Лёха - сокрушитель Вселенной (СИ)
Лёха резко развернулся и снова ударил крысиного короля палкой. Богатырский удар пришёлся точно по морде, и Лёха ожидал увидеть брызнувшую кровь и падающего замертво врага, но над крысой лишь взлетела красная цифра «5».
Герой взвизгнул и отскочил, в последний момент уворачиваясь от жёлтых зубов крысиного короля.
— Да чё за говно! — воскликнул он.
Руки тряслись, будто с похмелья, а в висках гулко стучало. На этот раз Лёха испугался по-настоящему. Эти цифры только всё портили. Без них он размотал бы любого врага, но что делать, если даже самые мощные удары почти не действуют? Лёха не знал.
Он выставил палку перед собой словно копьё, уже не пытаясь ударить крысу, он лишь сдерживал её наступление, отпихивая настырную тварь и пятясь назад.
Крысиный король прыгнул на Лёху, целясь прямо в горло, Лёха инстинктивно ткнул врага торцом палки. Раздался грохот, Избранного отбросило назад, он стукнулся бритым затылком об стену и упал на задницу. В стене напротив зияла огромная дыра, крысиного короля нигде видно не было, только кровавые ошмётки медленно сползали по краям дыры.
— Бля… — пробормотал Герой.
Перед внутренним взором снова взорвался фейерверк поздравлений, ослепляя его похлеще светошумовых гранат. Лёха схватился за голову и зарычал.
Опыт: + 5
НОВЫЙ УРОВЕНЬ!!!
Добавлен новый титул: КРЫСОБОЙ (1)
Фейерверки постепенно погасли и жить стало легче, но Лёха вдруг подумал, что будет, если такое случится, например, во время драки. Поздравления с новым уровнем надолго выводили его из строя.
Палка за одно мгновение истлела в труху и осыпалась Лёхе прямо на треники. Он снова остался безоружным, но у Лютомысла в палисаднике было ещё много таких чудо-палок, так что Избранный не переживал.
— Ну и дела, в натуре, — ухмыльнулся он.
Руки по-прежнему дрожали, Лёха машинально потянулся за сигаретой, но опомнился и остановился. Курева и так почти не осталось.
Лёха встал и отряхнулся. Через дыру в стене лился солнечный свет, обгорелые края чернели хлопьями сажи вперемешку с кровью.
— Вот так-то, бля, — гордо произнёс Избранный.
Теперь он чувствовал себя так, будто закинул горсть доброго насвая. Впервые за всё время здесь чувствовал себя живым. Ощущение победы придавало сил и морально, и физически.
Лёха вышел из амбара и схаркнул на землю. Отовсюду к нему бежали русары, и Лёха был готов принимать подарки и поздравления за совершённый подвиг. Однако в руках у них не было ни подарков для героя, да и вместо русарских красавиц к нему бежали мужики с дрекольем.
— Ты чего наделал! — взревел Лютомысл, первым добежавший до Избранного.
— В смысле, бля, — не понял Лёха.
— Амбар! — заорал староста.
— А чё… — Лёха обернулся и обомлел. — Бля…
Крыша амбара занялась пламенем и разгоралась всё сильнее. Видимо, после выстрела остались какие-то тлеющие остатки, и взрывом их закинуло на крышу.
— Тушите! Прошка, беги за водой! Мефодий, всех собирай! — кричал Лютомысл.
Что-то Лёхе подсказывало, что пора бы сматывать удочки. Он так и попробовал сделать, бочком пробираясь мимо старосты, но Лютомысл зацепился за него бешеным взглядом. Уйти по-тихому не получилось.
— Ты! — взревел русар, закатывая рукава.
— Чё… — пробубнил Лёха.
Почему-то ему вспомнилась школа и частые посещения директорского кабинета. Ирина Львовна точно так же орала ему прямо в ухо. Но Лютомысл был куда опаснее старой директрисы.
— Крысы сдохли, дело сделано! — Лёха расправил плечи и грудью пошёл на старосту.
Да и насрать, что русар его в два раза шире. Большие шкафы громче падают.
— Да я тебе… — прошипел Лютомысл.
— Чё бля?! — Лёха был опьянён недавней победой и берегов не видел. — Хули ты с толпой пришёл, как пидор?
Лёха встал в боксёрскую стойку и запрыгал на носочках. Лютомысл стоял, с недоумением глядя на соперника.
