Гангстер вольного города (СИ)

Борис, ошарашенный моими словами и настроем, медленно кивнул.
Ну, шиковать так шиковать. Ганстер я, или кто? Пускай думают, что я в этом городе на правах полубога.
— Второе. Меня интересует сумма, которую Чоаба готов отдать за моё молчание. И…
Я не успел ещё договорить, как ко мне подлетели те самые вооружённые женщины и вполне понятно ткнули в плечо своими винтовками. Борис же занервничал пуще прежнего, его глаза покраснели, а губы растянулись в не самой хорошей ухмылке.
— За какое это молчание? — протянул он. — Ты что творишь, Шаман? Думаешь, ты самый умный здесь⁈
— А ты думал, нашли мальчика на побегушках? — смело заявил я. — Эй, женщины! — я чуть повернул голову назад. — В ваших руках оружие, а не скалки, тыкайте в кого-нибудь другого, а то так можно и без рук остаться.
— Ты смелый, как я посмотрю⁈ — оскалился Жемчужный. — Да, Шаман⁉
— Я умный, — откинулся на спинку стула, не обращая внимания на цыганок. — Информация о том, что вашему барону не хватает людей, ресурсов или чего там ещё… Чтобы захватить власть этого достаточно. Тем более что желающих на его место среди представителей вашей расы, думаю, найдётся предостаточно. Ты же, считай, сам мне об этом сказал. Верно?
— И?
— Ху-и! — огрызнулся я. — Ты чего дурака включаешь? Я сказал: меня интересует не только его виза, но и сумма за молчание. Понимаю, это выглядит нагло, но вы сами пришли за мной, выдернули меня из деловой поездки, а теперь вот эти две бабы с пукалками думают, что напугали меня!
— А ты не напуган?
Ах ты сучара! На понт решил меня взять⁈
— У тебя есть дети, Борис? — на всякий случай спросил я, медленно убирая руку в карман с пистолетом. — Есть или нет?
— Будут, — буркнул он.
— Не будут, — осклабился я, направляя пистолет ему на яйца.
  
Глава 21
 
Затвор сработал слишком громко. Впрочем, я добился нужного эффекта. Борис Жемчужный, был бы он характером послабее, непременно бы обоссался прямо на месте.
— Вы ведёте себя слишком нагло на чужой территории, — злобно прошипел он. — Вы хоть понимаете, Владимир, чем это для вас чревато?
— Войной с любителями конины? — ухмыльнулся я. — Понимаю, но вы сами пришли ко мне. Пришли просить услугу, делая это без уважения. Я же пользуюсь тем, что вы дали мне сами.
— Уважение нужно заслужить!
— Я гангстер, вы же сами это сказали. Что мне стоит раздвинуть землю под ногами этих женщин, а твои яйца отправить в кругосветное путешествие? Или ты что, думал, я гол как сокол? Нет, Борька. Таких, как ты, я топчу ногами.
Моё нахальное поведение сделало своё дело. Я победил. Жемчужный прогнулся.
Кивком приказал женщинам опустить винтовки и отойти на безопасное расстояние, а сам, чуть побледнев, трижды мне повторил, чтобы я убрал пистолет. Впрочем, его просьбу я исполнил не сразу. Нарочно игнорировал, чтобы мужичок почувствовал себя не в своей тарелке.
— Сколько ты хочешь за своё молчание?
— Хочу услугу взамен на услугу. Деньги я и без вас получу, мне нужно другое.
Цыган облокотился на стол. Выдохнул, когда я просто положил пистолет рядом и прикрыл салфеткой, а затем, принялся слушать.
Ситуацией с попыткой высвободить Марьяну я решил воспользоваться по максимуму, при этом убить двух зайцев одновременно.
А просьба моя состояла из двух частей.
— Первое, — начал я, отчего Жемчужный тут же возмутился.
— Ты же говорил про одну услугу!
— Ну, я же не говорил, из скольких частей она состоит, — парировал я. — Вы хотите, чтобы я пробрался в стан вашего врага и освободил Марьяну, верно?
— Верно, — кивнул цыган.
— И, скорее всего, мне нужно её доставить. Так?
— Так! — опасливо улыбнулся он.
— Значит, это уже вторая часть одной просьбы. Или я не прав?
Борис нервно почесал свою короткую кучерявую шевелюру, соображая, где я его надул. Затем, правда, котелок, в котором кипел его мозг, заработал как надо. Цыган и сам сообразил, как ловко я его обставил.
— Умно, Шаман, очень умно! Вам пальцы в рот тянуть нельзя — по локоть откусите!
 
