Инцел на службе демоницы 1 и 2: Секса будет много (СИ)
Шум воды убаюкивал, смешиваясь с сладко-терпкими воспоминаниями. У каждого парня есть своя история знакомства с обнаженным женским телом — история очень интимная, остающаяся в памяти как первый оргазм, первый поцелуй, первый секс. У кого-то это картинка из журнала, у кого-то — известная порнозвезда, а у кого-то — вполне реальная знакомая девушка. Моей такой историей стала Леся.
Пять лет назад, когда мне было тринадцать, все было точно так же. Она пошла в душ, а я ее там застал, и если уж быть честным, тогда все действительно получилось не случайно. Вот только я на самом деле не был в этом виноват.
За дверью, как и сейчас, текла вода, гостившая у нас Леся плескалась в ванной, а я спокойно сидел на диване и смотрел телевизор.
— Паш, подойди! — вдруг крикнула она, пытаясь заглушить шум воды.
Подумав, что ей что-то надо, я без всякой задней мысли распахнул дверь и обомлел. Она стояла под душем, обнаженная, даже не подумавшая задернуть занавеску. Увидела меня на пороге, но ничуть не смутилась. Наоборот, завела руки за голову, выставив грудь вперед, словно гордилась тем, какая у нее теперь фигура, и хотела похвастаться собой передо мной.
Глядя на нее — обнаженную, стройную, выставляющую себя напоказ для меня — я впервые понял, насколько меня возбуждает женское тело и как сильно я хочу наслаждаться им. Это было как грехопадение — инициация, после которой секс из смешной взрослой игрушки становится потребностью — как хлеб и вода, как сон и дыхание. Потребностью, которую нужно удовлетворять.
Я зачарованно смотрел на нее, не в силах отвести взгляд. Словно почувствовав, что творится у меня в голове, она улыбнулась — озорно и дерзко — и начала крутиться, красуясь, подавая мне себя с самых лучших, самых сексуальных ракурсов.
— Пашка, ты что подглядываешь? — крикнул вышедший в гостиную отец. — Совсем с ума сошел?
И эта зараза следом вскрикнула:
— А! Ты чего? Не подглядывай! — и улыбнулась мне самой нахальной своей улыбкой.
Будто опомнившись, я резко захлопнул дверь. Но было уже поздно: за мной в семье закрепился новый статус — того, кто подглядывает за кузиной. Но я не подглядывал, я смотрел — и она сама хотела, чтобы я ее увидел. И то, что я увидел тогда, будоражило меня до сих пор. Если до этого она была просто девчонкой, то после стала девчонкой, которую я хотел и хочу до сих пор. Моей фантазией, сексуальной потребностью, которую надо было удовлетворить, но которую я не мог себе позволить.
Она сделала это специально и без моего согласия — и я все еще немного сердился на нее за это.
Задумавшись, я не сразу сообразил, что в ванной перестала течь вода. Скрипнула дверь, и Леся вышла в гостиную, с влажными прядями по плечам, без халатика, обмотанная лишь одним полотенцем, под которым наверняка ничего не было. Не сводя с нее глаз, я лихорадочно раздумывал, что сказать — момент был тот самый.
Леся подошла к дивану и остановилась рядом. Даже на расстоянии я кожей ощущал ее манящее тепло и вдруг понял, что если ничего так и не придумаю, то просто схвачу ее за бедра и утащу к себе. Вряд ли она будет против.
— Паш… — ее взгляд, странный, озорной, пьянящий, замер на мне. — Хочешь, кое-что покажу? Тебе понравится!..
Я кивнул, надеясь, что это то, о чем я подумал. Очень медленно, словно дразня меня, ее пальцы размотали узел полотенца — и оно упало на пол. Мои глаза побежали по ее телу, уже планируя, где будут руки и куда опустятся губы, и вдруг замерли, глядя лишь в одну точку.
От неожиданности я привстал с дивана. Сама того не подозревая, Леся реально смогла меня удивить — на ее груди прямо между двух полушарий с уже заметно вставшими бугорками болтался мой медальон.
— Клевый, да? — она начала крутить его пальцами. — Нашла в твоих вещах… Это откуда?
Из ада, блин! Я вскочил с дивана.
— Отдай!
Демоническая вещица точно не была ни игрушкой, ни украшением.
— А забери… — хихикнула Леся.
