Черные начала. Том 9 (СИ)

Помимо того, что лавы с каждым разом становилось всё больше, воздух становился всё горячее, а дышать становилось всё труднее, холмы сменились на огромные горы, между которому нередко открывались не менее огромные трещины, на дне которых протекала лава.
Мы тоже потихоньку менялись, постепенно расшнуровываясь, распахивая ханьфу и раздеваясь, чтобы хот как-то спастись от безбожной жары и духоты, будто мы оказались в печи. Вся одежда, даже чистая за какие-то минуты становилась мокрой от пота, а мы все были неведомым образом перепачканы, будто не знали слова «мыться». Но пока что спасала только фляга, где воды было немыслимое количество.
Иногда горы резко сходили на нет, открывая взор на долины, полностью испещрённые речками лавы. Пару раз мы даже пролетали мимо озёр, в диаметре достигающих до километра. Они скапливались между гор, а одно, почти идеально круглое мы обнаружили и вовсе на вершине одной из гор. А вернее…
— Вулкан, ­— сказал Бао, глядя на жёлтое озеро, окружённое довольно крутым спуском вниз.
— Надеюсь, потухший? — на всякий случай уточнил я.
— Ну в ближайшее время он точно не проснётся, — усмехнулся он. — Красиво место, да?
— Ты конкретно про это место или эти земли?
— Эти земли, — окинул он округу взглядом.
Отсюда с горы земли выглядели действительно пугающе, будто планета начала разрушаться. Повсюду красно-жёлтая лава, голый камень, горы, с которых стекают огненные горные ручьи, и равнины, где всё изрезано жёлтыми линиями, словно мозаика на стекле.
— Меня это место больше пугает, — честно признался я.
— Пугает неподконтрольное.
— Да нет, пугает количество потенциальных опасностей на квадратный метр. Кстати, мы не задохнёмся здесь в газу? Который поднимается от лавы?
— Вряд ли здесь поднимается газ, который действительно опасен, но даже если и так, он же поднимается вверх. Да и вряд ли дальше останется место, где будет хоть как-то безопасно, поверь мне, — недобро улыбнулся он. — Дальше будет только больше…
  
Глава 282
 
Жара-жара, жаренный Инал в больших горах…
А если без шуток, здесь ещё было терпимо. Несмотря на ужасно высокие температуры, которые грозились высушит тебя до состояния мумии, влажности здесь практически не было, из-за чего даже плюс пятьдесят переносилось относительно терпимо.
Но это до поры до времени — чем дальше мы продвигались, тем становилось душнее. Иной раз было совсем тяжко, и казалось, что горячий обжигает нос и лёгкие. Вокруг теперь постоянно бушевала лава: взрывалась, сходила быстрыми потоками, волновалась в огромных озёрах, иной раз которые приходилось обходить.
Хуже было, когда нам приходилось проходить вулканы, которых здесь было великое множество. Одни стекали спокойными потоками, другие взрывались, разбрасывая лаву по округе. Нередко горы впереди сплошь представляли из себя вулканы, которые только и делали, что извергались.
Мир из серого стал красно-жёлтым.
Но даже среди такого можно было найти пусть и маленький, но плюс — девушки начали постепенно раздеваться.
Не то чтобы я был озабоченным, однако это хотя бы немного радовало глаз, особенно в таких условиях. Совунья, Лисица и Джа достаточно долго держались, прежде чем сдаться. Сначала распоясались, позволив ханьфу свободно хлопать при полёте. После этого сбросили штаны, оставшись в носках и гэта, а следом избавились и от ханьфу. А на бис они избавились от нагрудных повязок, представ перед нами вовсе топлес.
И вот, теперь они щеголяли перед нами мокрые и разгорячённые, поблёскивающие в свете лавы влажными телами они привлекали к себе достаточно много внимания. И как бы я не отчуждался, взгляд то и дело останавливался на голых девушках, которые не особо-то и стеснялись. Останавливался на их груди, на их попах, удивительно гладких и круглых, на хорошо высеченной талии, на ровных спинах, по которым были разбросаны растрёпанные волосы.
Мне бы смотреть на Джа, которая, наверное, была самой из этой троицы по фигуре, но взгляд почему-то каждый раз возвращался к Лисице. Не знаю, может причина была в том, что я привык видеть своего мастера одетой и строгой, а здесь, с красными щёчками и голая она представала в совершенно другом свете? И тем не менее, поглядывая на неё, я испытывал смесь какого-то стеснения и лёгкого возбуждения, словно пялился на что-то запретное.
 