— Чё, ссышь? Давай! — заорал Избранный.
Мимо них пробежали несколько русаров с вёдрами. Они с размаху выплёскивали воду на горящий амбар, но помогало слабо. Вода с шипением испарялась, не долетая до пламени. Лёха спиной почувствовал жар.
— Ну! Давай, ссыкло! — он подзуживал Лютомысла, прыгая вокруг него, будто Джеки Чан.
— Ты сам напросился, герой, — произнёс Лютомысл.
Могучий кулак русара просвистел рядом с Лёхиным ухом, каким-то чудом он сумел уклониться. Лёха списал это не на везение, а на своё мастерство.
— На, ёпта! — выкрикнул Избранный, выбрасывая длинный апперкот.
Удар пришёлся прямо в челюсть, но, похоже, широкая борода смягчила его. Лёха отскочил и хищно оскалился. Обычно таким ударом он вырубал противника наглухо.
Остальные русары бегали вокруг и тушили пожар, не обращая внимания на эпическую схватку. Амбар разгорался всё сильнее, несмотря на все усилия деревенских мужиков.
— Чё, бля, — хохотнул Герой, но тут Лютомысл нанёс коварный удар.
Последнее, что Лёха увидел — крепко сбитый кулак старосты, летящий ему прямо в лоб и вспышку хаотично мелькающих символов.
Очнулся Лёха в каком-то свинарнике. Жутко хотелось пить, жутко болела голова. Почти как с похмелья, только хуже. Он скосил глаза в правый нижний угол.
Здоровье: 23 %
Опыт: 6
Вокруг было темно, но постепенно Избранный стал различать очертания предметов. Деревянные поперечные жерди загонов, жирная грязь и говно на полу, тихое хрюканье. Точно, свинарник.
— Бля… — простонал он.
Рядом с шишкой от божественного щелбана вздулась ещё одна. Лёха потрогал её и поморщился. Надо было с этим что-то делать. Лютомысл явно попутал рамсы. Но выскочить против него ещё раз Лёха бы не рискнул, разве что подловить его исподтишка. Увы, но в деревне русаров такое вряд ли было возможно. Так что Лёха просто решил запомнить гниду.
Избранный медленно встал, опираясь на стену. В голове по-прежнему звенело, но Лёха стиснул зубы и терпел.
Лёха вышел из загона, споткнулся о корыто, наполненной водой. Пить хотелось безумно. Лёха оглянулся. В свинарнике и быть никого не могло, но всё равно. Он брезгливо опустил руку в корыто, разогнал зелёную ряску и зачерпнул воды чтоб напиться.
В воде чувствовался привкус говна.
Глава 5. Петрович
На улице была ночь, тёмная, густая, блёклый лунный свет растекался по крышам домов, а звёзды, щедро рассыпанные по небу, мерцали, словно блёстки на лосинах Киркорова. Лёха вышел во двор и огляделся.
Деревня русаров мало чем отличалась от традиционной русской деревни. Такие же избы, пригоны, сараи, амбары, конюшни, овины. Разве что Лёха не видел ни одного трактора или даже мотоблока. Да и линий электропередач по деревне не было. Жили как в старину.
Лёха стоял посреди двора, залитого лунным светом, вокруг не было ни души. Сзади был свинарник, возвращаться в который решительно не хотелось, справа какой-то низкий, в половину человеческого роста, пристрой, рядом с ним сарай, слева — что-то похожее на коровник, с большими воротами, сейчас закрытыми на вертушку. Впереди виднелась калитка, над ней чуть дальше виднелась крыша дома. Чьё это было подворье — непонятно.
Избранный подошёл к калитке, огляделся ещё раз. Никого не было, только большой краснопёрый петух внимательно наблюдал за его действиями. Лёхе стало не по себе.
— Пшёл вон, бля, — прошипел он.
Петух наклонил голову, продолжая смотреть на Лёху. Пышный разноцветный хвост торчал кверху, на лапах виднелись острые шпоры.
— Ты чё зыришь?! — разъярился Герой.
Безмозглая птица по-прежнему не отрывала взгляда. И что-то в этом взгляде было… Осознанность? Нельзя было ожидать осмысленных действий от петуха.
— Ты чё, понимаешь меня? — спросил Лёха.
Петух кивнул. Красный гребешок мотнулся из стороны в сторону. Это было безумием, но Лёха совсем не удивился. Этот чужой сумасшедший мир действовал совсем по другим законам.