Мы все умрём. Но это не точно (СИ)

Драко замер. Ситуация была неприятной, но ещё не критичной. Девочка вполне могла выкрутиться из этого сама. Она тут же накинула ткань обратно на лоб и вырвала край мантии из пьяной хватки, но Пожиратель прохрипел:
— А я тебя знаю. Ты из того борделя, да?
Вот и всё. Он принял её за шлюху.
Не думая и не сомневаясь, Драко легко двинул запястьем под столом и прошептал формулу заклинания. Пальцы ублюдка сломались один за другим, как тонкие спички. Малфой повторил жест и сломал ему пальцы на второй руке тоже, чтобы тот не смог схватиться за палочку. Любитель птичек заверещал, как подбитый гиппогриф, на что Тео почти моментально среагировал заклинанием кромешной тьмы.
Они с ним всегда действовали слаженно, даже без лишних слов.
Последнее, что Малфой увидел, — Гермиона отскочила в сторону. А потом всё помещение погрузилось во мрак.
Драко быстро выскочил из-за стола, подбежал к тому месту, где стояла Грейнджер, и оттащил её к стене, а через секунду почувствовал на своём плече руку Нотта.
— Быстро на кухню. Вход наверняка уже заблокировали.
В зале один за другим зажигались Люмосы. Тео потянул их обоих в сторону. Они держались в тени и пробирались вдоль стены. Кто-то из посетителей кинул в другого Круциатус, и комнату заполнил дикий крик боли. С другой стороны прилетело жаркое Инсендио, и в углу запылал огонь. Горел тот самый стеллаж с артефактом помех. Теодор втолкнул Гермиону и Драко за металлическую дверь и лязгнул щеколдой.
— Судя по всему, времени мало, — он присел на корточки, стараясь сконцентрироваться на запирающем заклинании.
Малфой работал только с одушевлёнными объектами и в этом ему помочь никак не мог, поэтому просто наблюдал, как искрится кончик палочки Нотта. Кажется, у того тоже не получалось закрыть дверь. Грейнджер подсела к нему и принялась сама накладывать заклинание.
— Ты руку неправильно держишь, у тебя так точно ничего не выйдет.
Конечно, золотой мозг Гриффиндора не нашёл лучшего времени для лекции. За дверью слышались громкие хлопки заклинаний, ругань и проклятия, а она невозмутимо держала Теодора за запястье и показывала правильный пас.
— Я нормально всё делаю, — Тео отдёрнул руку. Драко знал, как сильно тот ненавидел, когда его поучали.
— Нормально? — Гермиона нервно хохотнула. — Именно поэтому у тебя ничего не выходит!
Нотт окинул её раздражённым взглядом и провел кончикам языка по нижней губе, словно едва сдерживался, чтобы не выдать какую-нибудь гадость.
— Ничего не говори, просто снимай трусы и садись Драко на лицо, — он сделал вид, что расстёгивает ремень, и, судя по изумлённым глазам, Гермиона ему даже поверила. — Рот только пошире открой, надоели твои зубы.
Грейнджер обернулась на Малфоя, скользнула взглядом куда-то за его спину, и её большие глаза стали ещё больше и круглее.
— Он пошутил, мы не спим вместе, — быстро протараторила Золотая девочка.
Драко тоже обернулся и увидел кучку испуганных маглов в поварских колпаках. Пятеро застывших в немой панике женщин и двое мужчин с топориками для разделки мяса в руках. Он направил на них палочку — лишь бы не выкинули какую-нибудь глупость.
— Им плевать, они под Империусом.
Один магл двинулся в их сторону, и Малфой быстро оглушил его, за что заработал неодобрительный взгляд Гермионы.
— Боже, их надо вывести отсюда.
В дверь что-то грохнуло, и металл выгнулся от силы заклинания. Грейнджер, видимо, вспомнила, что хотела запечатать её, и вновь принялась выводить верный магический пас, а Драко подумал, что ни одна защита не простоит слишком долго, когда дверь начнут выламывать с десяток антониновцев.
— Грега бы сюда, — хмыкнул Тео, наблюдая, как Грейнджер спешно накладывает запирающее. У неё дрожали руки, отчего заклинание никак не получалось. Видимо, змеёныш ловил какое-то своё удовольствие от того, что у всезнающей заучки тоже ничего путного не выходило. — Он бы нас тут так законсервировал, что ядерный взрыв бы пережили.
— Не, для ядерного он слабоват.
