Расправь крылья свободы (СИ)
— Мисс, Вам помочь? — моё сердце рухнуло в пятки. Выглянула из-за коня, увидела парнишку в форме.
«Да что же вам всем не спится-то, а?» — простонала про себя, пребывая в таком состоянии, будто вот-вот заплачу.
— Нет, спасибо, я… просто… хотела лучше рассмотреть цвет шерсти этого коня, — с фальшивой улыбкой ответила моему нарушителю спокойствия.
— Эм, цвет? Но он же самый обычный, абсолютно ничем не отличается от любого другого, — верно подметил разведчик.
— Ах, да, а в конюшне он показался мне немного другим, — более глупого ответа ты не нашла, Риа, молодец! — Ты не мог бы отвести его обратно? А то мне нужно возвращаться в лазарет.
— Да, конечно, нет проблем, — довольно задорно ответил мне незнакомец, и я, отпустив несчастное животное, уныло побрела назад, снова….
По пути в лазарет я решила — раз они все такие ранние пташки, то стоит просто не ложиться спать и сбежать посреди ночи. Войдя в медчасть, обнаружила, что койки пополнились несколькими больными солдатами, и единственное, что успело проскочить в моей голове, так это: надеюсь, ничем заразным они не болеют, не хочу подхватить не пойми что от этих вояк.
После завтрака ко мне заглянул, как я поняла, главврач, который начал внимательно осматривать мой живот, слегка надавливать на рёбра то тут, то там. В это время на весь лазарет разразился оглушительный кашель одного из больных. И тогда-то я и решила переспросить у врача, что так сильно меня интересовало ранее.
— Скажите, пожалуйста, а я ничем не заражусь от этих… бедолаг? — думаю, если бы назвала их вояками, как и у себя в голове, старичку это явно не понравилось бы.
— Не переживайте, Кристина, у Вас довольно крепкий иммунитет, судя по тому, как Вы быстро поправляетесь, а эти солдаты всегда были довольно болезненные. Правда, всё было не до такой степени плохо, как сейчас, — с толикой горечи тихо произнёс доктор.
— А что с ними случилось? — уже с небольшим интересом задала я вопрос.
— Это похоже на какую-то эпидемию, у всех парней наблюдается очень сильный жар и довольно сухой кашель, к сожалению, температуру удается сбить не всем, и мы уже похоронили пару достойных разведчиков, — с грустью в голосе сказал мужчина. — Дело в том, что нашего финансирования не хватает на всё и сразу. Майор Ханджи уехала, чтобы запросить больше денег, но вернётся она не раньше, чем через дней десять, поэтому, мне кажется, к тому времени мы похороним ещё несколько человек. Да и вообще, сомневаюсь я, что она получит хоть копейку от этих зажравшихся снобов… Ой, прошу прощения, не стоило мне так выражаться при юной леди.
— Ничего, всё в порядке, — быстро ответила я. — Понимаю Ваше состояние и даже могу сказать, что согласна с тем, как Вы охарактеризовали этих людей… мне очень жаль, что я не в состоянии вам никак помочь, — опустив глаза, тихонько произнесла я.
— О чём Вы, Кристина, всё в порядке, я ничего от Вас не требую, — с добротой в глазах сказал доктор. — И более того — считаю себя виноватым в том, что сейчас гибнут молодые ребята, а я не могу никак помочь.
— Виноваты? Вы? Почему же это, Вы ведь лечите их и пытаетесь спасти, может, просто всё дело в судьбе, рок у них такой?
— Нет, нет, видишь ли, дело в том, что несколько месяцев назад я разругался с одним столичным доктором, который весьма хорош в своём деле и легко может достать что угодно, да и ссора произошла только по моей вине, — кажется, после этих слов доктор Алес совсем потерял позитивный настрой. Я понятия не имела, что стоит сказать, чтобы хоть как-то приободрить этого милого старичка, но вдруг меня буквально осенило!
— Постойте-ка! У меня ведь есть отличный знакомый врач, уверена, он поможет мне, если я попрошу! — с огромным энтузиазмом заявила я.
— Врач? Вы уверены, что он сможет достать нужное лекарство, да ещё и в таком количестве?! У нас-то тут не десять человек проживает, знаете ли, — уже более воодушевленно протараторил Алес.
