Инцел на службе демоницы 1 и 2: Секса будет много (СИ)

Тогда на выпускном я точно так же сидел один за столиком, и компанию мне составлял лишь бокал передо мной — не такой черный, но весьма крепкий. Встречая начало серьезной взрослой жизни, я пил совсем не шампанское. В зале играла музыка, почти все танцевали. Ася кружилась в светлом платье, надеясь, что я к ней подойду, а я сидел и напивался в ожидании разговора, который не хотел вести трезвым.
Рядом бодро простучали каблуки, скрипнул соседний стул, и ко мне подсела Марина.
Иллюстрация: https://telegra.ph/file/956a102891fc648dcb61c.jpg
Прикольная красивая девчонка, которая большую часть одиннадцатого класса подавала мне знаки, что была бы не прочь пригласить меня на чай или дополнительно позаниматься у нее или меня дома. И я бы с удовольствием с ней позанимался — всем, чем бы нам захотелось, — если бы не «но», которое у меня было всегда. Так что приходилось делать вид, что я не вижу эти намеки, однако с каждым разом это становилось все сложнее.
В зале, где проходил выпускной, кто-то сделал музыку чуть громче, и Марина с бокалом чуть ближе придвинулась ко мне, обдавая ароматом своих духов. Ее глаза игриво поблескивали, губы заманчиво пахли шампанским, а волосы слегка выбились из прически, придавая всему ее виду соблазнительную распущенность.
— Чокнемся? — спросила она.
Она тоже полвечера ждала, что я позову ее танцевать. Ониобе ждали. Не знаю, понимала ли это Марина, но Ася переводила взгляды с нее на меня с таким видом, словно ожидала моего решения как приговора и безумно боялась, что я выберу не ее. Самое поганое, что выбора у меня и не было — я уже давно все выбрал. Но переспать мне хотелось с Мариной.
Я молча поднял свой бокал, и хрустальные стенки с легким звоном встретились. Улыбаясь, Марина едва ощутимо прижала свой ободок к губам, а я сделал большой глоток, чувствуя, что мозги уже начинают отказывать.
— Скучно? — она медленно провела пальцем от ворота моей рубашки вниз по груди, будто пересчитывая пуговицы.
Ее движения безумно возбуждали и безумно бесили, я даже не знал, что такое бывает одновременно. Самое обидное, что она в этом была совсем не виновата. Ее улыбка и хотела, и обещала большего. Не сводя с меня глаз, Марина заправила выбившуюся прядь себе за ухо. Жест тоже показался дико возбуждающим.
— Родители уехали на все выходные… — начала она.
Подхватив свой бокал, она сделала небольшой глоток, словно набираясь смелости закончить. Прозрачная капля с хрустальной ножки соскользнула прямо в вырез на ее груди, и, не особо стесняясь, я проводил эту каплю глазами. А чего стесняться? Так далеко, как эта капля, я все равно этим вечером не проникну.
— Хочешь, допразднуем у меня? — сверкнув глазами, предложила Марина. — Попробуем что-нибудь новенькое…
Я выпил еще, чтобы немного успокоиться. Она мне реально нравилась, и я был очень не против попробовать что-нибудь новенькое — особенно то, что имела в виду она.
Блики от огромного шара под потолком бегали по ее лицу, плечам и груди. Ее платье казалось очень тонким и очень откровенным. Мой взгляд сам собой замер на молнии на ее боку. Всего-то потянуть вниз — снять с нее одежду займет не больше минуты. Пальцы подрагивали от желания так и поступить. Чуть крепче сжав бокал, я слегка повернул голову. Больше не танцуя, Ася замерла у противоположной стены и смотрела на нас. Даже не видя, я знал выражение ее глаз — оно часто вынуждало меня делать то, чего я не хочу, лишь бы она не смотрела на меня так.
— И скольким ты уже это предложила? — я повернулся к Марине.
Она немного растерялась, еще не успев обидеться.
— Ты первый…
Я усмехнулся, точно зная, что следующей фразой обломлю себе весь вечер.
— Хреновый выбор… Лучше я напьюсь!
На несколько мгновений она застыла, а потом, лишь каким-то чудом не выплеснув остатки своего шампанского мне в лицо, вскочила и ушла. Сам на себя сердясь, я проводил ее глазами. Если бы она была не одноклассница, а просто случайная девчонка, которая не знала Асю десять лет, то я бы ни за что не отказался. Но… Всегда есть это гребаное «но». Я залпом допил все, что было в бокале, видя, как Ася оттолкнулась от стены и пошла ко мне. Оставалось лишь надеяться, что выпитого хватит.
 
