Лёха - сокрушитель Вселенной (СИ)

— Слы-ы-ышь! Братуха! Ты поспешных выводов-то не делай! — незнакомец сунул ключи обратно в борсетку и миролюбиво поднял руки.
— Не брат ты мне, гнида черножопая.
Лёха встал. Незнакомец тоже поднялся, всё ещё пытаясь успокоить его примиряющим жестом.
— Мне чё сказали передать, я передаю! Люди авторитетные, весовые, не чета тебе! Гордиться надо, тебя воры коронованные греют, а ты нос воротишь! — увещевал мутный.
— Слышь, чёрт. Я тебя уработаю прям щас, прям тут, понял? — сообщил Лёха.
— Ну ты ваще отморозок, бля! Может, деньгами возьмёшь? На, держи! — незнакомец раскрыл борсетку, которая оказалась набита пачками пятитысячных купюр.
— Ты чё, бля, тупой? — Лёха грозно навис над ним, сжимая кулаки.
Мутный понял, что эта стратегия бесполезна и захлопнул борсетку, начиная отступать вниз по ступенькам.
— Ну ты и мудак, в натуре, — окрысился он. — Всё, бля, ходи оглядывайся, скоро лес из багажника увидишь. Могилу сам себе рыть будешь. Землю жрать будешь.
— Ну всё, педрила, ты сам напросился, — выдохнул Лёха.
Он попробовал достать его резким хуком справа, но мутный успел отскочить ещё ниже по ступенькам.
— Чё, думаешь, крутой? Да вам всем скоро капут, ты понял? — вопил мутный, торопливо спускаясь по лестнице, к спасительной двери подъезда.
Лёха не бежал за ним. Бежать он считал ниже своего достоинства. Он спокойно преследовал врага, медленно, но неизбежно. Как неминуемая гибель, как стихийное бедствие. В подъезде этот чёрт не успеет сбежать.
— Да вас просто уничтожат! В пепел разбомбят нахер, понял? А хули ты думал, против кого попёр, придурок?! Или чё, думаешь, ты герой? — продолжал незнакомец, достигший, наконец, тяжёлой железной двери.
— Я-то? — спросил Лёха. — Я — нормальный пацан.
Но вместо ответа и очередной порции визгливых оскорблений он услышал только грохот подъездной двери, и понял, что больше медлить нельзя.
Он рванул к выходу, выскочил наружу, по глазам резанул яркий свет. Чёрным пятном промелькнул силуэт бумера, пейзаж родного двора из бетонных коробок защемил сердце, но Лёха видел только цель — убегающего типа.
Тот изо всех сил мчался наутёк, к огромной арке, исписанной граффити на выщербленном бетоне, к выходу. К дороге. К улице Молдавских Партизан, если быть точным.
Лёха гнался за ним с упорством тигра, почуявшего добычу. Он выбежал из арки прямо на дорогу, как вдруг раздался оглушительный гудок, низкий и протяжный. Прямо на Лёху мчался огромный грузовик.
  
Глава 50. Мы Добавили Исекай В Твой Исекай
 
Он снова открыл глаза. Как ни странно, он был жив и здоров, хотя он ясно помнил удар и нестерпимую боль, когда мусоровоз на полном ходу сбил его. Лёха огляделся по сторонам. Он снова находился на лесной поляне, но местность… Выглядела необычно. Все краски в несколько раз ярче обычного, трава куда зеленее, кроны деревьев пышнее. Даже небо, пронзительно голубое, безоблачное, казалось словно нарисованным.
Лёха посмотрел на руки. И вроде всё выглядело как обычно, но какой-то детали будто не хватало, мелкой, но очень важной. Вдруг он понял — его руки выглядят схематичными. Будто он тоже нарисован. Нет ни отпечатков пальцев, ни линий, даже жёлтые ногти исчезли.
— Бля, ну и дела, — удивился он.
Тропинка змеилась под густыми кронами деревьев, и Лёхе не оставалось выбора. Он встал и пошёл. Вскоре он услышал музыку, тихую повторяющуюся мелодию, которая маячила где-то на краю сознания, особо не отвлекая, лишь сопровождая его шаги. Лёха остановился. Музыка стихла.
— Хм, — он по привычке почесал затылок.
Стоило ему сделать ещё пару шагов, как мелодия заиграла снова. Лёха решил не обращать внимания. Не больно-то она и мешала. Вскоре он вышел к опушке леса, под музыкальное сопровождение из барабанов и флейт.
Сразу за опушкой виднелась деревня, удивительно напоминающая что-то азиатское. Островерхие черепичные крыши, пагоды, тонкие, практически бумажные, стены. И рисовые поля, залитые водой. На горизонте же возвышались заросшие лесом горы.
 