— Уверена! Он отличный человек, всегда помогает всем, чем может, до последнего! Мне лишь нужно с ним встретиться лично и попросить его об услуге. Он живёт в… — и тут мой дар речи буквально пропал. На что я только что себя подписала?! Он ведь живёт в центре Шины! Как мне вообще туда добраться? Я точно знаю, что доктор Фолк мне поможет, но как мне с ним встретиться…
— Он живёт в…? — быстро переспросил доктор, выжидающе всматриваясь в мои глаза, от чего я даже немного смутилась: не всем нравилось то, как они выглядят.
— Он живёт в центре Шины… — тихо произнесла я. — Недалеко от главной церкви… — ещё тише закончила.
— Отлично! Вы ведь уже полностью поправились, и я как раз пришёл Вам об этом сообщить! К тому же до Шины полдня пути! Завтра утром Вы можете отправиться туда, а к вечеру уже вернуться, — в его глазах медленно, но очень уверенно зарождался огонёк надежды, и я несмело кивнула. — Я сейчас же поговорю об этом с командором, — на этих словах Алес покинул меня, задёрнув ширму, разделявшую меня со смертельно больными, быстрым шагом направляясь в сторону выхода. А я осталась сидеть на кровати, полностью погружённая в себя.
Не знаю, сколько времени прошло, но из мыслей меня вырвал чей-то плач. Выглянув из-за белой ткани, увидела девушку, которая склонилась рядом с одной из коек и горько рыдала над телом одного из солдат, которого уже покинула душа. Я затаила дыхание и боялась даже пошевелиться. В лазарет зашла ещё одна разведчица.
— Ну же, Шая, пойдём, его нужно вынести отсюда, — тихо сказала она, положив руку на плечо рыдающей брюнетки.
— Ты не понимаешь! Лейла, тебе просто не понять, каково это! Каково терять свою истинную пару, такое чувство, будто у меня вырвали сердце! Ты ещё не встретила того самого, тебе неведомо это состояние! — её голос срывался на крик, крик отчаянья, который уже не в состоянии остановить никто. Мне стало безумно жалко незнакомку, но я сделать ничего не могла. Когда тело забрали, и она покинула лазарет, я скрутилась калачиком на крохотной кроватке, лелея надежду, что никогда не узнаю, каково это — терять свою истинную пару.
Моё одиночество было снова прервано доктором. От него узнала, что командор дал разрешение на мою поездку, и утром я выдвигаюсь. Молча кивнув, пронаблюдала за тем, как мужчина вновь покинул меня и, немного подумав о своей поездке и о том, куда именно мне нужно направиться, решила переговорить с командором сама. Выйдя из медчасти, встретила какого-то парня, который указал мне, где находится кабинет их командира.
Постучав в дверь, несмело её приоткрыла и заглянула внутрь. Помещение чем-то напоминало нашу библиотеку в фамильном особняке: всё было покрыто деревом, пусть и не слишком шикарным, но выглядело оно очень красивым. Был небольшой камин с канделябрами над ним, а у окна стоял огромный, массивный стол, за которым сидел Смит.
— Добрый… — тут же я была перебита.
— Проходите, госпожа Коинг, — негромко произнёс Смит. — Я ждал Вашего визита. Как понимаю, эта самая идея о поездке Вас несильно вдохновляет, и почему-то думаю, что она даже не Ваша.
— Что Вы… ты. Это была моя идея, но я успела пожалеть о ней, едва сказав, — с печалью в голосе ответила я.
— Я понял, но Вы ведь понимаете, что можете спокойно отказаться от неё? Что можете никуда не ехать? Я Вас не принуждаю. К тому же уже отправил майора для запроса дополнительного финансирования, через десять дней она вернётся, и если всё удастся, то через две недели будет лекарство, — равнодушным тоном произнёс мужчина.
— Не принуждаешь? Но почему? Ведь эти разведчики находятся под твоим началом! И две недели — это очень много, они ведь умирают один за другим, — я была крайне возмущена тем, что услышала, может, мне стоило радоваться, что меня не заставляют ехать в Шину, но меня охватила простая человеческая жалость к тем, кто угасает на глазах из-за непонятной хвори.
— Я знаю и понимаю, насколько серьёзна эта ситуация, но не имею никакого права заставлять ехать в Шину потому, как минимум, что Вы не солдат, не разведчик и даже не кадет, — в таком же спокойном русле продолжил командор. — Более того, насколько я понимаю, Зоэ уже узнала всё, что хотела от Вас, и, как сказал уважаемый Алес, Ваше состояние вернулось в норму, Вы можете покинуть штаб разведки хоть завтра же.