Я все еще тебя (не)люблю (СИ)

Что бы там не произошло, я безумно рад, что она здесь. Так, надо сосредоточиться. Мысленно даю себе затрещину, а то вид ее губ просто не дает мне здраво мыслить.
— Ты заставил Игоря бросить меня! Ты хотел, чтобы меня бросил Сергей! Кто ещё по твоей указке это сделал? Зачем!? — кричит моя маленькая воительница.
Каждая фраза — новый толчок, новый разряд. Отступаю, пока не упираюсь в стену. Перехватываю ее руки, не позволяю отстраниться. Получаю извращённое удовольствие от такого простого прикосновения.
— А ты ещё не поняла? — зашипел я, злясь то ли на нее, то ли на себя. А потом и вовсе на крик перешёл — Влюбился я в тебя! Понятно!? И к твоему сведению, все они были недостойны тебя!
Она, конечно, не верит, в запале кричим друг на друга. Это не разговор — это война! И на ее вопрос "зачем" я не собираюсь врать, заявляю о своих намерениях:
— Потому что хотел тебя себе! И запомни, я и дальше буду всех убирать со своего пути!
— Ненавижу! Ненавижу тебя! — дёргается, руки свои вырвать хочет.
— Это лучше, чем равнодушие! — зло говорю я, а потом притягиваю ее за затылок к себе и шепчу ей в самые губы.
— Бэмби, смирись уже. У тебя буду только я.
И я делаю то, о чем мечтал со дня свадьбы Наташи. Я снова ее целую, настойчиво, может, даже грубо. Пусть знает, что я не остановлюсь ни перед чем и ни перед кем, так или иначе она будет моей.
Ох, Бэмби, характер у тебя, конечно, чемпионский, ты никогда не сдаешься, но и я не из робкого десятка. И ты будешь моей! Будешь!
Вкус ее поцелуя несравним ни с чем. Он преследовал меня с тех пор, как я впервые ощутил его на языке. Впоследствии я искал его в других девушках, но все они были лишь бледной тенью Ксюши. Сравнивать их между собой — это как приравнивать вкус фуа-гра к печеночному паштету. Настолько они из разных категорий. И я упиваюсь, наслаждаюсь своей победой. Радует и то, что Ксюша отвечает.
Но мое счастье длится недолго. Бэмби в какой-то момент начинает сопротивляться. Ей не удается вырваться из моих тесных объятий. Я не выпускаю, прижимаю еще крепче. На что Ксюша реагирует мгновенно и заезжает мне коленом по причинному месту.
Ох, ты ж, ежкин-матрешкин! Дикая боль, искры перед глазами, и Ксюшу приходится отпустить. Постоянно забываю, что трижды в неделю эта пигалица вот так же заезжает коленками по груше и я для нее легкая добыча.
— Больше не пиши мне и не присылай доставщиков с посылками! Я больше ни знать тебя, ни слышать о тебе ничего не хочу! Ты просто эгоист! — снова орет она. — Как с тобой строить отношения?! — убрав с лица непослушную прядь, она на прощание добивает меня взглядом, а потом уходит, хлопая громко дверью.
Я все же позволяю себе сползти по стенке на пол. Больно же! Вот чертовка! Ничего, я придумаю как тебя за это наказать. А потом я обдумываю ее последнюю фразу. И невольно улыбаюсь. Отношения! Раз она о них заговорила, видимо, думала о такой перспективе. Значит, еще не все потеряно. Ну, или у меня просто крыша уже едет на этой девочке.
На следующей день меня вызывает к себе отец. Иду туда с неохотой. Каждый раз боюсь, что зашлет меня в какую-нибудь командировку с новой миссией.
— Звал? — захожу в его кабинет.
— Да, — он откладывает бумаги. — Присядь, есть разговор.
Одна эта фраза напрягает. Но я послушно принимаю приглашение и устраиваюсь в кресле.
— Завтра ты должен прийти домой на ужин.
— Прямо должен? — усмехаясь я. — Что, тебе уже скучно с твоей… — сдерживаюсь, чтобы не назвать ее тупой сукой. — Камиллой?
— Да, сын. Должен. Начало в шесть. Очень надеюсь на твою пунктуальность. И оденься прилично.
— Это как? В смокинг? — маскирую раздражение шуткой.
— Так, как должен выглядеть мой сын. А не непонятно кто.
— У меня были на вечер планы, — вру я. А что, попытка — не пытка.
— Отмени! — строго говорит отец и я понимаю, что спорить бесполезно.
Хрен с тобой, один вечер как-нибудь выдержу общество твоей стервы.