— Ваши интимные предпочтения меня мало интересуют, Борис, — огрызнулся я. — Значит, мне нужно освободить её и доставить вам в аул.
— В аул?
— Ой, простите, — я рассеянно почесал затылок. — В табор. В шатёр, или где вы там обитаете…
— Шатёр вблизи города по восточную его часть. Спросите любого цыгана, он покажет вам дорогу.
— Марьяна, я так понимаю, мне её не покажет?
— Конечно, нет.
Я замолк, обдумывая дальнейшие действия. А Жемчужный тем временем продолжил со мной общение. Мол, какие же ответные услуги попросит гангстер? Что он может попросить, чего сам сделать не способен.
Когда мне надоели его расспросы, я мотнул головой, выкидывая лишние мысли, и наконец озвучил свои условия.
Первое: мне требовалось лекарство от духовной болезни, которым владеют ирландцы. Но мне не нужна доставка или покупка, нет. Мне нужно знать, где она находится и с чем её «едят».
Бориску это очень удивило. Он обмолвился, что наслышан о болезни моей сестры, но достать лекарство им не по силам. Залезть в логово к ирландцам равносильно объявлению войны. А с ними шутки очень плохи.
— Тем более, что вы априори враждуете, — согласился с ним я. — Знаю и это.
— Но откуда?
Мне что, нужно вывалить ему все свои скудные познания про эти их кланы? Нет, пошел-ка он нахер. Пускай думает, что я умнее любого на этой земле. Точнее, знаю больше всех.
Дальше. Мы перешли ко второй части.
— Мне нужна полная информация об одном пацане.
— Что за пацан? — оживился Жемчужный. — Местный?
— Местный-то местный, — улыбнулся я. — Да из знатного рода. Альберт Пупкин. Мне нужно знать о нём всё: чем дышит, где срёт, что ест и кто вытирает ему задницу. Надеюсь, доступно объяснил?
Борис радостно закивал головой. Видимо, мужик думал, что задачу я выдам неподъёмную. Однако, цыгане славились своим бесперебойным сарафанным радио, так что найти человека и узнать все о нём, для них не было проблемой.
— Сроки озвучите? — на всякий случай уточнил он, поднимаясь со своего места и протягивая руку.
— Чем быстрее, тем лучше, Боря. Как только я получу от вас всё то, что потребовал, выполню ваше поручение.
— Но мы так не договаривались! — тут же возмутился цыган, замерев с протянутой рукой. — Я бы даже сказал, это несправедливо!
— Я слишком хорошо знаю вашу нацию, Борис, — театрально тяжко вздохнул я. — И поверь, ко мне доверия у людей больше, чем у них к вам.
* * *
Через полтора часа я всё-таки смог добраться до многоквартирного домишки, где меня, надеюсь, ожидала та самая неизвестная личность, которая должна была хорошо разбираться в макрах. Рассматривая разносортные вывески на доме, я несколько раз посмотрел себе за спину. Как бы невзначай.
А то мало ли, вдруг ещё какой цыган захочет получить от меня услугу…
Дверь, ведущая в подъезд, была с кодовым замком. Но, на моё счастье, приветливая бабуля — типичный «божий одуванчик», открыла дверь в попытке выйти наружу, уставилась на меня и закудахтала:
— А вы к Леночке, да?
— К какой такой Леночке? — на всякий случай спросил я. — Вы не про Прилежную ли, часом, говорите?
Бабулька в розовом платке, из-под которого торчали серебряные пряди, миловидно улыбнулась беззубым ртом и кивнула.
А, ну теперь мы хотя бы знаем, как её зовут, ибо в бумаге Монеткина значились лишь адрес и фамилия.
— Касатик, а ты не поможешь мне пакеты на второй этаж донести? А то, чай, я совсем дряхлая стала на кончине века своего, не справлюсь!
— Конечно, помогу, — приветливо заулыбался я, не сразу сообразив, что пакетов рядом с ней не было.
А затем понял, зачем она выходила.
Прямо у лесенки, ведущей к первым квартирам, стояло четыре вязаных баула. Чёрненькие, с причудливыми английскими буквами «Beelin…» — дальше было смазано, но я уловил чёткую ассоциацию с сотовым оператором.