Мы все умрём. Но это не точно (СИ)

Тяжело выдохнув, он перевёл взгляд вниз, с трудом фокусируясь на предмете, который так нещадно впивался в бок во время сна.
Расплывчатый контур медленно сливался и приобретал очертания палочки Треверса.
Сука, ну как же так, а?!
Палочка была разломана пополам.
Он так рассчитывал ей воспользоваться!
Блядь.
Драко с трудом встал, игнорируя дрожь в теле, эту белёсую пелену перед глазами, и осмотрел себя.
Выглядел он неважно, даже жалко. Штаны были все в грязи и крови, с рваными дырами на коленях. Придётся выкинуть. Правый ботинок куда-то пропал. Малфой прошёлся глазами по комнате — ни следа. Будто глизень сожрал. Он немного подумал и снял второй, оставшись в одних носках с весёлыми тыквами. Всё-таки фейерверк Треверса успел его неплохо поцарапать. Хорошо, если сейчас раннее утро: до их квартиры буквально пару домов, он может пройти так, чтобы никто его не заметил. Бруно и другие соседи должны ещё спать в это время, и…
Нет!
Внезапная мысль пронзила осознание: их встреча не была случайной. Треверс аппарировал совсем близко к нему. Он знал, куда их сослали, знал, когда Драко заканчивал работу и какой дорогой всегда возвращался. Эти заброшенные дома… хорошее место для засады. Малфой поступил бы так же.
Что с остальными?!
Он быстро нашёл свою палочку и, не обращая внимания на боль, побежал к дому.
***
Драко ввалился в квартиру, еле дыша.
Тео и Грег пили кофе за кухонным столом, и по их сонным лицам было видно, что они совсем недавно встали. Малфой оглядел всех и зашёлся в удушающем, лающем кашле. В лёгких всё ещё гулял песок и мелкие частицы бетона.
Друзья задержали на нём мимолётный взгляд и продолжили своё обсуждение. Гойл тыкал массивным пальцем в лежащую на столе газету и доказывал, что слова Нотта невозможны в условиях тех исторических реалий, но тот лишь несогласно качал головой, дожидаясь своей очереди высказать аргументы.
Малфой отдышался, уселся к ним за стол и сложил руки на столешнице. Они были чёрные, усыпанные мелкими порезами, в пыли, грязи и крови. Похоже, под кожу вошли осколки. Лишь бы не глубоко. Драко ненавидел ощущение стекла под кожей, и без магии пришлось бы ждать, пока они сами выйдут с гноем, или выковыривать ножом.
— Тебе кофе налить? — донёсся звонкий и на удивление бодрый голос Грегори. О, видимо, на него наконец соизволили обратить внимание. — Хорошо спалось?
— Будь так любезен. Пожалуйста, — таким тоном он разговаривал на светских вечерах Нарциссы.
Гойл подошёл к кофеварке и с громким щелчком вытащил горячий кофейник:
— Со сливками?
Драко просверлил его массивную спину яростным взглядом. А то ты, блядь, не знаешь. Никаких сливок, никакого ебучего сахара и никаких тупых вопросов. Но вслух сдержанно произнёс:
— Благодарю, не нужно.
Нотт внимательно его осмотрел и ухмыльнулся в чашку:
— Как погодка на улице?
Охуенная. С осадками в виде трупов. Драко лучезарно улыбнулся ему в ответ:
— Чудесная. Вам бы тоже стоило выйти и подышать свежим воздухом.
Гойл поставил перед ним дымящуюся чашку, и Драко с благодарностью сделал большой жадный глоток. Горький, как он и любил.
— И куда бы ты посоветовал нам сходить? — всё тем же светским, слегка скучающим тоном продолжил Нотт.
Конечно, самое время вспомнить уроки этикета, Теодор.
Драко пощупал разбитый лоб и поморщился: видимо, неудачно приземлился, когда терял сознание. В следующий раз нужно повнимательнее выбирать место для падения. Желательно помягче, с минимумом камней и битого стекла.
— О, тут рядом, — мило оскалился он, — есть один дом с необыкновенным видом из окон.
Тео лениво зевнул и перевёл взгляд на свои наручные часы. Серебро блеснуло солнечными зайчиками по стенам.
— Давай как-нибудь в другой раз, у меня дежурство через час. Старички без моей помощи не найдут свои челюсти.
