Я все еще тебя (не)люблю (СИ)

Это не девочка, это само совершенство. Не задерживаюсь надолго, хотя и хочется попробовать ее на вкус. Снимаю трусики с ее ног, встаю на секунду, чтобы избавиться от штанов, и снова возвращаюсь к Бэмби. Нависаю сверху, снова впиваюсь в сладкие губы. Как же приятно прижиматься вот так, всем телом, чувствовать кожу кожей. Целовать, целовать, целовать. Невозможно насытиться, невозможно остановиться.
Даже если мир рухнет, если мне придется подниматься с нуля, эта девочка стоит того.
Она обнимает, гладит мои плечи и спину, а в какой-то момент обхватывает меня ногами, сильнее прижимая мой уже пульсирующий член к своей киске. Не сразу принимаю ее приглашение, скольжу по влажным складочкам, дразню, возбуждаю.
— Киррр, — вырывается из нее капризное.
— Да, детка? — я отрываюсь от ее шеи, на которой рисовал языком узоры, и смотрю на Ксю.
— Пожалуйста, — всхлипывает она, поддаваясь мне бедрами навстречу.
— Хочешь меня?
— Дааа.
— Посмотри на меня, — прошу ее открыть глаза.
Ксю повинуется, смотрит затянутым поволокой взглядом, а я тону в этих глазах. Каким же слепым я был! Когда не видел ее. Каким же придурком был, когда так долго ждал! Больше ни минуты, ни секунды промедления.
Направляю член в ее лоно. Тесное, влажное, горячее. Ксю не выдерживает, ее глаза закатываются, и она снова их закрывает. Кайфует. И я кайфую. Медленно, чтобы прочувствовать, чтобы запомнить этот момент, вхожу в нее. Она идеальна.
Первые движения медленные, плавные. Срываю сладкие стоны. Мне мало, но и Ксю хочет большего, она толкается мне навстречу, заставляя ускориться. Меняю положение, сажусь на колени и подтягиваю Ксю за бедра, забрасывая ее ноги к себе на плечи. Темп нарастает, и моя крошка уже не сдерживается, стоны громче, протяжнее. Когда понимаю, что скоро кончу, начинаю стимулировать клитор. Ксю извивается на простынях, сжимает их в своих кулачках, выгибается и срывается на крик. Чувствую, как сокращаются мышцы на моем члене и стараюсь скорее покинуть ее, чтобы не кончить внутри. Не знаю почему, но мне не хотелось преград между нами, даже таких, как презерватив. Не в первый раз.
Отпускаю ноги Ксю и в несколько движений рукой по члену с протяжным стоном изливаюсь ей на живот, а потом обессиленно падаю рядом.
Какое-то время мы лежим молча, в тишине раздается только наше шумное дыхание. Я нахожу руку Бэмби и переплетаю наши пальцы.
— Ты как? — спрашиваю отдышавшись.
— Я счастлива, — с улыбкой, так и не открывая глаз, говорит она.
Полежав ещё немного, мы все же встаём и идём вместе в душ. А потом возвращаемся в постель. Ксю устраивается у меня на плече.
— Что? — спрашиваю я, заметив, что она меня рассматривает.
— Все ещё не верится, что это взаправду.
— Почему?
— Ты слишком долго был просто мечтой. Даже когда я сильно злилась и обижалась на тебя, все равно думала о тебе. Ты мне снился.
— Я постараюсь загладить свой косяк.
— Уже, — улыбнулась она. — Просто будь со мной.
— А ты со мной, — она потянулась к моим губам.
Ещё какое-то время мы просто целовались, а потом заснули, переплетаясь конечностями.
46 глава
Марьяна
В приемной Тихомирова меня встретила женщина лет сорока.
— Здравствуйте, вы к кому?
— Здравствуйте, к Григорию Петровичу.
— Вы не записаны.
— Нет, но, если вы сообщите, что к нему пришла Росонович Марьяна, он меня примет.
— А вы по какому вопросу? — уточнила дотошная тетка.
— По личному.
Она поджала губы, но все же взяла трубку селектора, а потом и передала начальнику о моем визите. Как и ожидалось, он пригласил меня пройти.
— Марьяна, — мужчина вышел из-за стола, чтобы поприветствовать меня. — Очень рад видеть. Какими судьбами?
— Я пришла поинтересоваться, что решил ваш сын? Я сегодня уезжаю домой, хотелось бы уже определенности.
Тихомиров вздыхает и возвращается в свое кресло. И предлагает мне тоже присесть.