Я потянулся к ней, она кинулась от меня. Воздух вмиг наполнился ее задорным смехом. Подавшись вперед, я схватил ее за талию, она подогнула колени и, хохоча, упала на диван, увлекая за собой и меня. Через секунду я оказался прямо на ней, обнаженной, влажной и горячей после душа, смеющейся. Диван громко скрипнул под нами.
Иллюстрация: https://telegra.ph/file/ba3f20d5cfb156d4a465a.jpg
Би не соврала: на такие звуки родители бы точно вышли из спальни, однако они непривычно крепко спали.
— Как же я тебя хочу! — простонала мне прямо в губы Леся, а затем впилась в них.
Поцелуй был каким-то немыслимым, откровенным, глубоким, чувственным — он не прерывался ни на мгновение. Я словно забыл, как дышать без этих губ. Мои пальцы ласкали, мяли и щупали ее везде, куда я только мог дотянуться, скользили по каплям воды, растирали их по нежной горячей коже. Наконец моя рука оказалась у нее между ног.
В Лесиных глазах плескалась дикая, безудержная готовность к сексу, которую я еще не видел ни у одной девчонки, а текла она так, что у меня самого отказывали мозги.
От наших движений подушка соскользнула на пол, и Леся заметила презерватив.
— О, Паша, ты подготовился… — зажмурившись от удовольствия, простонала она. — Хочу… Он такой горячий, он так греет на груди… Войди в меня!..
Предложение было просто шикарным. Схватив презерватив, она сама надорвала его и натянула не глядя — в этом вопросе Леся была гораздо опытнее меня. Закрыв глаза и откинув голову, она пошире развела ноги, буквально умоляя взять ее — словно ей разом сорвало все флаги. Сил терпеть уже не было. Я навис над ней, готовый наконец войти.
— А после, — захихикав, она прильнула ко мне, — давай мороженого поедим… Как раньше, когда мы в догонялки играли, мокрые, потные, а потом мороженое на крыльце ели… Хочу тебя… — горячо прошептала она. — И мороженое…
Твою. Мать. На хрена ты вообще это сказала?
Я выдохнул и отодвинулся. Все желание, как наваждение, пропало в один миг.
Она на год старше меня, и я всегда думал, что она взрослее, верил в это, когда слушал ее болтовню о поцелуях и сексе. Хотел ее, мечтая, как она будет мне отдаваться по-взрослому — я хотел видеть ее взрослее, чем она есть. Но, похоже, я всегда себя обманывал.
Для нее секс не стал потребностью, зудящим ненасытным желанием, которое сводит с ума, а так и остался играми, в которые круто играть, когда у тебя вырастет грудь и парни выстроятся в очередь, чтобы побегать за твоей киской. Такой аналог догонялок, в которых вместо рук надо пользоваться тем, что есть ниже пояса. Поэтому, когда созрела физически, ей было так легко — она начала играть, не особо задумываясь, ни что происходит, ни чем это является. Для нее секс — просто взрослый аналог гребаных догонялок.
Где-то внутри волной поднималась злость. Мне был нужен настоящий секс, настоящие эмоции, а ей — мороженое… А я не аппарат по производству мороженого! Я хочу, чтобы девушка, которые занимается любовью со мной, реально мне отдавалась, трахалась со мной, а не играла в какие-то дурацкие игры, даже если их частью будет секс.
Я хочу трахнуть ту девчонку, которая раздразнила меня в ванной, которая подарила мне презик и раздвинула ноги, сказав, что я могу ей воспользоваться — а есть ли она вообще? Такое ощущение, что все это время я хотел не Лесю, а какую-то другую, воображаемую девушку, такую же нереальную, как аниме-персонаж. И это безумно разочаровывало.
— Паша… — Леся вновь потянулась ко мне.
Я попытался снять медальон с ее шеи. Возможно, вся эта похоть, все это безумное желание, которые так завели меня, были даже нее ее — и настоящая она вылезла в той фразе про мороженое, а все остальное было лишь побочкой от медальона.
Пальцы коснулись цепочки. Не понимая, чего я хочу, Леся нетерпеливо заерзала бедрами, крепче прижимаясь ко мне.
— Стой! — я попытался ее остановить. — Успокойся!
Но она лишь начала извиваться еще сильнее, будто сама готовилась напрыгнуть на меня.
— Хватит! — я потянул медальон вверх.