Угрожая маглам палочкой, Драко обошёл маленькое помещение. Вариантов выйти из кухни, пока авроры не утихомирят всех тёмных волшебников в «Изнанке», у них не было. Обычная комнатушка, покрытая стальными листами, и дверь кладовки. Вентиляционная шахта оказалась слишком узкой, а так как весь бар находился глубоко под землёй, то никаких окон не имелось.
 
— Эх, не веришь ты в нашего Грегори, а зря, — Тео тоже перестал стоять без дела и начал подтаскивать тяжелый металлический стол ко входу, чтобы забаррикадироваться.
Гермиона тем временем уже разобралась с запечатывающей магией и даже отправила повторный Патронус в аврорат. В дверь снова что-то прилетело, и сталь накалилась до красна — хоть стейки на ней жарь. Испуганные маглы заорали, и Драко наложил на них Силенцио.
— Нам надо уходить, — Гермиона нервно заходила из угла в угол. — Угроза гражданским маглам, наверху школа, авроры прибудут за считанные минуты. Нужно выбраться на поверхность и аппарировать, пока не повесили купол. Арестуют всех присутствующих и вас в том числе.
Драко задумчиво перевёл взгляд с Грейнджер на Нотта. Тео продолжал бесполезно толкать стол, а Гермиона — так же бесцельно бродить из угла в угол, как загнанный зверь. Они не знали о его помиловании, но если авроры обнаружат здесь Теодора, осуждённого и сосланного, то он без лишних слов окажется в Азкабане. Драко сомневался, что тот выдержит заключение в узкой тёмной комнате. Его нельзя было оставлять надолго наедине с самим собой. А без навыка окклюменции авроры могли узнать много такого о Грейнджер, чего бы им знать не стоило. Кажется, вариант был только один.
Малфой поймал свою девочку и обхватил её за щёки.
— Послушай меня, — Грейнджер сфокусировала на нём испуганный взгляд. — Трансфигурируй мантию в свою форму. Начнётся задержание, выводи Тео как преступника на улицу. Если будешь выводить двоих, то это покажется слишком подозрительным. С улицы сможете уйти, со своими сама разберёшься. Я прикрою и отвлеку внимание на себя, если нужно будет.
— Драко…
— Успокойся, я ничем не рискую. Я же легилимент, помнишь? Знаешь, что умеют сильные легилименты?
— Хорошо врать? — с какой-то детской надеждой в голосе спросила она. Кажется, девочка верила, что он может их вывести отсюда.
— И это тоже, — Драко погладил большим пальцем её подбородок. — Сильные легилименты умеют внушать иллюзии и отводить глаза.
Малфой врал. Конечно же, он этого делать не умел, но последнее, что ему нужно было, чтобы Гермиона включила Гриффиндор и попыталась спасти их всех. Но он же был сильным легилиментом, и он действительно хорошо врал.
Драко натянул на голову Тео капюшон. Тот печально ему улыбнулся — этого так легко не проведёшь.
— Решил сменить галстук на красно-золотой?
Малфой постучал пальцем по перстню, намекая, что если будет жарко, то выкрутится через Люциуса. Какой счёт выставит ему за это отец, думать не хотелось. Со всем разберётся по порядку.
— Не сдохни, — Тео похлопал его по плечу.
— Ты это себе скажи. Просто доберись с ней до дома, ладно?
Сквозь щель под дверью начал вползать густой белый дым, потом замигало и погасло электричество, а следом раздалось:
— Палочки на пол, всем руки вверх и к стене!
Вот и всё. Драко прижался ко лбу Грейнджер и обнял её. Тео придвинулся к ним и положил руки на их плечи, обнимая сразу обоих. Плевать, что думали маглы в этот момент. Малфою нужна была лишь пара секунд. Он чувствовал кожей краешек губ Гермионы и дыхание Тео с ебучим ментоловым запахом его сигарет. Он приоткрыл рот, словно дементор, пытаясь вобрать воздух, которыми они дышали все вместе. Собрать и сохранить их в себе навсегда.
Это длилось пару секунд. Потом Малфой подтолкнул Грейнджер.
— Иди, встретимся дома.
***
Драко сидел в наручниках и медленно отходил от парализующего заклинания. Он торчал в этой комнате для допроса уже четыре часа. Кончики пальцев на руках и ногах щипало, кололо и скручивало, как после мороза, а с мышц постепенно сходило одеревенение. Снова.