Красные врата (СИ)

Когда парень поужинал, они с Элом улеглись. На часах никто не остался, поскольку едва ли армия Рогбольда стала бы возвращаться через разорённые и охваченные поветрием земли. Не лезли в Вайтандар и беззаконники. Как ни отчаянны они были, а всё же понимали, что мёртвым богатство ни к чему, и предпочитали совершать набеги на другие, более безопасные земли. Одно дело сражаться со стражниками, которых можно ранить, убить или обвести вокруг пальца, и совсем другое — играть в прядки с эпидемией, властвующей в каждой щёлке вымершей земли.
Эл не спал, а Ирд вскоре засопел. Что ему снилось? Смерть, разрушение, или та, чьё ожерелье он хранил, как величайшую в мире ценность?
  
Глава 42
 
Проснувшись утром, Эл увидел Ирда сидящим перед погасшим костром и перебирающим пальцами чёрные жемчужины ожерелья. Ветер разносил пепел, тот оседал на одежде и лице Ирда, который этого не замечал, лишь изредка моргая, когда в глаз попадала соринка.
— Готов ехать дальше? — спросил Эл, собирая вещи в мешок.
— А зачем? — ответил Ирд, поднимая голову. — Разве от этого что-нибудь изменится? Что мы найдём на севере? Давай останемся здесь. Тут раньше жили люди, этой ночью мне казалось, что я слышу их голоса. Они словно хотели поделиться со мной своей болью — должно быть, у них не было времени расстаться с ней перед смертью. Мечи рубят быстро.
— Оставь мёртвым их скорбь, — ответил некромант. — Нам надо двигаться дальше, если мы хотим выяснить, что случилось с твоей страной.
— А разве не понятно? Всё мертво. Синий паук накрыл Вайтандар своей липкой паутиной и пожрал его жителей, словно мух.
— Так почему не попытаться его прихлопнуть? — спросил демоноборец.
Ирд покачал головой.
— Мы не сможем.
— Откуда ты знаешь? — Эл забрался в седло и потрепал Гора по загривку. Мутант недовольно заворчал. Как и его предшественник, он не испытывал восторга от того, что вынужден носить на спине седока. — Словом, я еду дальше, а ты можешь оставаться.
— Подожди, — пробормотал Ирд, вставая.
Он забрался на Гора, усевшись позади Эла, и они поехали дальше.
Впереди розовел бледный рассвет, первые вороны и тяжёлые канюки описывали круги в надежде отыскать что-нибудь пригодное в пищу. Впрочем, через несколько дней они должны были покинуть вымершую землю, на которой не осталось даже падали. Парить над пустошью был обречён лишь один — мёртвый соглядатай некроманта. Движения птиц были ленивыми и совершались больше по привычке, словно им было жаль покидать место, которое так щедро кормило их в течение нескольких месяцев.
Около полудня Эл с Ирдом выехали к мелкой прозрачной речушке, текущей между высокими, поросшими камышом берегами. Вода была, конечно, отравлена, но они очистили её при помощи порошка, имевшегося у демоноборца, наполнили фляги и напоили Гора.
— Зачем ты путешествуешь по этому кладбищу? — спросил Ирд, когда они проезжали мимо зеленеющего леса, кажущегося неуместным посреди выжженных деревень и полей.
— Хочешь уехать отсюда? — вместо ответа сказал Эл. — Куда?
— Нет, — Ирд отрицательно покачал головой. — Я останусь, но мне не понятно, что ты здесь делаешь. Вайтандар ведь не твоя родина, я прав?
— Да. Возможно, меня ведёт нездоровое любопытство, — ответил Эл. Он не собирался пускаться в откровения. Секреты хороши тем, что их знает лишь один человек. — Прости, что говорю так о твоей стране, но мне кажется, посреди царства смерти не следует лгать.
— Ты прав, — легко согласился Ирд. — Нужно быть жестоким. Иначе погибнешь. Жалость и слабость всегда идут рука об руку. Убивай прежде, чем до тебя доберутся. Думаешь, так рассуждал Рогбольд? — добавил он вдруг.
— Нет, — ответил Эл, немного удивлённый неожиданным поворотом мысли своего спутника. — Вайтандар ведь никогда не угрожал его армии, так?
— Никто вообще ничего не слышал о Синем Пауке, пока его знамёна не показались на границе королевства. Полководец без хозяина, — Ирд покачал головой, словно недоумевая по поводу сказанного. — Как такое может быть⁈
 
