Мы все умрём. Но это не точно (СИ)

— Иди, помоги ему, — член Тео выскользнул из неё, и он слегка отстранился, предоставляя ей возможность устроиться поудобнее у Малфоя между ног.
Грейнджер нерешительно замерла. Ощутить их вдвоём? Она кинула полный сомнений взгляд через плечо на Теодора, и ей стали видны его вздёрнутые уголки губ — этому до сих пор весело. Останавливаться всё равно смысла не было, но понравится ли ей? Недовольно поджав губы, Гермиона вновь повернулась к Драко. Малфой, не отрывая от неё глаз, продолжал скользить кулаком вдоль толстого члена. Его футболка задралась, обнажив плоский живот с тонкой полоской светлых волос, сменявших свой цвёт на более тёмный в паху. Она замерла, разглядывая, как блестят в свете боковых ламп крохотные капельки пота и как сильно напряжены его мышцы. Он действительно едва сдерживался. Тут же захотелось провести по его гладкому животу пальцем и ощутить Драко на вкус, проверить, так ли велико его самообладание, насколько этот заносчивый тип пытается всем показать. Сможет ли он потерять контроль из-за неё?
Может, это будет даже интересно?
Гермиона встала на четвереньки, разглядывая Малфоя вблизи. Темные, жесткие волоски у основания члена, крупная, плотная головка, блестящая от его слюны и сочившейся смазки. От Драко приятно пахло чистотой и свежестью геля для душа. Она нерешительно высунула кончик языка, осторожно очертив головку по шелковистому краю, и мягко вобрала её в рот. Малфой жадно втянул воздух, осторожно сжав пальцами волосы на затылке.
— Грейнджер, проведи языком по всей длине, ему понравится, — тёплые ладони Тео вновь легли на её бёдра, заставляя развести ноги шире, и она вновь почувствовала давление его члена на промежность.
И от этого двоякого ощущения её бросило в жар. Вязкое, липкое возбуждение растеклось по всему телу, обостряя чувствительность в каждой клеточке тела. Гермиона выпустила головку Драко изо рта и нежно, с наслаждением провела широким языком по гладкому, напряжённому стволу. Малфой сжал руку в кулак и еле слышно простонал.
Она довольно усмехнулась — не сдержится.
Ей нравился его вкус, ей нравилось его тело, ей нравилась его реакция на неё. Нотт тут же толкнулся в неё, и Гермиона судорожно заглотила воздух ртом. Она терялась в ощущениях. Плотно чувствовать одного в себе и при этом ласкать языком член другого — это было немыслимо. Это было так порочно, так грязно, так запретно… Тёмная, густая похоть нарастала глубоко внутри неё новыми волнами. Хотелось ещё и сильнее.
Гермиона смелее обхватила губами, в полной мере ощутив солоноватый, горький вкус, и краем мысли подумала, что надо запретить им курить. Она постаралась вобрать его член в рот полностью. Головка скользила по нёбу и упиралась во внутреннюю стенку щеки, но вместить его целиком так и не получалось.
Малфой взял её ладонь и положил на основание, показывая, как правильно надо двигать рукой. Она ощущала под своими пальцами крупные выпирающие венки и тонкую, нежную кожу Драко.
Тео качнулся ещё раз, и Гермиона непроизвольно застонала, почувствовав в полной мере его член внутри себя и его умелые пальцы на своём клиторе. Ей захотелось качнуться назад, отдаваясь своим ощущениям с Ноттом полностью.
— Не отвлекайся, — Драко мягко нажал ей на затылок. Но как здесь можно сосредоточиться? Она подняла глаза, внимательно наблюдая за его реакций, провела кончиком языка по маленькой дырочке на головке, и Малфой тихо выругался, закусив губу. Грейнджер повторила это движение, за что заслужила томный вздох и протяжное: — У-у-умница.
Тео тут же сжал её бёдра и резко, глубоко толкнулся, заставляя простонать. Он, похоже, не одобрял, когда Гермиона уделяла слишком много внимания Малфою.
