Мы все умрём. Но это не точно (СИ)

Теодор тоскливо проводил взглядом капли дождя на стекле — вот она, свобода, рядом, можно даже протянуть руку и дотронуться.
Да пошли они все!
Нотт подхватил кота и, не сказав никому ни слова, вышел из квартиры. Он больше не мог находиться рядом с ними. С ними было слишком тесно и душно. Предопределено.
Но, кажется, именно это стало первой его ошибкой. Однозначно не стоило брать кота с собой…
Нотт отбежал от стены, спрятавшись за деревом, и выглянул из своего укрытия — антониновцы скучковались вокруг облезлого куста и, кажется, решили применить поисковые чары. Долго же до них доходило. Кто-то что-то чертил посохом на земле, кто-то листал страницы в записной книжке, но учителя видно не было. Похоже, долоховцы самостоятельно решили прибегнуть к редкой магии, возможно, даже той, что поможет определить местоположение Тео. К несчастью, он оставил им много биоматериала, пока пробегал сквозь колючие кусты. Похоже, дышать этим бренным воздухом оставалось считанные минуты…
Прощай, мальчик Теодор, ты жил мало, но неплохо.
Он задержал дыхание в надежде продлить себе жизнь.
Да, определённо: это Дохлик был во всём виноват.
Не стоило выходить из квартиры, не стоило садиться покурить на лестнице и тем более не стоило брать с собой этого ебучего кота. Дохлик оказался неуёмным животным, которое не могло усидеть на месте. Нотт только поджёг сигарету, как кот рванул вниз по ступенькам и скрылся в темноте подъезда. На животное было плевать, но стоило только представить, каким взглядом на него посмотрела бы Грейнджер, если бы он сказал, что потерял их кота в первый же вечер… А ещё хуже — широкую, зубастую улыбку Драко и его снисходительно-мерзкий голосок: «Ты опять что-то потерял, Тео?»
Давать Малфою ещё один повод для самодовольства не хотелось, и Теодор двинулся вслед за котом.
Идиотское животное шустро пробежало по ступеням на первый этаж и скрылось за приоткрытой дверью квартиры магла Бруно. Тео только успел заметить, как пушистая белая задница мелькнула в дверном проёме…
Дверь, словно подгоняемая ветром, протяжно скрипнула и отворилась шире. Нотт нерешительно замер.
Он не раз видел такое в магловских фильмах ужасов: тёмный подъезд с тусклой мигающей лампочкой и скрипучая дверь, которая раскрывается сама по себе. По спине пробежал холодок. Глизень бы пожрал Грега с этим его приобщением к культуре маглов! Когда с детства видел фестралов, когда неоднократно убегал от дементоров и целых три года находился под командованием безносого упыря, то магловские фантазии переставали казаться сказкой…
Тео вытряхнул из рукава палочку, так, на всякий случай. Не от ощущения чего-то тёмного и неизбежного, и не потому что боялся. А просто на случай, если вдруг из темноты на него выпрыгнет Пирамидоголовый.
Старая деревянная дверь вновь проскрипела и отворилась ещё шире. Словно приглашала зайти внутрь.
Теодор по-гриффиндорски храбро шагнул в проём.
В квартире Бруно воняло какими-то сушёными травами, алкогольными настойками и старостью, а под ногами скрипел мелкий мусор. Было темно, но к этому Нотт привык — старик вечно на всём экономил. Он не включал электричество в тёмное время суток, предпочитая свечи. Все предметы в его доме были обёрнуты в хрустящие целлофановые пакетики, и даже ополоснувшись в душе, он потом собирал воду и мыл ею пол…
Тео очень надеялся, что экономия воды не распространялась на настойки Бруно. Ради производства первоклассного пойла Нотт специально раз в неделю спускался к нему и при помощи Агуаменти наполнял целую бочку. Бруно считал, что ему помогает маленький садовый гном, а Теодору нравилась эта роль доброй алкогольной феи, которая прилетает к послушным дедушкам и помогает варить ядрёную бормотуху.
Но сейчас даже в привычной полутьме квартиры магла ощущалось что-то тёмное и необычное. Липкое, как смола. Казалось, что с каждым шагом Теодор увязал в этом всё больше и больше, и идти становилось всё сложнее и сложнее.