— Радует взгляд, да? — пробормотал Бао, присев рядом и разглядывая троицу, что что-то там общебетывала между собой. Из них только Стрекоза была одета, но здесь я сомневаюсь, что ей вообще требовалось раздеваться, учитывая её способности к иллюзии.
— Радовало бы ещё больше, не будь тут так жарко… — пробормотал я. — Долго ещё?
— О-о-о… мы ещё даже не дошли до морей лавы, огромных вулканов до самых небес и бездонных трещин. Кстати, как там твой амулет, что тебе дало божество?
— Лежит, а что?
— Помнишь, куда надо выбросить? — спросил он.
Я помнил, Чи Ю этот великан с шестью руками дал достаточно точные инструкции. В тот момент, когда мы достигнем огромной реки лавы, что пересекает почти все огненные земли, нам надо будет двигаться на юг к огромному вулкану и выбросить в его жерло амулет.
Я прямо как Фродо, а Бао как Голум. Надо его тоже в жерло столкнуть будет.
— Да, даже если мы не выйдем, то ориентиры достаточно крупные, чтобы пройти мимо них.
— Это плохая идея, его освобождать, знаешь ведь?
— А у меня есть выбор? — показал я метку на руке.
— Не мне тебе рассказывать, что получив желаемое, зачастую все имеют плохую привычку избавляться от исполнителей.
— По себе судишь? — спросил я его невесело. 
— Не только.
— Смысл ему убивать меня? У тебя была причина какая-никакая, а у него… да я для него букашка, не более. Вреда не причиню, больше забот убить.
— Не недооценивай божество, Юнксу. У них свой взгляд на мир. К тому же… — он многозначительно замолчал.
­— Что?
— Как знать, может ему придётся тебя убить, — пожал он плечами.
Я бы спросил «зачем?», но и так было понятно, что он мне не ответит. Вместо этого Бао опять начал разглядывать девушек, который разбрелись по округе. И больше всего его взгляд останавливался на Совунье, которую он рассматривал с особым вниманием. Та, будто почуяв его взгляд, стрельнула в его сторону глазами, и как бы невзначай скользнула рукой по груди.
Соблазнительно, блин…
— Мне казалось, вы друг друга ненавидите и остерегаетесь, — сказал я.
— Скорее, я вижу в ней опасную соперницу, и именно это меня и привлекает в ней. Знаешь, как игра со смертью, никогда не знаешь, что от неё ждать. Такая стервозная хитрожопая сука, что хочется придушить.
— И это тебя в ней привлекает.
— Да.
— Что же в этом привлекательного?
— То, что это не скучно, — ответил Бао, усмехнувшись. — Вот тебя привлекает Лин?
— Чёрная Лисица? Нет.
— Да ладно, — усмехнулся он. — Твой мастер ещё тот огонёк ведь. Что ты на голову ударенный, что она ещё та заноза, друг друга стоите.
Почему-то я сразу вспомнил первые наши дни вместе, как я упёрто противостоял ей, втыкая палки в колёса при любом удачном случае, а она, наоборот, пытала побороть меня своим упорством и безразличием к выходкам. Кто победил? Мне кажется, что это был пат — в конце концов, я признал её, а она стала ко мне боле терпимой.
— Может и стоим, — не стал отрицать я. — Но она меня не привлекает.
— Ага, конечно… — усмехнулся он.
— Нет, для меня Чёрная Лисица не женщина…
— О как, — раздался холодный голос за моей спиной, чуть ли не надо мной, заставив меня сжаться. — Стесняюсь поинтересоваться, кто же я тогда?
Так, я не понял, а как она так подкралась ко мне?
Я напряжённо обернулся и увидел прямо за своей спиной не слишком довольную Лисицу, которая обдавала холодом даже в такую жару.
— Вы? Мастер, — ответил я как-то смущённо. — Ну в смысле, вы очень привлекательная и красивая, но я вас как женщину не воспринимаю.