Гангстер вольного города (СИ)
Читайте https://author.today/reader/330078
Глава 20
Дверь в скромную квартиру с того самого момента, как меня увезли местные представители жандармерии, так и стояла открытой. Личные вещи не тронуты, хоть я и ожидал, что всё могут вынести. А доски, как я и предполагал, плотно лежали на своём месте нетронутыми.
Так, чтобы никакая сутулая собака не смогла найти пистолет.
Патроны тем временем действительно идеально подошли в магазин, и теперь в моем распоряжении было аж одиннадцать выстрелов в будущего врага.
Осталось только разобраться, где взять ещё один сменный магазин, а то набивать обойму пулями во время перестрелки — пустая трата времени и собственного здоровья.
На выходе из квартиры наткнулся на бабку с недовольным выражением лица. Выслушал о том, какой я недобросовестный квартирант. Видите ли, устраиваю по вечерам настоящую бойню. Пожал плечами, запихал в походную сумку всё, что было в скромном шкафу и висело на стене, и в благодушном настроением покинул это место.
Уходил с «рюкзаком» на плечах и небольшой сумкой, где хранились макры, книжка по эзотерике и камушки. Махнув первому попавшемуся на глаза извозчику, называл адрес некой мадам. Она, если верить словам Монеткина, очень хорошо разбиралась в макрах.
Впрочем, полная её личность оставалась инкогнито, что меня и привлекло больше всего.
Нет, среди тех четырёх кандидатов попалось ещё имя Кеша, что тоже обратило на себя моё внимание, но к нему бы я отправился в самую последнюю очередь. Не люблю я работать с евреями. Нет, против них самих ничего не имею, но когда выходишь от них, ощущение, будто тебя круто поимели.
Таксистом оказался приветливый армянин, который с какого-то перепугу решил, что меня можно наколоть в сдаче, но я-то парень не промах. Одно только упоминание имени Рудика свернуло все его попытки выдернуть с меня червонец.
Впрочем, стоило нам отъехать от съёмной квартиры, как за машиной увязался какой-то катафалк. Он то и дело обгонял нас, а потом снова пристраивался сзади. Как на нервах играл, сволочь…
Уже ближе к заданному адресу этот самый катафалк потерялся. И больше я его не видел. Более того, по прибытии мне пожелали продуктивного утра, крепкого стояка и «чтобы семья никогда не болела». К слову, поездка оказалась бесплатной.
И когда я замер около многоквартирного дома со всяческими вывесками на первом этаже, водитель пулей умчался, по пути чуть не сбив пешеходов. Мельком взглянул на недовольно горланящих людишек, сунувшихся под машину таксиста, и присвистнул.
Дорогу переходили самые настоящие негры! Вот чего-чего, а их я здесь увидеть не ожидал! Вроде бы, по словам того же Кита, находимся мы от европейской части империи далековато, но…
Угольки уже и сюда добрались. Спрашивается, это чья такая заслуга?
— Уважаемый, — кто-то дотронулся до моего плеча, привлекая к себе внимание. — Не желаете ручку позолотить?
Да ладно! Медленно повернулся, чтобы посмотреть на цыганскую морду чуть выше меня. Только вот от цыгана у него была только физиономия.
Тонкая линия усов над губой, золотой зуб посередине, две больших серьги в ушах, а сам он… Облачен в строгий тёмно-серый костюм в полосочку. На ногах туфли из крокодиловой кожи, на голове кожаная же кепка. Точно не типичный житель табора, а кто-то более представительный.
— Вы, я так понимаю, — продолжал любезничать инкогнито, — воды в рот набрали? Или, быть может, плохо понимаете по-русски?
— Что тебе нужно? — сощурился я, убирая руку в карман моего скромного пиджака и нащупывая пистолет. — Это не ваша гробовозка, случаем, за мной ехала?
— А ты, как я погляжу, проницательный? — улыбнулся, блеснув на осеннем солнце золотым зубом, цыган. — Пойдём покумекаем в более подходящем месте, а то… людей много. Того и смотри, пристрелишь кого-нибудь.
Одного моего взгляда хватило, чтобы улыбка с лица незнакомца сползла.
— Что тебе нужно? — ещё раз переспросил я, вытащив наружу пистолет. — Сам понимаешь, мне ничего не стоит…
— Чоаба, — коротко отрезал он. — Этого достаточно?