— Кирилл пока не принял решения. Но я найду на него управу.
— Могу я чем-то помочь?
— Мне нравится твой подход. Ох, мне бы такую дочь.
— Я буду вашей невесткой, это тоже неплохо? — улыбаюсь я.
 
— Марьяна, это замечательно, — Тихомиров улыбается в ответ.
— А та блондинка, Альбина…
— Альвина, — поправляет меня мужчина. — Тебе, дорогая, она не конкурент. Кирилл ненавидит пьющих женщин. У него по этому поводу бзик. А Альвина, несмотря на достаточно юный возраст, не умеет держать себя в руках. Ее кандидатура была лишь для того, чтобы подчеркнуть твои достоинства.
— Понятно. Вы продумали все наперед.
— Если бы я не думал наперед, я бы не имел того, что имею сейчас.
— Я думаю, нам с Кириллом стоит познакомиться поближе. Какая у него должность? Мог бы он, скажем, изучить рынок нашего города для расширения фирмы на месте?
— Это замечательная идея, — расплылся в улыбке мужчина. — Я думаю, в понедельник он будет там.
— Вы же понимаете, что моя заинтересованность должна остаться между нами?
— Конечно, дорогая. Можешь рассчитывать на любаю помощь с моей стороны, только скажи.
Я попрощалась с будущим свекром и вышла из кабинета. Сев за руль своего автомобиля, я отправилась в путь.
Девушек, особенно таких молодых, в бизнесе не принимают всерьез. Конечно, в двадцать четыре мало кто может похвастаться наличием бизнеса. Но я единственная дочь своего отца и его компания будет моей. Уже сейчас я понимаю, как важно нам это слияние. По сравнению с "Уютным домом", наша "Белая орхидея" крошечная. Но при этом, можно сказать, мы в не конкуренции в нашем городе. А вместе с Тихомировым мы могли бы претендовать и на область, вытеснив более слабых конкурентов.
И если для этого нужно выйти замуж, ну что ж, я это сделаю. Тем более, что Тихомиров младший довольно привлекательный мужчина. Осталось расположить его к себе. А для этого нужно пообщаться с ним теснее. И на моей территории. Быть милой и дружелюбной я могу, так что дело за малым.
Кирилл
Проснулся я раньше Ксюши и пока будильник ее не разбудил, любовался спящей красавицей. Расставаться даже на пару часов не хотелось. Как-то уж очень сильно я прикипел за эти пару дней к Бэмби. Может, она приворожила? Ну как можно испытывать такую сильную потребность в другом человеке? И дело явно не в сексе. Ведь я получил, что хотел, но потребность быть рядом с ней не исчезла.
Непривычное утро. Улыбка, объятия, лёгкий поцелуй в щеку. Мы вместе умывались и чистили зубы. Лёгкий завтрак и кофе. Словно, так и должно быть, и так было всегда. Не перестаю удивляться своим чувствам. Не перестаю восхищаться Ксюшей. Договариваемся встретиться в пять в кафе. Ещё один поцелуй на прощание, и я отправляюсь в офис, а Ксю домой, а потом на пары.
В офисе звучит привычное жужжание занятости. Я прохожу в свой кабинет и начинаю разгребать собравшиеся еще со вчера бумаги. Отчеты со складов и магазинов, внутренняя бухгалтерия — все это нужно успеть проверить до вечера. Но едва я успеваю взяться за работу, внутренний телефон звонит, и секретарша сообщает, что отец ждет меня у себя в кабинете.
Я стискиваю зубы и едва сдерживаю себя, чтобы не швырнуть стакан с водой об стену. Я уже знаю, о чем будет разговор. Он снова поставит меня перед фактом, и на этот раз у моего неповиновения будут последствия. Что ж, если на то пошло, я готов. Пусть лишит меня всего, от такого отца мне ничего не нужно.
Открываю двери и настраиваюсь на полное спокойствие. Главное не поддаваться на его провокации и пока делать вид, что на все согласен.
— Здравствуй, сынок! — кажется, у него хорошее настроение. Это, конечно, настораживает.
— Здравствуй, отец, — говорю спокойно.
— Ты уже закончил с отчетами?
— Почти, к обеду закончу.
— Занесешь Зинаиде Степановне, как закончишь. Какие планы на сегодня? Я иду в баню с Рублевыми, ты со мной? — неужели это и есть причина его хорошего настроения?
— Нет, спасибо, сегодня я пас. У меня уже назначена на вечер встреча.