Волков. Гимназия №6
Руна сработала – и еще как. Не изящным стечением обстоятельств и капелькой удачи, а грубо, топорно. Магия перекраивала бытие под мои нужды широкими стежками: остановила трамвай, чуть ли не силой забросила меня в лужу – и подложила под ногу монету. Любого другого подобное, конечно же, только бы обрадовало, но я слишком хорошо знал, какие у такой удачи могут быть последствия.
Вселенную не обманешь. Вся наша жизнь – по сути, лишь череда наших собственных поступков и случайностей, и от человека зависят только первые. Вторые подчиняются одной лишь теории вероятности. В сущности все, на что способно колдовство, – незначительно сгустить в отдельно взятой временной точке то, что люди обычно называют везением. Можно сказать, взяв его взаймы у будущего – которое непременно потребует вернуть долг с процентами. Сильный заклинатель сумеет в некотором роде «размазать» грядущую череду неудач на несколько дней, сделав ее почти незаметной.
Возможно, на этот раз магия решила выстроить случаи парами и сразу же наградила меня за сломанные трамвайные рельсы… А возможно и нет, и за удачную находку еще только предстоит расплачиваться. Как бы то ни было, откатить колдовство обратно я уже не мог, и оставалось только шагать дальше по Садовой улице – на всякий случай поглядывая по сторонам.
А посмотреть тут определенно было на что. Мужчины и взрослые тетки в бесформенных кафтанах и шалях дружно куда-то исчезли, и теперь навстречу попадались только девчонки. По большей части ровесницы Володи Волкова – или на несколько лет постарше. Магия и здесь сработала без особых изысков и будто согнала ко мне красоток со всех соседних улиц… если вообще не с Невского.
И все до единой улыбались – мне. Сердце тут же заколошматило от окружающего изобилия, но я все-таки взял себя в руки и шагал осторожно, заранее обходя любые неровности на асфальте – на тот случай, если игривой фортуне на этот раз вздумается подбросить мне под ноги не золотой империал, а барышню из какого-нибудь местного института благородных девиц.
– Лотерея! – завопил какой-то пацан, призывно размахивая руками. – Государственная денежная лотерея! Никакого обмана! Не проходите мимо, сударь!
Судьба явно заготовила для меня еще пару подарков – оставалось только развязать бант. На мгновение где-то внутри даже мелькнула мысль свернуть и приобрести билет, но я тут же без всяких сомнений прогнал ее прочь.
Мироздание вполне могло простить мне десять рублей золотом, а вот за несколько тысяч наверняка спросит так, что небо покажется с овчинку.
Но и расплата за империал пришла – хоть и не сразу. Всю дорогу до Чернышева переулка по пути попадались весьма прозрачные намеки на обогащение, полезное знакомство или амурный интерес, но стоило мне свернуть к гимназии, как все это закончилось. Красотки остались за спиной, на Садовой, – а под ведущей на площадь аркой со львом меня ждала уже не самая приятная встреча. Похоже, как раз одна из тех, от которых никак не получится отказаться.
Даже если очень захочется.
– Эй, студиозус! – От стены отделилась мрачная фигура. – Закурить не найдется?
– Увы, любезный. – Я пожал плечами. – Не курю.
Всего я насчитал четверых парней – невысоких, но плечистых, явно на пару-тройку лет старше даже выпускников гимназии. Да и одеты они были так, что перепутать их с однокашниками мог бы разве что слепой: в лихо заломленные на затылок картузы, непонятного цвета брюки и короткие куртки явно рабочего происхождения. Достаточно свободные, чтобы махать кулаками – а то и спрятать под ними короткую дубинку или что-то посерьезнее.
Помнится, таких парней в моем мире тогда называли хулиганами или, на французский манер, апашами – слово «гопники» появилось позже, уже при Союзе.
Наверняка они остановились здесь не просто так, а поджидали опоздавших в классы, чтобы разжиться папиросами или парой монет. Улов вряд ли оказывался особенно богатым – зато и добычей одинокие гимназисты были легче некуда.
Ну… обычные гимназисты.
– А денежкой не выручишь? Надо бы сударей уважить.
