С тех пор, как ты вернулась…

— Да, живы. И, видимо, именно они привели меня назад в Нантакет, — согласилась она.
Выражение лица ее стало почти мечтательным.
— Назад, к семье. — Ему так хотелось дотронуться до нее, ее лица, кожи, волос, ощутить, что она действительно существует. — Я хочу, чтобы ты вернулась.
И тут он неожиданно запнулся. А какое впечатление это произведет на Саманту? Обрести маму, которая тебя не помнит. Каково это? А ведь она еще так мала…
— А как же Саманта? — спросила Лора, как будто прочитав его мысли. У нее это всегда хорошо получалось. — Она не должна встречаться со мной… такой.
Ему хотелось начать спорить, переубеждать, настаивать на немедленном возвращении Лоры домой. Но Энди понимал, что она права.
— Что ж, может, ты и права.
— Значит… — Она пожала плечами.
— Я поговорю завтра с детским психологом и узнаю, как лучше поступить.
Лора крепко зажмурилась, а когда открыла глаза, на ресницах блестели слезы.
— Так тяжело…
— Да уж, — согласился он. — Мне казалось, что такие вещи случаются только в кино, а вот ведь… — Он развел руками. — По мне, так это просто чудо. Самое прекрасное, что случилось со мной за всю жизнь. Я считал тебя умершей, а ты жива. Далеко не многие получают возможность начать все сначала. Опять начать все сначала!
— Сначала… — повторила она задумчиво. — Для меня все действительно начнется с самого начала.
Энди кивнул. Он все бы отдал, чтобы ей было легче, но понимал, что помочь сейчас невозможно. Единственное, что можно, — вернуться назад и изменить прошлое.
— И, тем не менее, если мы хотим как-то продвинуться вперед, мы просто должны принять все случившееся как должное. Оно есть, и точка.
Лора поджала губы и кивнула.
— Трудно планировать будущее, когда ты никак не можешь осознать настоящее.
Как ему хотелось в этот момент обнять эту храбрую, такую родную и такую чужую женщину, прижать к себе, защитить от окружавшего ее мрака.
— Может, тебе легче будет все вспомнить, когда ты окажешься дома. И мне кажется, чем быстрее это произойдет, тем лучше.
— Я не могу этого сделать. Понимаю, что жила там раньше. Но не забывай, что я уже не та женщина и не могу вот так просто опять начать жить ее жизнью, как будто ничего не произошло, я просто не готова жить с тобой. Ты должен понять меня.
Энди улыбнулся.
— Что смешного?
— Это тоже твое любимое выражение. Я имею в виду нашу совместную жизнь и то, что я должен понять тебя и уважать твои чувства.
Боже, как ему хотелось стиснуть ее в объятиях! Но он сдержался.
— То же самое, слово в слово, ты говорила мне до нашей женитьбы.
— Что ж, значит, я умная женщина. — В ее глазах промелькнула улыбка. — Хоть и повторяюсь.
— Да, всегда была. Умная, я имею в виду. Хотя, действительно, ты несколько повторялась. Это я теперь понял. — Он тоже улыбнулся. — Пойми, я не хочу давить на тебя. Я хочу, чтобы ты приехала и просто посмотрела, как мы живем.
— А-а-а, — Лора рассмеялась. — В таком случае это неплохая мысль.
Энди попросил у официанта счет и достал из портмоне золотую кредитную карточку.
— Где ты остановилась?
Произнося эти слова, он уже ненавидел их, хотя и должен был сказать. Они как будто служили подтверждением тому, что она может не вернуться домой.
— «Старбак Хауз», — ответила Лора. — А где твойдом?
— Тут недалеко. — Он не мог отделаться от мысли, что ее неведение не наигранно. — Сэм ляжет спать где-то через час. Давай я поеду домой и уложу ее, а ты придешь и все посмотришь, пока она будет спать. Наверное, так будет лучше и для тебя, и для нее. И, может, наш дом пробудит какие-нибудь воспоминания.
 И тогда ты все вспомнишь, и все будет нормально, и мы попробуем вновь собрать осколки нашего былого счастья. 
— Как-то слишком много всего сразу. — Лора задумалась. Она не знала, что у нее есть дочь. Хотя, сколько себя помнила, ей всегда ужасно хотелось иметь ребенка. Но необдуманным поступком можно испугать девочку. Действовать нужно осторожно. Очень осторожно. — Может, лучше мне приехать завтра утром, пока она будет в детском саду?
