Мы все умрём. Но это не точно (СИ)

— Зачем ты вечно лезешь вперёд, придурок? — процедил он сквозь зубы. — И с чего ты решил, что можешь говорить за нас всех?
На последнем слове Нотт вновь прижал лезвие к шее и слегка надавил у самой гортани. Драко провёл кончиком языка по нижней губе и приподнял брови. Гадёныш смотрел на него так, словно бросал вызов. Ну, давай, нажми ещё посильнее. Порежь. Теодор обхватил его подбородок пальцами и наклонил голову вбок. Вновь острое лезвие проскользило по тонкой белой коже, собирая остатки мыльной пены. Со стороны Гермионы наверняка казалось, что он просто помогал другу.
Уголки губ Драко растянулись в поганой усмешке. Хотелось поставить гадёныша на место и хорошенько наказать. Царапнуть бритвой посильнее или стукнуть лбом о раковину? Нотт осторожно взглянул в зеркало на Грейнджер, проверяя, сможет ли он действовать незаметно для неё, и поймал её странный нечитаемый взгляд. Что-то в этом взгляде было не так.
— Да продолжите уже, не стесняйтесь, — Гермиона произнесла эту фразу с каким-то томным придыханием.
Тео замер, не совсем поняв, что Цветочек имела в виду. Он выпрямился и вопросительно взглянул на Драко. Тот тоже пожал плечами. Напряжение между ними лопнуло и рассеялось в воздухе, словно и не было. Что на них нашло? Правда, шептались на ушко, как подружки, и чуть не поубивали друг друга.
— Готово, — Нотт звонко шлёпнул по гладковыбритой щеке Малфоя и сполоснул руки в раковине. — С вас двести галлеонов.
— Запиши на мой счёт.
— Вы выглядели так, как будто вот-вот поцелуетесь… — тихо произнесла Гермиона и подняла невинный взгляд в потолок, словно молилась.
— Что? — переспросил Нотт и тоже взглянул вверх.
Это ей небеса сейчас нашептали или магловский боженька насоветовал?
Теодору захотелось найти наверху того умника, который внушил ей такие дурные идеи.
— Может, вам стоило бы попробовать?
Грейнджер перевела взгляд на Тео, и стало абсолютно ясно, что их девочка говорила серьёзно. Захотелось рассмеяться от абсурдности этой мысли, но Теодор здраво рассудил, что улыбаться тут бессмысленно. Лучше сразу расставить точки над «и». Он строго взглянул ей в глаза и коротко отрезал:
— Нет.
— Это не честно! Вы от меня требуете… всякого. А сами?
— Какое «честно», Грейнджер? — тут же вспыхнул Малфой.
— Я не шучу. Почему бы вам не попробовать? — медленно, едва ли не по буквам произнесла она, с упрямством глядя Драко в глаза. Видимо, решив, что из них двоих именно он самый неприступный бастион.
— Мы взаимодействуем только с тобой, — так же медленно, словно неразумному ребёнку, разъяснил Малфой.
Нотт прислонился к стене, с любопытством наблюдая за ними. Он всегда любил наблюдать, как они спорят. Чем сильнее они разозлятся, тем яростнее их всех ждёт секс в конце.
— В прошлый раз ты прикоснулся к нему.
Тео поправил член в штанах.
И побыстрее бы. Медленно как-то разгоняются.
Малфой внезапно открыл рот, закрыл и покраснел. Как выброшенная рыба на сушу. Вспомнил. Натурально так покраснел, а потом так же резко побледнел, и Тео подумал, что ещё ни разу не видел у него такой реакции. Ну, подумаешь, прижался носом к его шее во время оргазма. В рейдах они и более близко соприкасались друг с другом. Хотя, конечно, ни у кого в тот момент член не стоял… Но в чём трагедия?
— Случайно! — голос Малфоя выдал тонкую ноту.
Теодор прыснул в кулак от смеха, чем заслужил ненавидящий взгляд от Драко. Блондиночке было неловко. Кто бы мог подумать. Гермиона разочарованно выдохнула и развернулась в сторону Нотта, вопросительно вскинув брови.
— Как насчёт тебя?
Он только покачал головой:
— Я пас. Пробовал, не понравилось.
Уточнять, что в той ситуации с Амикусом его никто особенно и не спрашивал, он не стал. А зря. Эффект от его заявления получился противоположный. Вместо того, чтобы расстроиться и отступить, она неожиданно взбодрилась. В её глазах словно из пепла воскрес феникс. Блядский такой феникс размером с жирную индейку.
