Притворись моим демоном (СИ)

— Не знаю. Мне просто необходимо найти хоть что-то. Я не могу оставаться слабой. Не могу! Все ждут от меня чего-то, винят в лени и безразличии, мучают и заставляют работать усерднее — все, кроме вас. Не знаю зачем я вам это рассказываю, но вы так хорошо слушаете. — я смутилась и отыскала спрятанный набросок. — и он. Я становлюсь спокойней, когда рисую и даже не знаю, как это прекратить. У меня весь стол забит набросками, не знаю куда их девать. Госпожа всегда раздражалась, увидев портрет, говорила, что мне следует прекратить это.
— Если ты не против, я хотел бы себе один.
Риус всегда располагал к себе скромной улыбкой. Я протянула ему набросок, понимая, что портрет принца я еще нарисую и не раз. Хранитель заботливо принял подарок и убрал его в стол.
— Он оберегает тебя даже сейчас, Кириана. Возможно я не прав, но мне кажется ты ищешь не силу, а защиту.
— А разве это не одно и то же? — задумчиво фыркнула я, листая очередной учебник.
— ООО, нет! Силу обретают чтобы подчинять, а не защищаться. А у тебя слишком доброе сердце — сложно с таким быть демонологом.
— Вот только демонологом мне стать необходимо. Я не наследница дома Доргов, а значит отправлюсь к границе, как и остальные. А там мне нужна будет не только защита. — Помедлив, добавила. — Некроманты. Я должна их бояться и ненавидеть, потому что так говорят, но не понимаю почему. Зачем вообще нужна эта война?
— Нам порой сложно разобраться в политике и войнах, да и стоит ли вообще? Некроманты похищали детей, демонологи спасли вас, развязав войну. Мир итак был слишком хлипким, а нападения на деревни раздробили империю. Не стоит думать о границе, пока твоя проблема — килиар.
— Поэтому я и должна уметь себя защищать! И для этого необходимо стать сильнее. Знаете, меня иногда даже не пугает посвящение, если я не справлюсь и погибну — это все лучше, чем безуспешные поиски спасения от козней старших домов и встречи с боевыми некромантами.
Как сложно бывает удержаться от лишних слов, я не должна была говорить об этом хранителю. Он единственный человек, с которым я могу поговорить, получить помощь и одобрение. А я признаюсь ему в бессилии и желании покончить с трудностями. Мне стало неудобно и стыдно перед ним и захотелось уйти. Спешно собирая свои вещи, я старалась не смотреть на господина Риуса.
— Послушай, Кириана, — Он говорил как-то неуверенно и растерянно. — копаясь в архиве, я нашел несколько страниц. Они были выдраны уже давно, и я еще не определил из какой именно книги, но они довольно интересные. Возьми их, возможно там ты найдешь хоть какие-то ответы.
Хранитель протянул мне аккуратный сверток из нескольких пожелтевших страниц. Я была взволнована, хотелось сейчас же бросить все вещи и сесть изучать предложенный дар, но времени не оставалось, занятия уже скоро начнутся, а мне еще до комнаты бежать — переодеваться. Я трепетно взяла листочки и спрятала их в карман. Коротко поблагодарив выбежала из библиотеки.
Жизнь в общежитии уже во всю кипела: всюду сновали сонные демонологи, стараясь привести себя в порядок, галдели кураторы, призывая всех не толпиться в коридорах, кто-то устало хныкал, предвкушая тяжелый день. Я быстро переоделась в форму и, скидав в сумку все необходимое, направилась в корпус. Сегодня был волнительный день — день первого погружения. Все, что мы отрабатывали на практике здесь нам следовало повторить в килиаре, подчинив выбранного демона. Но к той обстановке еще нужно было привыкнуть, поэтому нас готовили постепенно, каждый раз увеличивая время нашего пребывания. Вчера мы уже прошли инструктаж и понимали, что для тренировок нас будут отправлять только в защищенную территорию, где демоны и бесы не смогут причинить нам вреда.
