Мы все умрём. Но это не точно (СИ)

Как только вспышки рассеялись, Панси бросилась на шею Драко, громко чмокнула его в губы, скользнув язычком в рот, потом развернулась и также звонко поцеловала Тео, а следом крепко обняла Грега.
— Ты где пропадала всё это время? — прорычал Драко, раздражённо вытирая подбородок от мокрого поцелуя. Такое поведение больше напоминало его знакомую Пэнс.
— Долохов, серьёзно? — одновременно с ним прошипел Тео.
Она недовольно надула губы, смахнула со лба пушистую чёлку, и взглянула на них так, словно не пропадала без вести почти целый год.
— Нет, придурки, я должна была отправиться с вами в Азкабан? И потом оказаться в такой же ссылке? Антонин не так уж и плох, как вам кажется. Он многих из нас спрятал… — внезапно Панси нахмурилась, резко вспомнив что-то неприятное, и развернулась к Драко. — Ты вообще что натворил? Я там тоже была, ты мог меня сжечь!
Малфой недовольно скрестил руки на груди, не собираясь ни в чём оправдываться.
— И что всё это значит? — спросил Тео.
Паркинсон пожала плечами и равнодушно взглянула на свой багряно-красный маникюр.
— Это значит, я теперь присматриваю за вами.
— И докладываешь Антонину? — холодно уточнил Нотт, и Драко кивнул, мысленно соглашаясь, что доверять ей не стоило.
— Это значит, мы снова работаем вместе, идиот, — Панси задумчиво постучала пальцем по губам, взглянула на Теодора, перевела взгляд на Грега и тепло ему улыбнулась, — а с тобой я просто дружу, в отличие от этих двух ебланов, — она вновь нахмурилась и тяжело вздохнула. — Но пахать нам всем всё равно придётся. Вы же слышали задание, мальчики? Кто-нибудь вообще помнит, как звали того уродца, которого велел привести Антонин?
— Невилл Лонгботтом, — мрачно проговорил Нотт.
***
Они выслеживали Невилла несколько дней, но он был весьма осторожен.
В десять Лонгботтом всегда забирал почту, не прикасаясь руками к посылкам и письмам, так что фокус с порт-ключом в конверте, которым поймали Оливера Вуда, не сработал бы. Невилл накладывал защитные чары каждый раз, когда покидал пределы охранного купола аврората, и тихо оглушить со спины его не вышло бы. На работу и домой он всегда попадал по каминной сети и было невозможно выяснить его адрес. Они по очереди следили за Невиллом, надеясь, что рано или поздно он хотя бы выдаст, где живёт, но Драко должен был признать — Лонгботтом оказался осторожен, и достать его было сложно.
Хотя они все скорее имитировали активную деятельность перед Паркинсон. Долохов не назвал им сроки, а значит, одно небольшое задание можно было тянуть до последнего. У Драко и без этого хватало проблем. Нужно было попытаться найти амулет Антонина и придумать, как им теперь быть с Грейнджер. Дни шли, а продвижения в этом не было, но больше всего Малфоя беспокоило даже не это.
Амикус Кэрроу следовал за ними, словно родная тень. Мужик совсем крышей поехал. Он ходил в диадеме по улицам, не обращая внимания на косые взгляды других волшебников, держался от них на расстоянии в пару ярдов, не пытаясь атаковать, не заговаривая ни с кем, а просто шагал след в след и смотрел им в спины своими чёрными, как дыры глазами.
Вот и сегодня они все впятером сидели на трибунах аврорского стадиона, стараясь сойти за обычных прохожих, которые просто проводили обеденный перерыв вместе. Падал мягкий, пушистый снег, из-за согревающих чар скамейки казались по-летнему тёплыми. Внизу на поле тренировались стажёры, и было даже забавно наблюдать, как авроры нагружают всё новыми и новыми задачами этот жалкий сброд. Объект их слежки тоже достаточно бодро носился по дорожке с препятствиями и никаких шансов подобраться к нему ближе не было — защитный купол окружал всё пространство поля и не пропускал незнакомцев. Грег с видом знатока сказал, что это были очень хорошие чары и сломать он их не сможет, а на самом деле он даже не пытался этого сделать. О чём, конечно же, Паркинсон не догадывалась.
