнув ей.
Кажется, операция «горячий паяльник» только что отменилась. Но это совершенно не исключает того, что будет применен паяльник холодный.
- Я подержу, - Никита забрал у меня сына, чтобы я смогла поприветствовать своих родителей нормально.
Я приобняла папу и тихо ему шепнула:
- Не перегибай, пожалуйста.
- Угу, конечно, - дёрнул он бровью.
- Только без нервов, мам, - шепнула я уже маме.
- Какие нервы, дочка? Во мне столько успокоительных…
- Ну, вот и славненько, - улыбнулась я и показала родителям проходить в квартиру. – Позавтракаете с нами?
- А куда мы теперь денемся? 
Подхватив Алису на руки, папа прошёл в кухню-гостиную, за ним мама.
- Заранее за всё прости, - шепнула я жалобно, глянув на Никиту.
- Всё хорошо, - Никита успокаивающе улыбнулся и приобнял меня за талию, оставив на виске легкий поцелуй. – Это даже забавно. Пойдём, а-то дам Данька сейчас накосячит.
В кухонной зоне Даня, как настоящая хозяюшка, суетил, наливая всем чай. И только его огромные почти не моргающие глаза, говорили о том, что он напуган и не знает, как правильнее всего себя вести. Беззащитно глядя на брата, он словно что-то от него услышал и немного расслабился, снова вступая в диалог с моим папой, пока мама принюхивалась к воздуху вокруг себя.
- Кстати, я видел вас на фотке. В жизни вы больше, чем в рамочке, - произнес Даня, из-за чего папа посмотрел на него как на дурака, а затем открыл дверцу под раковиной, чтобы проверить мусорный пакет.
- Угу… Алкоголя нет. Молодцы.
- Папа, перегибаешь, - я уже начинала нервничать и злиться. Понятно, что родители волнуются обо мне и Алисе, но мне же не двенадцать лет, чтобы настолько контролировать меня и мою жизнь. В конце концов, своя голова на плечах у меня тоже имеется.
- Ладно. Кхм, - папа кашлянул и уселся за стол, скрестив руки на груди, но Алиса нарушила его баланс, забравшись на колени.
- Здравствуйте, - из моей комнаты робко вышла Алёнка.