— Но пробовал же!
— Я много что пробовал, чего повторять не хочется, — мрачно произнёс Нотт.
 
— Давайте заключим сделку?
Глаза Драко снова расширились.
— Нет!
Теодор перевёл взгляд с Гермионы на Малфоя. Малыш нервничал. Уголки губ Нотта едва дёрнулись в лёгкой улыбке.
— Какая твоя ставка? — Он слегка наклонил голову вбок и глумливо прицокнул языком. — Ты предлагаешь мне практически изнасиловать его, — снова пауза и чётко выверенная, взвешенная по граммам полуулыбка. — Надругаться над его девственной ротовой полостью. Опорочить всю его чувственную мужественность. Потоптаться своим грязным языком по нетронутой благодетели, забрать последний оплот его невинности…
Он окинул глазами Малфоя, подбирая ещё метафоры. Поток красноречия споткнулся об испуганный взгляд Драко. В его глазах легко читалась паника и немой крик. Тео упёрся языком в щеку и задумчиво приложил указательный палец к губам.
— Это должно быть очень и очень хорошо оплачено.
— Иди к чёрту, — Драко резко вскочил, опрокинув стул, и прижался спиной к стене. Будто бы его и вправду прямо сейчас кто-то собирался насиловать. — Я не стану тебя целовать.
А в голове у Тео внезапно возникла яркая, насильно внедрённая картинка, как кто-то с удивительно знакомыми бледными руками нарезает его вырванный, истекающий кровью язык на поразительно узнаваемой разделочной доске.
Ну да, намёк понял. Легилимент в панике прибег к магии. Ты только что продемонстрировал мне своё слабое место, Драко.
— М-м-м. Принято, — протянул он, глядя Малфою в глаза.
Тот показал вульгарный жест.
Нотт опять цокнул языком. Малыш где-то растерял все свои манеры. Но стоило признать, что даже такая похабщина удавалась ему вполне забавно.
Пока они перекидывались фразами и сжигали друг друга взглядами, Гермиона вылезла из ванны, закуталась в полотенце.
— Знаете что? Я тоже могу, — она подошла к ним и, встав на носки, с нежностью поцеловала Драко. Долго, медленно, тягуче. Теодор видел, как сладко скользят по губам их языки. Грейнджер обняла его лицо ладонями, потёрлась носом о щеку и достаточно громко, чтобы Нотту тоже было слышно, прошептала: — Я хочу увидеть, как ты вот так же целуешь Тео.
Драко приоткрыл рот. Нахмурился и категорично скрестил руки на груди.
— Или развлекайте друг друга без меня, — не дожидаясь их ответа, Гермиона вышла из ванной.
В комнате повисла густая тишина. Нотт, оставшись без поцелуя, нахмурился. Его, видимо, она решила проигнорировать? Драко смотрел на него так, словно пытался убить одним взглядом. Этот чем недоволен? Теодор запустил руку в карман штанов и нащупал кольцо.
— И что это значит? — хрипло спросил Малфой.
Нотт сокрушённо покачал головой. Мерлин, и это ещё спрашивает легилимент? Видимо, совсем кровь в член ушла.
— Это значит, что она решила поиграть.
Драко нахмурился, с сомнением глянул на Нотта. Мерлин, когда дело касалось Грейнджер, он невероятно медленно соображал.
— Она лишила нас секса.
— Я понял, — сквозь зубы процедил Малфой.
Несмотря на свою злобную шипящую интонацию, Драко всё так же стоял, беззащитно прижавшись к стене. Нотт откашлялся, вытащил палочку из заднего кармана штанов и медленно шагнул вперёд, смакуя напряжённый взгляд Драко. Тот вздрогнул и сдвинулся в бок по стене. Тео тоже сделал маленький шажок вбок и по направлению к нему… Малфой ощутимо нервничал. Он серьёзно боялся, что Теодор решит его поцеловать? Видимо, вчера ему совсем мозги повредило.
— Этого никогда не будет, — прошипел Драко.
— Никогда, — легко согласился Нотт.
Древко в руке приятно завибрировало. По нервным окончаниям пробежал колючий, ледяной ток. Кусай, Орешек.
— Петрификус Тоталус!
Драко застыл, парализованный. Тео подошёл и надел на его палец фамильный перстень. В ту же секунду в комнате ярко вспыхнуло белым, и Малфоя неожиданно затянуло порталом. Засосало как в слив. Словно Нагайна проглотила.