Тео медленно брёл по коридору, прислушиваясь. Обычно старик горланил песни под гармошку, но сейчас из комнаты доносился монотонный бубнёж, словно кто-то читал молитвы. И от этого бормотания очень хотелось домой к папе. Как бы рассмеялся старший Нотт, если бы сын аппарировал к нему и пожаловался на страшного магла с первого этажа…
 
Нет, Теодор ничего не боялся.
— Бруно? — тихо позвал он.
Из-за угла, как чёрт из табакерки, резко выпрыгнул старик. Жидкие седые волосы были взъерошены, словно от удара током, а пушистый, но уже весьма облезлый халат, распахнувшись, выставил напоказ пёстрые кальсоны.
— А, Феодор, это ты? Заходи, заходи, — Бруно запахнул халат и прошаркал в глубь комнаты.
Тео вздохнул, но возражать насчёт имени не стал. Феодор звучало лучше, чем прошлое — Рапидор.
— Ты кота здесь не видел? — Нотт прошёл в захламлённую гостиную магла и огляделся.
Старик тащил в дом всё подряд — сломанные телевизоры, пустые коробки, железки, медные проволоки, камни, и прочее, что даже безумный волшебник счёл бы мусором, но для магла это было величайшими сокровищами. Дом напоминал свалку, и если Дохлик спрятался где-то здесь, то наверняка заблудится и сдохнет от голода через пару дней.
— Кота? — старик встрепенулся, словно ворона на ветке, и с неприязнью обернулся. — Нет, никакого кота здесь нет. Повелитель говорит, что котов не любит.
Повелитель?
Тео почти не удивился. То, что магл поехал крышей, было ясно давно. Но раньше старик ни с кем не разговаривал, кроме своих ангелов. Тео даже знал их по именам: Исфераил приходил к деду во сне и давал вполне приличные советы — заваривай чайный пакетик трижды, покупай хлеб за час до закрытия булочной… Насфаниил любил ходить в театры и гонял Бруно по спектаклям, а Караваил был тайно влюблён в соседскую бабушку и всё время уговаривал старика подарить ей цветы. Но Повелитель — определённо что-то новенькое.
— Акцио, кот! — Теодор незаметно двинул палочкой за спиной у Бруно.
Где-то что-то мяукнуло, и из коробки вылетел толстый рыжий котяра. Кот, да не тот. Животное испуганно сверкнуло жёлтыми глазами и снова скрылось где-то в недрах свалки. Видимо, заклинание стоило сформулировать поточнее. Тео задумался, как обозвать его собственное облезлое нечто, чтобы не выгребать всех кошек в этой квартире. Было даже страшно представить, что вылетит из свалки на призыв «Дохлик». Нотт задумчиво постучал палочкой по губам, и по инерции спросил:
— Повелитель?
— Агась, — Бруно воздел костлявый палец к потолку и таинственно прошептал: — Голос.
— Что за голос, Бруно?
И это стало второй ошибкой. Гребаное любопытство. Ну завёлся новый голос у деда, ну свалил Дохлик к маглу, ну и хрен с ними со всеми. Зачем только Теодору понадобилось лезть и задавать глупые вопросы?..
Дед как-то резво подскочил к нему и встряхнул за грудки. Толстовка даже треснула, а рана в боку вновь заболела. Тео попытался вывернуться, но тот вцепился в него мёртвой хваткой.
— От тебя прямо веет негативом. Третьим глазом чувствую, — магл был возбуждён, глаза лихорадочно блестели, и он даже немного плевался под конец фразы. — Небось подселенцев нахватал где-нибудь, и они теперь сосут твою энергию.
— Что? — Теодор вытер щёку и недоумённо вгляделся в лицо старика. Тот выглядел слишком странно. Он схватил Нотта жёсткими пальцами за челюсть и заглянул в глаза. Взглядом мутным и таинственным.
— Агась, штук пять не меньше, по всем чакрам. Вот тут, — Бруно больно ткнул длинным пальцем в солнечное сплетение. — И тут, — снова тычок.
От третьего Тео увернулся и отступил на безопасное расстояние. Магл осенил его крестным знамением, и от движения костлявой руки из ворота халата на секунду выпал амулет Долохова. Блеснул кровавыми рубинами в отсвете свечей и вновь исчез за краем засаленной ткани.
Нотт замер.
Крестраж Антонина?
Ну конечно. Драко выкинул его в окно, а Бруно всегда тащит мусор в дом. Это же было как дважды два. Они могли и раньше об этом подумать. Наверняка именно из-за крестража и дала трещину магическая защита дома. Поэтому ученики Антонина смогли увидеть окна квартиры магла…