Я поежилась и неуверенно вошла в заполненную аудиторию. Волновалась не только я, многие пришли уже давно и нервно ожидали своего первого погружения. Разговоры были скомканные, многие предпочитали настраиваться. Хоть территория и была защищена, а за погружением наблюдали опытные преподаватели, да и время давалось немного, ходили слухи о неудачных пробных попытках. Тут и там раздавались нервные шепотки, больше похожие на молитвы, которые тут же смолкли при появлении в аудитории Волхина. Наследник старшего дома Трионов сухо поприветствовал «избранную» знать, а остальных лишь смерил презрительным взглядом. И мне досталась большая порция.
 
— Что, бедолажка, трясешься вся? Боишься дурочкой вернуться после первого же? Без мозгов-то тяжеловато жить.
Сегодня он был особенно любезен, ни капли волнения, что изрядно раздражало.
— Ну ты же как-то живешь, — буркнула я стараясь скрыться с его глаз.
Наверное, было глупо считать, что брошенные мной слова останутся без внимания, но могло же произойти чудо. Чудо не произошло: Волхин резко дернул меня за рукав, обрубив мое спасительное бегство, и коварно усмехнулся.
— Не смей дерзить, бедолажка, ты здесь никто, даже камнем под моими ногами быть недостойна — прошипел он ближе поднося свою физиономию.
— Так, что ж ты с камнями разговариваешь? — Вторая необдуманная фраза была лишней, ой какой лишней.
Атмосфера в аудитории накалялось, одногруппники любопытно наблюдали за происходящим, позабыв о своих волнениях. Сотоварищи удобней располагались на местах, а кто-то и вовсе обходил нас со всех сторон, чтобы не упустить ничего интересного. Я аккуратно старалась высвободить руку из цепкого захвата раздраженного наследника и просчитать пути отступления, как вдруг почувствовала щелчок. Он пробирается мне в голову… Я остолбенела: в присутствии стольких людей он идет на преступление, старается подчинить меня. Мои хрупкие барьеры защиты падали, а я судорожно искала помощи в толпе, но все лица присутствующих сливались в единые смазанные черты. Многие заинтересованно ждали продолжения, кто-то сочувственно отвернулся, а кто-то устало погрузился в себя. Помощи ждать неоткуда. Отчаянно покопавшись в своей сумке, я ухватила то, что удобно поместилось мне в руку и решила защитить себя. Шлепнула наследнику по лбу увесистой тетрадью. Волхин пораженно отшатнулся, уставившись на тетрадь, а напряжение в моей голове спало. Толпа охнула, завороженно ожидая реакции. На тетради большими буквами красовалась надпись: «Знания — Сила», которые когда-то я написала, настраиваясь на усердную работу. Что ж и не поспоришь! Спешно спрятав тетрадь в сумку, я скользнула к выходу, намереваясь переждать все снаружи. Но парнишка быстро отошел от изумления и яростно заклокотал:
— Тыыыы… Да как ты смеешь! Да я!
Я, пожав плечами, словно вообще тут не при чем, открыла дверь и влетела в преподавателей. Они немного повозмущались, жалуясь на поведение молодежи, но не стали долго меня отчитывать — прошли в аудиторию. Виновато склонив голову следовала за ними, прячась за спинами. Волхин раздосадовано скрипнул зубами, он явно желал высказаться, но присутствие преподавателей меня спасало.
Нас быстро пересчитали, объяснили еще раз правила и повели в Зал Воссоединения. Мы спускались по лестничным пролетам вниз, петляли по сырым холодным коридором в полном молчании. Перепалка в аудитории отвлекла нас от волнения, но преподаватели вернули в реальность. Теперь каждый шаг приближал нас к пугающему событию. Переглядываясь, ежились и искали поддержки в глазах попутчиков. Напряженную тишину нарушало тихое перешептывание профессора Крона с помощником Далием. Он жаловался на молодежь, которая стала такая хлипкая, что каждое погружение необходимо проводить в присутствии врачевателя. Профессор врачевания молча шагала рядом, стараясь не обращать внимания на высказанные недовольства.
Я покрутила головой, пытаясь сориентироваться и наткнулась на злой, буравящий меня взгляд Волхина. Да что ж он привязался то? Я насупилась, выбрал же день для любезностей. Ему-то переживать не о чем, старший дом Трионов подготавливал его с самого детства, часто погружая в мир демонов, но для нас это серьезное испытание. Испытание, которое заставляло даже сильных демонологов нашей группы нервничать.