Черные начала. Том 9 (СИ)

Сказать честно, сложно стоять на месте, когда на тебя мчится толпа разъярённых тварей, клыкастых, зубастых и просто нехороших. В этом и была фишка копейщиков — дисциплинированность и смелость держать строй, когда на тебя несётся такое.
И горбуны показали действительно удивительную стойкость.
Выступив вперёд те, кто был с копьями, между них оказались мы, что с мечами, когда твари врезались в нас. Волна наткнулась прямо на копья, твари напарывались на них, висли, продолжали насаживаться, пытаясь продвинуться дальше. А те, кто всё же просочился дальше, встретились с мечами.
Одна из тварей сама напоролась на мой клинок, даже не пытаясь увернуться, пока другая, будто не обращая на меня внимания, с остервенением пыталась прорваться дальше, глубже в группу. Утихомирилась лишь когда я снёс ей голову.
Волна отступила, но лишь для того, чтобы напасть с другой стороны. Удары становились всё сильнее и сильнее, и это выглядело, будто нас просто проверяли на прочность, можно ли будет нашу группу взять просто мясом. Это стало ещё более очевидно, когда они неожиданно ни с того, ни с сего отступили назад.
Атаки прекратились, но и отступать кабанольвы не собирались.
И в это же время мы сами, не сговариваясь, начали дружной гурьбой отступать к склонам, медленно и верно, ощетинившись мечами и копьями, чтоб закрыть тыл крутой горой. Я даже не замечал, как рядом со мной плечом к плечу вышагивают вонючие прогнившие горбуны, которые только недавно хотели меня поднять на пики. И я невольно возвращался к мысли, что едва это кончится, мне придётся вновь от них убегать и лучше это сделать, когда все будут отходить от победы.
Если таковая настанет. 
Я скользнул глазами по вожаку. Он стоял от всей этой вакханалии в стороне, большой и преисполненный достоинства, словно король, который с гордостью оглядывает свою сражающуюся армию.
И в этот самый момент мы встретились глазами.
Я и он, мы на секунду задержали друг на друге взгляды, и он оскалился. Одарил меня кровожадной усмешкой, будто говоря: да, я разумен, и я знаю, что ты это понимаешь.
Мне бы хотелось, чтобы это была паранойя, однако в мире, где животные способны дорасти до божественных бессмертных существ, такое было слишком реально, чтобы оказаться всего лишь происками моего страха.
На этот раз атака была куда более продуманной и стремительной, похожей на реальный план. Видимо прощупав нашу силу, твари прикинули свои возможности и сбились в одну кучу, после чего рванули вперёд. Но рванули не плотной толпой, а клином и прямо в центр нашей обороны. То, что они пытались сделать стало ясно буквально через несколько мгновений.
Их клин просто воткнулся в наши первые ряды горбунов, левее меня. Они не кусали, не пытались огрызаться на удары, просто самопожертвенно идя на прорыв. Первые твари буквально завалили собой горбунов, а следом за ними в брешь тут же ринулись другие твари, ринулись в глубь группы, под конец просто рассекая нашу маленькую армию пополам.
И всё, наша оборона прост рухнула с одной такой атаки.
Да, мы много тварей положили, когда они прорывались, но какая разница, когда они добились своего и всё сыпется? В такой ситуации цель действительно оправдывала средства, и количество убитых тварей полностью окупало то, что наша оборона посыпалась.
Когда твари прорвались в самый центр нашей группы, они ринулись в разные стороны, теперь уже не сдерживаясь и разрывая всех на своём пути. 
Началась самая настоящая бойня. В такой толкучке, когда все сбились в кучу и нормально не развернёшься, не ударишь, это было подобно аду. Твари рвали горбунов, а их товарищи, стоя рядом, не могли толком ничего сделать, мешая друг другу.
В этот момент конкретно меня спасало то, что я находился в первых рядах, и у меня была хоть какая-то свобода действий. Тут главное было успевать поднимать перед собой клинок, насаживая на него тварей, что бросались на меня, сбрасывать на землю и вновь поднимать его. Они били по мне когтями, нарезая кожу на лоскуты, пытались цапнуть за зубами за конечность, но сдыхали раньше, чем смогли действительно смертельно меня ранить.
