Мы все умрём. Но это не точно (СИ)

— Давай!
Оливер с самым торжественным видом высоко поднял металлический, отполированный значок, который ему выдали только вчера. Все за столом радостно заулюлюкали, засвистели и затопали ногами. Вуд элегантным жестом фокусника кинул новенький жетон в высокий бокал с коктейлем, что намешал для него Кормак, поднёс его к губам и хитро усмехнулся, поглядывая на друзей.
— До дна! До дна! — громко скандировали все собравшиеся.
Оливер медленно, не отрываясь, опустошил весь бокал и звучно грохнул им по столу. Значок внутри звонко подпрыгнул, ударившись о стеклянные стенки. Остальные тоже подняли свои стаканы и отсалютовали новоявленному аврору. Настоящему, больше не простому стажёру, как все они. Вуд действительно это заслужил.
Гермиона улыбнулась и тоже отпила из своего бокала, но, когда все за столом вернулись к своим разговорам, её натянутая улыбка медленно погасла. Как бы ни было паршиво признаваться самой себе, но причина плохого настроения крылась в том, что Малфой её игнорировал. Конечно, Гермиона убеждала себя, что произошедшему в отеле не стоило придавать никакого значения. На первый день после возвращения из Болгарии она с энтузиазмом влилась в привычную рутину, на второй мельком подумала, чем бы там мог заниматься Малфой, но быстро отогнала от себя эту мысль. На третьи сутки она совсем некстати вспомнила ощущение его губ на коже и весь день мечтательно замирала, прокручивая в голове тот или иной фрагмент их близости. На четвёртый она ему всё же написала, но на её робкое «Как идут дела?» он ответил лишь сухим «Нормально».
Поэтому Гермиона запретила себе о нём думать и загрузилась всевозможными делами: сдала все накопившиеся отчёты, заполнила обещанные Оливеру таблицы, отдежурила первый аврорский патруль вместе с Невиллом, провела генеральную уборку дома, выкинув из шкафа все старые вещи и открыв для себя дорогу новому… А Малфой всё не писал и не появлялся. Даже на встречу с ней отправил Нотта! И от этого почему-то было совсем тягостно. Она-то думала, что за две недели у них найдётся хотя бы один повод, чтобы встретиться, но с каждым днём приходило осознание, что, скорее всего, Драко просто не было до неё дела.
И в голову стало заползать мерзкое понимание, что для него это могло оказаться чем-то обыденным. Просто секс.
«Я же не замуж тебя зову.»
После второго бокала кисло-сладкой Маргариты Гермиона не выдержала и решила попробовать аккуратно поговорить об этом с кем-нибудь из ребят. Возможно, это тоже была не лучшая её идея, но два выпитых коктейля настойчиво советовали всё же задать этот чисто теоретический вопрос вслух.
— Почему парни после секса могут избегать общения с девушкой? — спросила она тихонько у Невилла, и именно в тот момент громкая музыка в зале стихла, переключаясь на следующую композицию. Ей показалось, что все сидящие в баре развернулись и с жалостью уставились на неё. Вот-вот начнут перешёптываться и показывать пальцами, но на самом деле молчание повисло только за их столом.
— У тебя есть парень? — недоверчиво спросила Камилла, которая наверняка считала, что на такую канцелярскую мышь никто не посмотрит.
— И он тебя игнорирует? — добавил соли на рану Оливер. Невилл, подавившись чесночным сухариком на первой секунде, всё ещё звонко кашлял и стучал себя кулаком в грудь.
Гермиона неловко попыталась соврать, что это случилось не с ней, а с её некой таинственной подругой…
— Он полный мудак, — холодно сообщил Кормак, не поверив ей ни на йоту.
— Согласен, — поддакнул, наконец откашлявшись, Невилл и поправил запотевшие очки.
Гермиона залпом опустошила бокал с остатками алкоголя и угрюмо пододвинула к себе третий, всей душой при этом желая, чтобы остальные поскорее переключили внимание на что-то более интересное. Впрочем, так и случилось. Только Кормак, не сводивший с неё глаз, ободряюще сжал её плечо и тихо сказал:
— Выброси его из головы и иди дальше. Значит, он тебя не стоит, — игриво подмигнул подбитым глазом и весело добавил, — иногда твоё счастье может оказаться совсем рядом, а ты его просто не замечаешь.