— Это всё?
— Да.
Я встаю и покидаю кабинет. Ненавижу его. Он ведь ни разу не поинтересовался, что конкретно случилось с Пташкой. По его словам, она теперь забота Матвея. Ну почему нам так "повезло" с родителями? На днях мне снова пришлось побывать у мамы и все, что ее интересовало, это не бросил ли отец свою Камиллу. Ни как дела у меня, ни как у Наташи, она даже не спросила.
 
Когда у меня будут дети, я всегда в первую очередь буду думать о них и интересоваться их делами. Даю себе обещание.
33 глава
Кирилл
В субботу собираюсь на ужин в дом отца. Меняю любимые джинсы на брюки и одеваю классический пиджак темно-синего цвета и голубую рубашку. Удавку одевать даже не подумал. Схватил ключи, одел пальто и вышел из дома.
— Привет, — обернулся. На скамейке у подъезда сидела Лёля.
— Привет. Ты чего здесь задницу свою морозишь? — не очень дружелюбно спросил я.
— Ты давно не звонил, я соскучилась.
Бля, приплыли. Ничего не отвечаю, направляюсь к машине, игнорируя девчонку.
— Кирилл, — она идёт за мной. — Тебе что, больше не нужна моя помощь? Почему ты не звонишь?
— Ты угадала, больше не нужна, — отрезаю я.
— Тогда я все Ксюше расскажу!
— Валяй! Не думаю, что она узнает что-то новое, — сажусь в машину и уезжаю. В зеркало замечаю, как она бросает мне что-то в след.
Вот же… Но про нее я быстро забываю, так как меня больше волнует, что же задумал отец. Все становится предельно ясно, когда я вхожу в дом.
В гостиной уже сидят гости. Дядя Витя с тетей Ниной — они давно сотрудничают с отцом, их я знаю, наверное, лет с десяти. Рядом с ними сидит Альвина, и заметив меня, девушка расплывается в улыбке. Это замечает отец и, обернувшись, встаёт мне навстречу.
— Сын, — улыбается он, что выглядит само по себе подозрительно. — Рад, что навестил, как раз вовремя. А у нас, видишь, гости, — его сладкие речи мне не нравятся. Пожимаю протянутую мне руку и ловлю на себе его оценивающий взгляд. — С Виктором и Ниной ты знаком, как и с Альвиной. А это Росонович Вячеслав, его жена Наталия, а также их дочь Марьяна.
На другом диване сидят представленные мне гости. Мужик как мужик, ровесник отца, немного седины на висках, небольшой живот. Жена у него ухоженная, можно сказать, красивая женщина. Дочь — яркая брюнетка с темными глазами. Ничего особенного, обычная девушка, таких много.
Практически сразу Тамара Петровна объявляет, что стол накрыт и мы дружно идём в столовую. Мне отводят место во главе стола напротив отца, по обе руки от меня садятся девушки.
— Кирилл, я очень рада тебя видеть, — говорит Альвина. Вот честно, никак не мог понять, что за имя такое. Смесь Альбины и Мальвины? — Мы с Наташиной свадьбы не виделись, — тем временем продолжает она. И даже руку кладет на мою кисть. — Как у тебя дела?
Всем своим видом она демонстрирует Марьяне, что та здесь лишняя, и всеми силами привлекает к себе мое внимание.
— Нормально, — отвечаю я и убираю свою руку.
Тамара Петровна приносит горячее, и я принимаюсь за еду. Это лучше, чем пытаться поддерживать разговор. Девушки, сидящие рядом, отличаются друг от друга, как день и ночь. Одна брюнетка, вторая блондинка. Одна тихая, спокойная, вторая ведёт себя вызывающе. Одна молчаливая, вторая никак не заткнется. Бросаю взгляд на отца, он играет роль добродушного хозяина дома. Краем уха слышу, как Наталия рассказывает про свою дочь. Умница, красавица, в теннис играет, в универе учится, языки знает. Ни дать, ни взять, хочет подороже продать. Тетя Нина не отстает и нахваливает Альвину. Сжимаю в руках вилку до побелевших костяшек и бросаю взгляд на часы. Когда же это все закончится?
После ужина отец предлагает перейти в гостиную. Вставая из-за стола, бросаю Альвине.
— Поговорим? — и иду в свою комнату.
Знаю, она точно пойдет за мной. Захожу к себе. Давно я тут не был. Открываю окно и достаю сигареты. Вот как тут бросишь курить? Мысленно возмущаюсь я. Успеваю сделать пару затяжек, когда слышу, что в комнате уже не один.