— А я в хоре сегодня пою, — скромно добавил Грег, и Драко недоумённо уставился ему в лицо. Нотт, кажется, тоже потерял дар речи. Поёт в магловском церковном хоре. Охуеть. Драко поморгал. Закусил щеку, чтобы сдержать непрошеный приступ остроумия. Над этим он подумает позже.
 
— Труп — достаточно веская причина, чтобы оторвать вас от дел? — с безразличным видом спросил Малфой и аккуратно выровнял на столе вилки и чайные ложки.
— Труп? — уточнил Нотт, изящно отпив из чашки.
— Труп, — эхом согласился Драко и выстроил металлическую блестящую солонку с перечницей в один ряд.
Нотт недовольно свёл брови и развернулся к Грегу, мигом потеряв всё своё напускное равнодушие:
— Я же говорил, что этот опять во что-то влез! — Тео эмоционально махнул рукой и очертил в воздухе неясный силуэт. — Его вообще нельзя оставлять одного. Ты посмотри на него! Выглядит так, будто с оборотнем в полнолуние обнимался! И в баре он просто покурить вышел! А потом десяти минут не прошло, как уже разлёгся под маглами, — с каждым новым словом Теодор начинал распаляться всё больше и больше.
Малфою он сейчас напоминал огнедышащего дракона, из чьей пасти вместо огня вылетал чистейший праведный гнев. Хотя материализованный гнев Нотта скорей мог бы выглядеть как мыльные пузыри: кристальный и переливающийся всеми оттенками радуги. Такой невинный и милый. Драко представил, как вместо слов изо рта Тео вылетают разноцветные прозрачные пузырьки. Они плавно парят по квартире и лопаются. Пых!
Пых…
Нотт что-то бухтел и буравил хмурым взглядом, но ушедший в себя Драко его не слишком слушал, ухмыляясь воображаемой картинке. Вот завёлся-то. Того и гляди покусает. Он сложил руки на груди, заставляя себя прислушаться к выступлению этого праведника. Видимо, зря. Тот всё никак не прекращал своё брюзжание:
— В школе, пока мы спокойно учили нумерологию, он втихую завербовался в Пожиратели! В самых первых рядах! Да я на минуту тогда отвернулся, а он уже Лорду в спину Аваду запустил. А сейчас?! Да его от нас ни на шаг нельзя отпускать!
Теодор сжал губы в тонкую линию, наконец-то заткнулся и перевёл на Драко полный осуждения взгляд. Мамочка-Тео, которая вновь недовольна отметками своего мальчика. Драко почесал средним пальцем бровь. Нотт похабным жестом показал, что стоило бы сделать с его тупой башкой.
Что-то вроде отрезать и насадить на член? Вот извращенец. Малфой не стал ничего выдумывать и просто оскалил зубы.
— Ты не прав, Тео.
От этих слов Грега Драко растянул губы в победоносную улыбку и торжествующе приподнял брови. Было видно, как напряглись мышцы на лице Нотта. Гойл покачал головой глядя на них обоих, спокойно отпил кофе, аккуратненько поставил чашку на блюдце и гипнотически-бесстрастным голосом продолжил:
— В того же Лорда заклинание кинуть ему хватило нескольких секунд, хотя ты, между прочим, стоял в паре дюймов. Так что наше присутствие не гарантия его здравомыслия.
Драко обречённо вздохнул. Ещё один. Устроили ему тут судейское заседание. Грег помолчал, видимо, что-то припоминая, нахмурился, и между бровей пролегла морщинка.
— К слову, Нотт, ты тоже тогда весьма неаккуратно сработал, — выглядел он при этом слегка раздосадовано, словно увидел на белых кроссовках маленькое грязное пятнышко, — так резво за Беллатрисой припустил, а Рабастана кому оставил? Он, между прочим, почти дополз до леса.
— Да при чём тут я?! — Тео скрипнул зубами от возмущения. — Вернулся бы и добил. Ты лучше посмотри на этого! Да его за ручку водить надо, связать, закрыть или лучше кинуть в какой-нибудь подвал по…
Драко даже не стал ждать окончания этого заманчивого предложения, а просто ехидно протянул:
— Ну как? Успел снять тогда свою маглу с крыши?
Теодор захлопнул рот и шумно, долго выдохнул, будто бы выпустил весь воздух из лёгких. Малфой мог бы поспорить, что тот сейчас мечет молнии из глаз, но смотреть в его сторону специально не стал, а просто безразлично взглянул на ногти. Его пальцы выглядели удручающе — так, будто он всю ночь рыл руками себе нору или… могилу. Плевать.