— О, бля, внезапно, — произнёс Герой. — Это чёто новенькое.
Тропинка, словно ручей, впадающий в огромную реку, вывела его на широкий тракт, который шёл к деревне. Лёха, ни на секунду не задумавшись, направился туда. И чем ближе он подходил, тем больше замечал различий по сравнению с обычными русскими деревнями.
Он приблизился к окраине, словно переступив невидимую границу, и к нему тут же вышли навстречу две девушки в полупрозрачных кимоно. Лёхины губы сами собой растянулись в сальной ухмылке, а глаза стали плотоядно шарить по роскошным грудям и внушительным бёдрам. У девушек на головах виднелись милые кошачьи ушки, но для Лёхи это не было проблемой.
— Мадмуазели, бомжур, — куртуазно поздоровался он.
Девушки переглянулись и хихикнули.
— Ohayō gozaimasu! — пискнула первая, жгучая брюнетка с огромными глазами.
— Yōkoso desu! — поклонилась другая, зеленоволосая, и её кошачьи ушки мило встрепенулись.
Лёха снова ухмыльнулся, не обращая внимания на языковой барьер. Слова его в данный момент вообще не интересовали. А язык, на котором он с ними хотел бы говорить — интернационален. Язык тела понимают везде одинаково, а звуки наслаждения не имеют падежей и склонений.
— Добро пожаловать в Онсен! Десу! — проворковала зеленоволосая.
— О-о-о… — протянул Лёха. — Ништяк…
— Меня зовут Мия! — почти пропела брюнетка.
— А меня — Лия! Десу! — вслед за ней пропела зеленоволосая.
— Лёха, — авторитетно представился Лёха. — Герой.
Кошкодевочки томно захихикали, прикрывая ладошками рты и переглядываясь, то и дело стреляя глазками на Героя, уверенного в своей неотразимости.
— А какой у тебя ранг, десу? — спросила Лия.
— Ты давно в Гильдии? — спросила Мия.
Лёха о таком и не слыхивал, но и выглядеть лошком не хотел.
— Ранг? Бля, большой. Здоровенный, сука, ранг, — ответил он. — Девчули, может, город покажете? Выпьем, закусим, тоси-боси, ну вы понимаете, ага?
— Точно! — воскликнула брюнетка. — У нас же сегодня праздник! Пойдём скорее!
Они взяли Лёху за вспотевшие ладошки и потянули за собой, вниз по улице, вдоль разукрашенных стен, увешанных цветочными гирляндами и фонариками. В воздухе витала атмосфера праздника, расслабления и отдыха.
— Вот чё, бля, сразу сюда не попал-то, — пробормотал Лёха себе под нос.
То тут, то там он замечал заинтересованные женские взгляды, селянки останавливались, отвлекались от дел, чтоб посмотреть на Героя. Женщины и девушки, зрелые и юные, глазели на Лёху, словно бы он был настоящим Апполоном, они краснели и смущались, кто-то подмигивал и облизывал губы, но совершенно точно Лёха был окружён вниманием, как никогда раньше.
— А здесь у нас местная Гильдия Авантюристов, десу! — радостно воскликнула Лия, когда они проходили мимо двухэтажного каменного здания. — У меня уже третий ранг, десу!
— Ништяк, — оценил Лёха. — А чё за праздник у вас?
— Ежегодный фестиваль купальников! — хихикнула Мия.
— О-о-о… — Лёха сомлел окончательно.
— Лёха-кун… — Мия засмущалась и покраснела, кошачьи ушки робко прижались к волосам. — Ты… Пойдешь с нами на фестиваль?
— С вами, девчули, хоть на край земли, — Лёха широко улыбнулся, планируя и предвкушая.
— Ура! — выпалила Лия, но тут же смутилась и замолчала, глупо улыбаясь.
Они дошли до центральной площади, посередине которой возвышался фонтан. Всё вокруг было украшено и подготовлено к празднику, начиная от фасадов домов и заканчивая обычными скамейками. Площадь оказалась забита народом, и Лёха с удивлением понимал, что не видит среди них ни одного мужика. Девушки купались в фонтане, смеясь и разбрызгивая воду на подружек, стояли компаниями и весело щебетали, лакомились фисташковым мороженым и сахарной ватой.
 
Как вдруг Лёха услышал знакомый голос.
— Вот так-то, милые дамы! Именно так мы с верным оруженосцем одолели злого колдуна!