Поэтому они просто сидели и наблюдали, как гоняли по полю стажёров, от скуки делая ставки, словно на ипподроме. Тео нацепил на себя тёплую кепку с козырьком, чтобы прикрыть лицо, Драко спрятал волосы под чёрной шапкой и шарфом, а Грегори плотно завязал на себе капюшон дутой куртки. Обычные люди, которые собрались на обеденный перерыв. Одна Паркинсон не утруждала себя маскировкой. Она сидела в пожирательской мантии, с ярко накрашенными красными губами и выделялась на их фоне, как капля чернил на белом листе.
 
Она и ещё Кэрроу в диадеме, пристроившийся неподалёку.
Грег принёс им горячий кофе в пластиковых стаканчиках. Раздал каждому и жестом предложил Амикусу. Тот покачал головой, и лишь камешек диадемы блеснул в солнечном свете, изящно качнувшись.
Крестраж Лорда буквально звенел от тёмной магии. Казалось, что он накрывает серой вуалью всё в радиусе ярда. Только Кэрроу этого будто не замечал. Он сидел на скамье, сложив руки на коленях, подобно примерному ученику, и не сводил глаз с Теодора. Снег вокруг него растаял и превратился в грязную лужу с примесью крови, перьёв и кусочков мяса. Попадающие в поле диадемы голуби внезапно впадали в ярость и устраивали птичьи гладиаторские бои прямо у его ног и сейчас рядом с Кэрроу оставалось всего две выжившие птицы, которые старательно пытались выклевать друг другу глаза.
— Никого не смущает, что он в короне ходит? — тихо прошептал Грег, с подозрением косясь в сторону Кэрроу.
— Подходит под цвет его глаз, — Панси равнодушно пожала плечами и отпила кофе. — Говорят, она принадлежала его сестре.
Сама Паркинсон всё это время не сводила глаз с Лонгботтома. Аврор ловко перепрыгивал преграды и даже обогнал Маклаггена, на которого поставил десять галлеонов Драко.
— Этот урод ещё с моей палочкой таскается, — Тео кинул досадливый взгляд в сторону Амикуса и повертел в руках дымящийся стаканчик.
При упоминании о палочке настроение Малфоя упало ниже нуля. Своей, сломанной отцом, он замены пока не нашёл.
— Так иди и забери, вы ж теперь родственники. Заодно спроси, чего он хочет, — буркнул Драко, с тоской прокручивая в пальцах свою уродски-белого цвета, непонятно из какого дерева сделанную. Палочка, словно зубастая собака, постоянно норовила его укусить из-за любого тёмного заклинания, и Драко каждый раз клялся её сменить, но Панси висела у них над душой целыми днями, командуя и заставляя ловить этого Лонгботтома.
— Кишки твои на вертеле он хочет. Выжидает, урод. Дождётся, когда мы все привыкнем к его присутствию, и атакует. А диадема как приманка, — проворчал Тео, доставая из пачки сигарету, задумчиво повертел её в руках и громко крикнул: — Эй, Амикус, огонька не найдётся?
Драко закатил глаза. Нотт не упускал ни единого случая задеть Кэрроу. Как у этого сумасшедшего мужика ещё нервы не сдали, он не знал, потому что ему самому уже хотелось придушить кудрявого и заставить хоть ненадолго умолкнуть.
— Сестра велела тебе бросить курить, — абсолютно спокойно отозвался Кэрроу.
Тео, издеваясь, послал воздушный поцелуй Амикусу, и тот, поймав его в ладонь, прижал к сердцу. То ли насмехаясь в ответ, то ли серьёзно. Малфой засунул руку в карман, нащупав пальцами бутылёк с Оборотным, и вытянул ноги в высоких ботинках, задумчиво глядя на краешки гриффиндорски красных носков. Там, под тяжёлыми ботинками из чёрной кожи был скрыт весёлый узор с нежными цветочками. К счастью, их Грейнджер тоже была скрыта от чужих глаз и в безопасности. Злая, разъярённая — наверняка, но Драко всё больше склонялся к мысли, предложенной Тео: запереть её там, пока всё не кончится.
— Лонгботтом подрос, — протянула Панси, задумчиво отпивая кофе и слизывая капельки с красных губ. — Я видела, как он отрубил голову Нагайне, это было впечатляюще.
— Да какая разница, он уже труп, — раздражённо бросил Тео, подкуривая сигарету и напряженно косясь в сторону Кэрроу. Хоть он и пытался не показывать виду, но было заметно, насколько сильно нервировал его Амикус. — Твой любимый учитель смешает коктейль из его крови и того квиддичного капитана.