 
Энди неохотно кивнул.
— С восьми до часу. У нас есть приходящая няня, которая присматривает за Сэм после садика. Она может завтра повести ее погулять по городу, если тебе понадобится еще время перед тем, как встретиться с дочерью.
— Я хочу увидеть ее, ты же знаешь, — мягко сказала Лора. — Больше всего на свете. Но мне бы не хотелось напугать ее. Я даже не представляю, как отреагирую на все, что будет. А дети прекрасно чувствуют, их трудно обмануть, как бы ты ни старался.
— Ты права. Ты всегда понимала ее лучше, чем я. Я к роли матери привыкал с трудом.
— Правда?
Он кивнул.
— Все-таки, так называемый, материнский инстинкт природа заложила только в женщин.
Когда Энди сказал это, глаза Лоры заблестели. Как всегда, когда она была довольна. Или возбуждена. Сердце отчаянно забилось, он почувствовал, внезапно возникшее, желание. Вот уж точно не вовремя.
— Я никак не могу поверить, что действительно говорю с тобой. С тобой, Лора. Я так рад, что ты вернулась.
Она подняла глаза и вздохнула.
— Спасибо.
Он с трудом оторвал от нее взгляд, написал адрес на салфетке и протянул ей вместе с 10-долларовой бумажкой.
— Это наш адрес. Любой таксист найдет без проблем.
Она взяла только салфетку, на деньги даже не посмотрела.
— Восемь часов?
Они встали.
— Я буду ждать, — сказал он, идя к двери.
«Возьму неделю за свой счет, — подумал он. — Или больше. Сколько понадобится».
Когда они вышли, Энди задержался на пороге.
— Лора!
Она продолжала идти.
— Лора! — крикнул он громче.
— Ой! — Она резко остановилась и повернулась. — Пройдет какое-то время, пока я привыкну к этому новому… старому имени.
Солнце золотило ее кожу, сияли ярко-голубые глаза, блестели пышные рыжие волосы. Энди судорожно пытался отогнать видение, как они занимались любовью долгими летними днями, в лучах янтарного полуденного солнца, льющегося из окна. Какое восхитительное воспоминание из их потерянного прошлого!
— Лора! — севшим голосом только и смог произнести он.
Улыбка тронула ее губы.
― Да?
Черт с ним со всем — и Энди крепко обнял ее. Она не сопротивлялась. Какое блаженство держать ее в объятиях! Какое до боли знакомое тело!
— Я не хочу, чтобы ты уходила, — шептал он ее волосам.
От волос шел слабый фруктовый запах, и это удивило его. Она стала пользоваться другим шампунем, незнакомым. Что ж, это вполне естественно, но так непривычно!
— Теперь, когда ты нашлась, мне совсем не хочется отпускать тебя. Я так боюсь, что ты опять исчезнешь или все это окажется просто сном.
— Это не сон. — Уткнувшись ему в плечо, она медленно, нежно обняла его и положила голову ему на грудь.
Энди чувствовал, как она расслабилась в его объятиях.
— Как много времени прошло…
 Зато теперь я знаю, что делать, подумал он. Ты должна, должна верить мне на слово. Как жаль, что всегда с этим у тебя были трудности. 
Он прижал ее еще крепче.
— Я клянусь, ты можешь мне верить, — вырвалось у него в ответ на собственные мысли. — Никто не обидит тебя.
Она откинулась назад и удивленно посмотрела на него.
— А я и не боюсь. Наоборот. Я боюсь сама причинить вам боль, расстроить вас.
— Дорогая! Для нас, можно сказать, ты вернулась с того света. Как же ты расстроишь нас? Это невозможно!
— Я могу никогда не вспомнить вас.
— Я не верю в это!
— Прошло больше года. С трудом верится, что я могу что-нибудь вспомнить.
Он даже мысли не допускал, что она может быть права.
— Ты так долго была оторвана от дома, семьи, близких людей… Что-то обязательно послужит толчком, и все вспомнится!
Глаза Лоры погрустнели. Он почувствовал, как она содрогнулась.
— Сомневаюсь…
Энди рассмеялся.
— Что? Что смешного?