И вот теперь, сидя на этом долбаном «выпускном 2.0», мне реально не хотелось повторять все второй раз — обижать хорошую девчонку дважды. Но Марина подошла ко мне сама, как и тогда. Вздохнув, я оттолкнулся от стойки, повернулся к ней и оторопел.
Мой взгляд упал даже не на лицо, а сразу на живот, огромный, будто под платье она спрятала арбуз. Но, конечно, это был не арбуз. Заметив мое ошеломление, Марина улыбнулась.
— Ну вот смотри, Паша, — сказал она, поглаживая живот, — как получилось…
Да уж, другого слова и не подобрать — получилось. Круто, что отказался тогда. Оказывается, зря жалел. Иначе сейчас эта фраза для меня звучала бы по-другому. К такой ответственности я точно еще не готов.
— А кто отец? — другого вопроса и в голову не пришло.
— Мой муж, — она гордо выставила руку с кольцом. — Я, кстати, замуж вышла.
Просто отлично, что тогда отказался.
— Поздравляю, — сказал я.
Задумавшись, Марина потерла поясницу. Ей явно хотелось сказать мне что-то еще.
— Знаешь, — после паузы начала она, — я тебя сначала ненавидела за то, что ты сказал тогда… Но если бы не это, я бы не была сейчас так счастлива, — она снова нежно погладила себя по животу, — так что я уже не сержусь…
Я вздохнул. В принципе, в том, что она подошла ко мне, не было особого смысла. Из нас двоих не она, а я должен был подходить и извиняться, но я об этом даже не подумал. Однако она подошла сама, потому что ей это было важнее, чем мне. Подошла, чтобы доказать себе, что она красивая, желанная и достойная любви, что это я дурак, а не с ней была какая-то проблема. Тяжело жить с ощущением, что тебя отвергают, а ты сам не понимаешь почему. Но, кажется, сейчас она вполне счастлива, а от меня требуется не так уж и много.
— Ты меня прости, — сказал я. — Я правда выбрал тогда плохие слова. Просто я на самом деле хреновый выбор.
Она улыбнулась, принимая мои извинения.
— Ты хороший выбор, только не для меня. Ладно, была рада повидаться, но мне уже поздно, муж ждет.
Попрощавшись, она ушла, а я, как и тогда, проводил ее глазами, чувствуя непривычную легкость. Тому, кого отвергли, обидно и больно, но и тому, кто отверг, тоже паршиво — при условии, конечно, что он не сволочь. Хотя бы за одну из выходок на моем выпускном можно было больше на себя не сердиться.
Повернувшись к стойке, пару секунд я смотрел в бокал. Кубики медленно таяли, и вместе с ними исчезало мое желание напиваться. Однако медальон, который притих, пока я разговаривал с Мариной, теперь словно опомнился — и стал греть еще яростнее. Подобно тому, как одна снежинка может начать лавину, так и то, что Марина подошла ко мне, вдохновило других одноклассниц последовать ее примеру. Несколько девчонок, нацепив улыбки и подхватив бокалы, направились в мою сторону, словно соревнуясь между собой за первоочередность.
Музыка била по голове, медальон пылал, грозясь спалить меня дотла прямо на месте. В один миг дыхания стало не хватать, будто я перегрелся в горячей сауне и вот-вот потеряю сознание. Отодвинув бокал, я спустился с барного стула и, чувствуя слабость в ногах, побрел к выходу из зала — мимо идущих ко мне девчонок, к мужскому туалету. Вряд ли я хоть кому-то там буду нужен, а мне передышка не повредит.
Однако туалет казался безопасной зоной только в мыслях. Едва смочив лицо, я услышал стоны из одной из кабинок — громкие, страстные, довольные, явно выдававшие, что кто-то уже вовсю использовал свой второй шанс. Это уже тянуло на изощренное издевательство. Вдобавок ко всему, мой медальон от секса рядом словно начал искрить, пуская по телу какие-то невообразимые потоки жара. Он что хочет, чтобы я к ним присоединился?..
 
Выключив воду, я выскочил в коридор, пока меня не сожгло на месте. Одновременно распахнулась дверь соседнего женского туалета, и оттуда вышла девушка, которую я мог узнать даже со спины. Длинные светлые волосы, которые сегодня утром щекотали мне пах, каскадом падали на бедра, обтянутые узкой полоской ткани. Короткое платье, сдержанное, но соблазнительное, чулки и тонкие высокие каблуки — образ строгой, но желанной учительницы был выдержан безупречно. Однако что скрывается под этой одеждой, я теперь прекрасно знал.