Мы все умрём. Но это не точно (СИ)

Ормунд, кажется, перестал слушать и как загипнотизированный следил за её движениями.
— Это незаконно, — машинально ответил он, но глаз от её груди не отвёл.
— Я быстро и очень тихо, — Гермиона глубоко вздохнула и прошептала новый довод: — Помнишь, ты звал меня на ужин? Может быть, мы сможем сходить куда-нибудь после?
Транспортник поднял глаза и неверяще посмотрел ей в лицо. Она постаралась собрать всё своё самообладание в кулак и дрогнула уголками губ в попытке изобразить улыбку Тео. У него всегда хорошо получалось выглядеть невинно, даже когда он буквально сидел на доказательствах своей вины. И, кажется, это сработало. Ормунд поколебался и нахмурился.
— Ты приглашаешь меня на свидание?
Видимо, решил брать взрывопотама за рог, засранец, чтоб не отвертелась потом.
— Да, — тихо выдохнула Грейнджер, подумав, что это просто ужин и ничего такого. Они просто поедят пиццу и уйдут, от неё же не убудет. Главное, чтобы Драко и Тео об этом не узнали.
Ормунд взъерошил волосы и радостно улыбнулся:
— Хорошо. Давай адрес и подходи к сломанному камину в конце коридора через полчаса. Я включу его на пять минут.
Через указанное время они втроём стояли перед озадаченным транспортником. С полным комплектом зелий и амулетов на перевязях. Ну, она же не говорила, что будет доставлять свиток одна.
— Вас трое? — недоверчиво нахмурился Ормунд, вновь и вновь перебегая глазами от Невилла к Кормаку.
— Письмо тяжёлое, — невинно кивнула Гермиона и, не дожидаясь возражений, быстро взяла порох и шагнула в камин.
— В пятницу, в семь, — услышала она напоследок, прежде чем перенеслась в гостиную Малфой-менора.
— Это было очень тупо, очень, — прошептал Невилл, оглядываясь по сторонам. — А если бы здесь кто-то сидел?
Они все вылезли, отряхнули порох с плеч. Да, это была рискованная затея, но им повезло. Гостиная оказалась абсолютно пуста, и лишь далёкий тусклый свет горел где-то в коридоре.
— Если бы здесь кто-то находился, то мы бы просто сказали, что принесли отчёт, — успокоила его Гермиона.
— Давайте шевелиться, пока нам ещё везёт, — проворчал Кормак.
И остальные молча кивнули. Невилл раздал всем малые поисковые амулеты, украденные из кабинета его наставника. Те должны были потеплеть в руках, когда кто-то из них приблизится к месту, где последний раз колдовал Оливер. Крепкая, надёжная магия. Видимо, Лонгботтом помародёрствовал от души, и что ему за это будет, если пропажа артефактов вскроется, представлять не хотелось. Хотя они все знали, на какой риск шли.
— Разделимся, — Нев негласно принял командование на себя. — Каждый берёт одно направление. Если вас заметили, используйте эвакуационный портключ. Не ищем друг друга, не ввязываемся в стычки, просто сбегаем. Контрольная связь в девять часов через патронуса, — бросил он напоследок и, накинув на себя дезиллюминационные чары, двинулся в свою сторону.
Они действовали чётко и слаженно, как на задании. Время для разговоров кончилось. Гермиона тоже наколдовала на себя маскировочные чары. Конечно, это не мантия-невидимка, но так всё равно было сложнее заметить фигуру в пространстве, особенно если вокруг темно. Она шла, крепко зажав холодный амулет в руке, держалась коридора и заглядывала в отдельные комнаты.
Вокруг было пусто и безлюдно, только горели редкие канделябры на стенах, словно хозяин экономил на свечках. Она сомневалась, что состояние Люциуса близится к банкротству, поэтому запущенный вид поместья вызывал иррациональный страх. Как человек, настолько следящий за своим видом, может быть так безразличен к месту, где он живёт? Где-то вдалеке гремела посуда, и слышался треск аппарации эльфов. И всё равно Малфой-менор выглядел пугающе опустевшим, казался обескровленным мертвецом, что лежит и потихоньку гниёт. Пустой, заброшенный замок.
Грейнджер почти дошла до конца тёмного коридора и услышала приглушённые голоса. Ей бы следовало сразу же уйти, но вдруг до неё донеслось тихое «диадема», и она остановилась, вновь прислушиваясь.