 
Дело была реальная труба, и я начал отступать. Теперь выживет тот, кто успеет покинуть судно — выберется из толкучки, где у горбунов не было никаких шансов, перегруппируется и вновь даст бой, но уже выше.
Не только я отступал, многие, уличив момент, тут же перебирались выше. И не только мы были такими умными — твари шли на перерез, атакуя отступающих.
Я только и успевал, что оборачиваться и наносить удары. Вот тварь ринулась на меня расставив лапы и открыв пасть, и я дёрнулся вперёд, выбросив руку с мечом вперёд. Кабанолев сделал большую часть работы за меня, по инерции сам и насадившись на меч. Сбросив его, я резко развернулся, поставив меч поперёк, и на меня набросилась со спины другая срань. В тот момент, когда существо уже было навалилась на меня, я резко крутанулся, сбросив её нахрен, и махнул по склону вверх. А где-то позади прямо у моей лодыжки щёлкнули зубы, едва не лишив меня ноги.
Потихоньку я начал выдыхаться, но тем не мене взбирался всё выше и выше. Рядом со мной оставалось не так уж и много горбунов, которые смогли вырваться из смертельной ловушки.
Мы оборачивались, отбивались от тех тварей, что нас нагоняли и вновь взбирались выше. Измотанные длинной погоней, подыхая от жары, да и ещё борясь с тварями, мы продолжали сопротивляться в то время, как внизу от той большой группы моих преследователей не осталось никого.
— Юнксу, как дела?
— Люнь, не отвлекай, — бросил я, успев подпрыгнуть, когда снизу щёлкнули зубы. И тут же воткнул в череп кабанольва меч. — Не сейчас…
Правда даже такая безнадёжная ситуация, где остатки нас, людей разумных гнали вверх, умудрилась перевернуться с головы на ноги. И я имею ввиду в худшую сторону, хотя казалось бы, куда ещё хуже.
К охоте присоединился огромный босс-вожак.
— Да чтоб тебя… — выдохнул я, глядя на то, как огромная туша грациозным прыжком рванула вверх за нами, показывая чудовищную прыть. Его рык заставил замедлиться остальных, практически отступиться от нас.
Решил, видимо принять участие в охоте, когда всё уже решено, сука.
И в этот момент то ли от злости на такую хитрожопость, то ли просто из-за того, что опасность за задницу укусила, у меня в голове стрельнула просто безумная идея. Я не считаю себя самым умными, да и не считал никогда до этого, но нас эта тварь всё равно догонит, и нам так или иначе каюк, почему бы не рискнуть?
Каюк раньше, каюк позже, какая разница в этой ситуации?
Бывают у меня такие озарения, да… безумные…
Я бросился к вышившим горбунам, прямо на бегу отобрав у них два копья. Ломанная-переломанная рука отозвалась дикой болью, но тем не менее, копьё удержала, а большего и не нужно. Не сказать, что горбуны сопротивлялись, однако по их взгляду я мог понять, что они думали — не рехнулся ли я часом в такой момент тут такое устраивать?
Нет, не рехнулся.
Вооружившись копьями на каждую руку, вместо того чтобы подниматься, я ринулся навстречу твари.
Ещё в джунглях Шаммо меня между делом Цурико учила, как охотиться с копьём в одиночку на очень крупную дичь. Я не был против чего-нибудь изучить, если это помогало отнимать у других жизнь, и здесь тоже с интересом послушал её рассказы.
Рассказы о том, как правильно расположиться, если на тебя готово прыгнуть огромное чудо.
Естественно, навались на меня кабанолев размером со слоника, я просто не удержу копьё, особенно сейчас, без своих сил, но вот если…
Тварь словно почуяла мой вызов, резко сменив направление на меня. Я мог разглядеть в этой звериной роже безумную радость и желание крови. Насмешку над таким слабым противником, как я.
Да только и сама тварь не была без Ци так сильна.
Я, спустившись ниже, присел на одно колено и выбрал позицию поудобнее, положив копья на землю так, чтобы древки упёрлись в камень. Смотрел, как приближается ко мне это хтоническое нечто, готовое меня разорвать, и ждал момента. Того самого, когда всё решится. Когда…