— Что ты имеешь в виду?
— У стран есть короли, так?
— Как правило — да, — согласился Эл. — Хотя далеко не всегда. Более того, иногда и стран нет. Я видел множество городов, которыми управляли избранные жителями… скажем так, мэры. И других начальников не имелось. Никакого административного центра.
— Да, я слышал об этом. Но если говорить о королях… У них же есть полководцы, которые командуют армиями, верно?
Эл кивнул.
— У Рогбольда есть армия. Но у него нет короля. А если он сам король, то где его страна?
— Ты слышал о вольных отрядах?
— О беззаконниках?
— Да, можно и так сказать. Или о наёмниках? Некоторые собираются в целые армии.
— Но не такие же огромные!
— Всякое бывает.
— Думаешь, Рогбольд — наёмник, и кто-то нанял его, чтобы он уничтожил Вайтандар?
— Почему бы и нет?
Ирд помолчал. Похоже, он раздумывал над услышанным.
— Это кажется нереальным, — сказал он, наконец. — Мы бы слышали о такой армии, её нельзя скрыть. Но она взялась словно из ниоткуда! Зачем он это сделал? — Ирд вдруг усмехнулся. — Я говорю об Рогбольде так, будто он был один, забывая о его солдатах. Но я уверен, что без него они не сунулись бы в Вайтандар. Кем должен быть человек, чтобы суметь объединить вокруг себя столько верных людей? И ведь они шли, повинуясь его приказу, не только против беспомощных крестьян, женщин или детей, но и брали штурмом хорошо укреплённые города, тысячами гибли от рук наших рыцарей. И до сих пор не понятно, зачем всё это делалось. Только ради грабежей? Но Вайтандар не так богат. Да и кто сейчас богат вообще⁈ Абсурд! Это слово билось в моей голове, когда я лежал в бреду, охваченный лихорадкой, и теперь оно снова всплыло в памяти и прочно засело в мозгу. Кто мне ответит, в чём смысл всего, что произошло⁈
— Все ищут смысл, — отозвался Эл. — И найти его не так уж трудно. Гораздо сложнее поверить, что объяснение, которое ты подобрал, истинно. Не переживай насчёт сгоревшей библиотеки. В книгах ты не нашёл бы ответов на свои вопросы. Ими задавались и до тебя. Тысячи людей посвятили жизни поискам ответов на них. Но если бы они нашли их, им не понадобилось бы писать столько книг.
— Я прочёл множество страниц, и каждая открывала мне кусочек истины, — проговорил Ирд задумчиво. — Так мне казалось. Затем я попытался сопоставить их друг с другом, но мозаика, такая совершенная в каждой части, рассыпалась и не дала мне ничего. Я видел только противоречия. Все казалось истинным по отдельности, но противостояло самому себе, когда я пытался сделать из него целое. Словно части головоломки стремились уничтожить друг друга, в борьбе утверждая право на единовластное обладание правдой.
— Ты хотел бы узнать правду? — спросил некромант. — Но о чём?
— Трудно сказать. Наверное, обо всём. Например, для чего был создан мир? Кто его сотворил и зачем? Боги говорят, что знание несёт несчастье, отнимает покой. Только бессмертным под силу нести это бремя. Может, так и есть. Что, если боги специально скрыли от нас знание, чтобы защитить нас? И пытаться отыскать его значит нарушать их волю.
— А если я скажу тебе, что ты — часть Мира и не можешь существовать сам по себе точно так же, как твои пальцы, будучи отделены от твоего тела, лишаются способности двигаться? Не кажется ли тебе, что в таком случае получится, что ты сам себе запрещаешь знать то, что ты и так знаешь?
— Это… интересная мысль, — проговорил Ирд удивлённо. — Но почему я должен принять именно её, если с детства меня учили верить в богов? Они всесильны и мудры, мы видим их деянья и силу, а что такое твой мир? Где его душа?
— Почему ты думаешь, что именно боги творят то, что люди имеют обыкновение называть их делами? Разве не более вероятно, что Мир сам делает со своим телом то, что ему нужно или хочется? Неужели это кажется тебе столь невероятным? Если ты можешь при желании хлопнуть в ладоши, то почему Мир не можетсделать то же самое? Представь, что гром, который мы слышим — всего лишь результат того, что Мир хлопает в ладони. Ветер — его дыхание, дождь — слёзы.