Самый рослый – явно главарь – сплюнул на асфальт и двинулся ко мне. Вразвалочку, неторопливо – видимо, чтобы дать жертве вдоволь напитаться страхом. Но я не стал дожидаться, пока его свора выстроится вокруг – как это обычно и бывает в таких случаях.
Как известно, если драки не избежать – определенно есть смысл ударить первым.
Крутанувшись на месте, я швырнул главарю в лицо портфель. Достаточно увесистый, чтобы удар оказался весьма ощутимым. И результат превзошел самые смелые ожидания: похоже, судьба еще не исчерпала свою милость и я угодил жестким кожаным ребром прямо в хрящ. Раздался влажный хруст, главарь выругался и, схватившись за разбитый нос, согнулся пополам.
Но остальным это даже не убавило прыти: трое хулиганов выскочили из-под арки и устремились ко мне, сжимая кулаки. Впрочем, добрались до цели не все: тот, что бежал первым, наступил на собственный распустившийся шнурок и грохнулся на асфальт. Второго я без особых изысков швырнул через бедро, а третьего встретил апперкотом. Тот наверняка умел неплохо драться, но в шаге от меня запнулся и сам буквально влетел подбородком в заботливо подставленный кулак.
Чистый нокаут. Мне снова повезло, да и прихваченные из старого мира силы работали как положено, наполняя тело легкостью, а разум – ощущением собственной запредельной крутизны. Которому я, впрочем, не доверял даже на мгновение. Своенравное колдовство, помноженное на мощь местной магической энергии, могло предать в любой момент. К тому же у меня было никакого желания дожидаться, пока кто-нибудь из любителей наживы полезет за ножом.
Поэтому драку следовало заканчивать. Быстро, жестко и максимально эффективно.
Одному из уцелевших я не дал даже подняться – врезал каблуком ботинка четко между шеей и плечом, снова отправляя на асфальт. Второй уже успел вскочить и замахнуться – его я ломал уже наверняка: нырнул под удар, ушел в сторону, перехватил руку за запястье и выворачивал, пока сустав с хрустом не выскочил из плеча. Парень с воплем упал на колено, а потом и вовсе завалился на бок и захныкал.
– Студиозус, блин… – Главарь явно сообразил, что в одиночку ему уже точно ничего не светит. – Как ты?..
– Делаю зарядку по утрам, – отозвался я, подбирая с асфальта портфель. – И вам рекомендую, любезные. Гимнастика порой творит чудеса.
А порой чудеса творятся и без нее: везение явно помогло мне и в драке… Хоть уже и не так навязчиво и мощно, как раньше. Видимо, вложенная мною в руну сила понемногу таяла, откатывая мой коэффициент везения обратно к средним или даже чуть ниже значениям.
И с этими самыми значениями мне предстояло прожить весь оставшийся день. А для начала повстречаться с Иваном Павловичем. Его благородие инспектор поджидал меня у дверей гимназии – и вид при этом имел весьма и весьма плотоядный.
– Ну что, Волков, опаздываем? – Иван Павлович загородил мне дорогу. – Неужто остаться после классов захотел? Или тебя сразу в карцер?
– А может… – Я нашарил в кармане счастливый билет из трамвая. – А может, не надо меня в карцер, ваше благородие? Больше не повторится!
Пальцы едва ощутимо кольнуло – и сердитое лицо инспектора вдруг расплылось в добродушной улыбке.
– Ладно, Волков – прощу на этот раз. – Иван Павлович отступил в сторону и даже раскрыл передо мной дверь. – Давай, бегом на второй этаж – там уж началось.
Глава 8
В класс меня пустили без особых заморочек. Учитель – немолодой мужчина в штатском – только неодобрительно посмотрел, буркнул что-то из-под седых усов и загнал меня на самую последнюю парту. Но на этом силы руны иссякли окончательно. Я почти физически почувствовал, как ее магия отдала последние крохи – и стулья разве что не прыгнули в проход, грозясь зацепить ногу. Тесноватый правый ботинок тут же впился в пятку жестким краем, и даже настроение изрядно подсело. Разложив учебники, я достал билет – и ничуть не удивился его виду.