 
Но от жалости Маклаггена раздражение только усилилось. Гермиона выкинула соломинку из бокала и щедро отхлебнула алкоголь через край, мысленно проклиная себя за всё. И отдельно за Малфоя. Да что ей вообще от него нужно? Ходить за ручку на свидания? Нет! Хотела же ничего не усложнять. Он, видимо, так и поступил. Это был просто секс. От этой мысли почему-то стало совсем тоскливо, будто бы она где-то глубоко в душе надеялась, что Малфой мог испытывать к ней симпатию. Словно это вообще возможно… Но они же не давали друг другу никаких обещаний, верно?
Допив четвёртый бокал Маргариты, Гермиона бросила кокетливый взгляд в сторону Кормака.
— Герми, попробуй солёные крендельки, — прошептал ей сидящий справа Лонгботтом, и бросил недоверчивый взгляд на Маклаггена.
Нет, Невилл, она планировала сегодня хорошенько расслабиться и приставаний Кормака совсем не боялась. Более того, покручивая за тонкую ножку свой пятый бокал, она окинула соседа по столику заинтересованным взглядом и подумала, а не дать ли ему шанс? Маклагген хоть и выглядел сегодня немного потрёпанным, но это было вполне привычным его состоянием. Может, снова свалился с препятствия или метлы… Неважно. Только Кормак её флирта так и не заметил. Он продолжал что-то увлечённо шептать на ухо рыжего недопожирателя и смеяться, широко открыв рот. От очередного его смешка изо рта вылетел непрожёванный кусочек крекера и упал в центр стола. Гермиона брезгливо сжалась, вмиг потеряв в образе Маклаггена очарование.
Нет, пока ещё не настолько пьяна.
Грейнджер потянулась к своему бокалу, но тот оказался печально пуст, и ей внезапно стало скучно.
Она окинула взглядом танцпол и подумала, а почему бы и нет. Трезвая Гермиона постеснялась бы выйти совсем одна в толпу незнакомых людей, но пьяная её версия была легка на подъём.
Музыка обволакивала и погружала вглубь. Она двигалась в такт, чувствуя себя такой свободной и лёгкой. Будто бы не существовало всего этого груза проблем в прошлом и впереди.
Гермиона даже соприкоснулась в танце с каким-то парнем. Тот слегка приобнял её за талию и как-то слишком уж близко прижался всем своим телом, а она совсем не стала отталкивать. Только пахло от него потом, острыми крылышками-фри и едким амбре крепкого алкоголя. Ей подумалось, что для такого она опять-таки недостаточно выпила. Но это как раз следовало исправить. Высвободившись из липких объятий, Гермиона скользнула к барной стойке и заказала себе ещё один коктейль.
В зале было громко, жарко и душно. Люди сливались в одно цветастое пятно и двигались в общем ритме, словно единый живой организм. Гигантский осминог – извивающийся, конвульсивно дергающийся, мокрый… гадкий.
Она смахнула ладонью капельки пота со лба и повернула голову, чтобы посмотреть, чем заняты ребята, но столкнулась с задорным взглядом зелёных глаз.
Алкоголь будто бы выветрился одним махом. Мерлин, только не это.
— Теодор?
Они стояли друг напротив друга с абсолютно серьёзными лицами.
— Гермиона.
Грейнджер недобро сощурила глаза, смерив его строгим взглядом от макушки до пяток.
— Ты без Оборотного.
Тео стоял, расслабленно сунув руки в карманы. В чёрной рубашке, идеально подчёркивающей силуэт, и в тёмных брюках с тонкой серебряной пряжкой ремня. Его тёмные волнистые волосы были слегка растрёпаны, будто бы он недавно занимался сексом.
— Без, — спокойно констатировал тот.
Единственный вывод напрашивался сам собой.
— Ты совсем с ума сошёл?
Теодор непринуждённо опустился на высокий барный стул рядом с ней и заказал себе выпивку.
— Расслабься, я не Драко, не засветился, где только можно. Никто не знает, что именно я — это Нотт.
Гермиона подавилась слюной и закашлялась. Ей совсем не понравилась его самоуверенность и то, как он это произнёс. Тео участливо похлопал её по спине.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она, наконец выровняв дыхание.