Оказалось достаточно. Цыган махнул кому-то неподалёку, и нас стало на две личности больше. И новоприбывшие были в, так скажем, полном цыганском прикиде. Две женщины с платками на головах, длинных пёстрых юбках и винтовками за спиной.
Тут я, конечно, удивился. Но пистолет убирать не спешил.
— Не волнуйся, — заговорил со мной «гость», шагая по правое плечо. — Не в наших интересах тебе вредить.
— Я и не волнуюсь, — зевнул я. — Просто знаю вас как облупленных.
— Плохо знаешь, Шаман, — покосился на меня он. — Хотели бы убрать после того, что ты натворил, убрали бы. Ещё до того момента, как ты связался с Монеткиным или попал под крыло к Бакинскому. Возможностей было море, сам понимаешь. Но никто этого не сделал.
— Ты за стрельбу на рынке говоришь?
— Я за смерть Бахти говорю.
— Я не убивал его, — сухо ответил я. — Это ваша обезьянка не умеет с пистолетом обращаться.
— Да знаем мы, Шаман, — улыбнулся мужик. — Знаем. Что бы ни говорили про нашу магию, поверь, допытывать своих мы умеем. Попробуй барону наврать — кожу заживо сдерёт.
В этом я не сомневался. Какими бы бессовестными эти цыгане ни были по отношению к остальным, внутренние порядки у них были жёсткими. Очень жёсткими. Найти среди своих крысу так и вовсе не составляло труда. Ведь для любого пытающегося отвертеться было в приоритете показать барону, что он молодец, а вот этот утырок и сосед по табору — нет.
Так и живём… Точнее, так они и живут.
Неизвестный проводил меня до небольшого открытого кафе, которое к обеду оказалось переполнено. На моё удивление, стоило нам показаться возле бара, как официанты быстренько освободили нам круглый столик, за которым сидели мужчины в цилиндрических шляпах и пейсами.
Они попытались было возмутиться, но, когда увидели вооружённых ромал, мигом убавили пыл и свалили.
Официант попытался перед ними извиниться, но мужчины приняли любезность за ещё один пинок в сторону выхода.
— Бросьте, уважаемый, не надо меня уговаривать, я и так соглашусь! — забормотал один, ускоряясь.
На что второй ему крикнул вслед:
— Мойша, не бежи так шустро, не дай бог догонишь свой инфаркт!
Инкогнито жестом пригласил меня за стол, а сам подозвал к нам официанта.
— Рекомендую рубленные котлетки, — забормотал он. — Они здесь божественные.
Разумеется, мне захотелось спросить, подают ли здесь конину, но, учитывая, что чуть поодаль от нас замерли две вооружённые тётки, я не рискнул. Однако же ткнуть носом цыган в их слабость хотелось на каком-то подсознательном уровне.
Увы, никого в жизни я так не ненавидел, как этот кочевой народ. А если ещё и припомнить их прошлые заслуги в моем мире, особенно — отравление моей супруги, царствие ей небесное, так была бы моя воля…
'Так, где там мой пистолет? —
я положил одну руку на карман. На всякий случай. — Если эта цыганская морда надумает фокусничать, а позвал он меня не просто так, я повторю всё то, что творил на рынке. Только в этот раз стрелять буду не в воздух, а прицельно.
Вряд ли его холёная рожа захочет капитального ремонта'.
Рассуждая про себя, криво улыбнулся, глядя на то, как шевелятся его усики… Стоп, он мне что-то говорит, что ли?
— … Шаман? — видимо, повторил собеседник. — Вы меня слышите?
— Да, — я почесал подбородок, цепляясь ногтями за жёсткую щетину. — Как вы говорите, вас зовут?
— А, я и не представлялся, — улыбнулся мужик.
— В том то и дело, — кивнул я. — Кажется, самое время познакомиться.
Мужчина пригладил усы и заговорил:
— Борис Жемчужный, — и, увидев мою ухмылку, тут же продолжил: — Понимаю, фамилия редкая для таких, как я, но тем не менее я ей горжусь.
— Речь не об этом, — отмахнул я. — Происхождение же румынское, верно?
— Верно! — оживился Борис. — Откуда вы это знаете?