— Диадема у Антонина. Вся власть у Антонина… — чей-то истеричный голос возмущался и срывался в тенор на гласных звуках.
 
Грейнджер подошла ближе и аккуратно заглянула в дверной проём. На первый взгляд в комнате присутствовали двое. Люциус Малфой сидел за дубовым столом в своём кабинете, а напротив него, к её огромному удивлению, восседал в мягком кресле Смитерс — глава аврората. Он спокойно попивал чаёк из фарфоровой кружки и болтал ногой в воздухе. Гермиона даже не поверила своим глазам и высунулась ещё немного, чтобы рассмотреть получше, но случайно заметила третьего присутствующего. Пожиратель смерти в маске стоял в углу и почти слился с тенью. Он не шевелился, не говорил, и лишь палочка в его руке была направлена куда-то в область стола. То ли на Смитерса, то ли на Малфоя.
Люциус встал, нервно заходил из угла в угол, и Гермиона затаила дыхание. Она так и знала, что Малфой-старший не отошёл от своих пожирательских дел! Она знала! Теперь стало понятно, почему Драко так ненавидел любые упоминания об отце. Он наверняка тоже был в курсе и не хотел иметь с ним ничего общего!
Гермионе внезапно стало страшно. Пугало то, каким влиянием обладал Люциус в Министерстве, и то, как он упорно шёл к должности нового Министра магии. Люциус планомерно заручался поддержкой советников, и сложно было сказать, кто именно состоял в числе его сторонников. Что мог глава аврората забыть в Малфой-меноре? Где Оливер? Причём здесь диадема? Неужели Люциус тоже охотился за крестражем Лорда?
Ублюдок в маске что-то тихо пробубнил, и Гермиона слегка подалась вперёд, чтобы лучше слышать.
— Твоя задача не задавать вопросы, а делать, что тебе говорят.
Внезапно Пожиратель смерти резко повернул голову, и его маска безошибочно уставилась в её сторону. У неё по спине пробежал холодок, и возникло ощущение, что он точно знал, кто здесь находится под дезиллюминационными чарами.
Она попятилась по коридору, но не успела отойти далеко — Пожиратель смерти вышел из кабинета вслед за ней. Гермиона отступала медленно, как если бы столкнулась на одной улице с бешеным псом. Она старалась не показать ему свой страх и не припустить со всех ног. Просто отойти подальше и эвакуироваться.
Пожиратель шагнул вперёд, сокращая расстояние, и медленно поднёс палочку к своей маске. Он три раза постучал древком по поверхности. Глухой стук в мрачной тишине дома. Металл замерцал и в следующую секунду трансфигурировался в очень знакомый образ.
Серебро и зелёная патина.
Он не умер?! В ушах зашумело, и ноги резко стали ватными. Ей показалось, что она спит и видит свой очередной кошмар. Грейнджер до боли впилась ногтями в свою ладонь, но не проснулась.
Это не сон.
— Беги, — его шёпот был глух, как хрип умирающего, и подобен ветру.
Она развернулась на пятках и побежала. Сердце колотилось, в ушах шумело, по спине тёк холодный пот, а в мыслях был лишь один образ: их уютная старая квартирка и Драко с Тео в одной кровати. Когда страшно, хочется прижаться к кому-то родному, услышать размеренное сердцебиение и почувствовать семейное тепло. Ей хотелось к мальчикам. Просто прислониться к груди Драко и ощутить на своих плечах руки Тео. Она слышала медленные шаги у себя за спиной. Ублюдок не торопился, как и всегда. Она уже знала его привычки — отпустить и поиграть. Эхо его шагов слышалось загробным маршем в стенах тесного коридора. Ей казалось, что она заперта здесь и не вырвется. Это клетка. Менор станет её погибелью. Почему этот ублюдок всё ещё жив? Причастен ли он как-то к пожару в её квартире? Конечно, это сделал он! Серебро и зелёная патина всё ещё охотится за ней! Она его не победит… не убежит… Гермиона выскочила в гостиную, спряталась за угол и активировала портключ.
Она вывалилась из портала прямо на пол рядом со своим рабочим столом. Сердце стучало в груди, и ей никак не удавалось вдохнуть, словно тело раздулось и ушло на дно. Даже казалось, что её лёгкие были полны холодной воды, а пальцы окоченели как у мертвеца. Белый котёнок Оливера прыгнул ей на грудь, и она обняла его рукой. Смогла выдохнуть, снова вдохнула. Тепло крошечного, беззащитного создания дало ей силы дышать.