Ей же казалось, что она сейчас задохнётся и потеряет сознание от количества ощущений. Мысли разбегались, растекались по нервным окончаниям, как искры бенгальского огня. Ей было просто сложно сосредоточиться на ком-то одном. Драко гладил волосы, и она чувствовала вкус предэякулята, приятную тяжесть его члена на своём языке. Тео, переставший её щадить, двигался резко, с силой, так, что ей было трудно сохранять равновесие. Это всё было настолько безумно, словно прыгнуть с разбега в бездну. Они все вместе падали, падали, падали, и хотелось упасть ещё ниже. Она выгнулась сильнее, подстраиваясь под движения обоих.
 
— Втяни щёки, он так никогда не кончит, — ладонь Теодора опустилась на затылок, заставляя насадится ртом на член Драко ещё глубже. — Разберись с ним быстренько, и я покажу ещё одну интересную позу…
— Может, ты заткнёшься? — простонал Малфой, и Гермиона раздражённо подумала, что надо бы обоих чем-то заткнуть, потому что ей уже надоели эти споры.
— А ты попробуй… Драко, хуев Люциус, Малфой, — имя «Люциус» Теодор произнёс с нескрываемой издёвкой.
И тут же Драко отстранился, его член выскользнул изо рта, и Гермиона растерянно подняла на него глаза. Малфой, не обращая на неё внимание, вытянул руку и сжал Теодора за горло.
— Я говорил тебе не называть меня так, — и вот тут Гермиона первый раз в жизни совсем ничего не поняла.
Тео теснее прижал её тело к себе, его толчки стали совсем хаотичными. Драко крепче прижался грудью, мешая ей отстраниться и сильнее сжимая Нотта за горло. Они буквально зажали её между собой: один сзади, другой спереди, стоя втроём на коленях. Она беспомощно упираясь руками в грудь Малфоя, но сдвинуть эту скалу ни на дюйм не могла. Теодор продолжал двигаться в ней, а влажный член Драко упирался в живот.
У Гермионы не получалось взглянуть в лицо Тео, но она видела, насколько напряжены мышцы на руке Драко, и чувствовала, как Нотт сильнее твердеет внутри неё. Рука Малфоя дрожала от напряжения, он сжимал шею Теодора так, словно хотел её переломать. Гермиона с ужасом подумала, что сейчас он его убьёт. И действительно Теодор внезапно захрипел, навалился всем телом, так что ей пришлось обхватить Драко за плечи. Нотт задвигался, звонко шлёпая бёдрами о её ягодицы, и она неожиданно для себя ощутила, как по внутренней стороне бедра растекается тёплая влага.
Вот теперь определённо это был самый странный секс в её жизни. Гермиона тяжело вздохнула, глядя в глаза Драко, будто бы он мог ей объяснить, что сейчас произошло. Теодор перенёс вес на ноги, и ей стало легче дышать.
— Что ты за извращенец такой, Нотт? — Драко брезгливо скривился, разглядывая лицо друга. Тот беззаботно рассмеялся и улёгся на пол.
Гермиона села на саднящие, стёртые колени, в шоке разглядывая их обоих и просто не зная, что сказать. Её взгляд блуждал по расслабленному Тео, который потянулся за сигаретами и закурил, затем вернулся на разозлённого Драко, и в ту же секунду, оценив степень раздражения Малфоя, она решила скрыться от этих двух психов в ванной и не выходить оттуда до самого воскрешения Лорда.
— Стоять, — только она подалась вперёд, как Драко ловко подхватил её за талию, приподнял и вновь поставил на четвереньки, прижав грудью к животу Тео.
Грейнджер хотела сдвинуться в сторону, но замерла, когда почувствовала, как вытекает собственная смазка вперемешку с тёплой спермой Нотта. Её щеки вмиг вспыхнули огнём. Так неловко ей ещё ни разу не было! Наверняка стоило сходить в душ, прежде чем они с Драко продолжили бы, но Малфой не отстранился, а наоборот заставил развести бёдра шире. Она почувствовала, как его пальцы раскрывают половые губы и мягко дразнят клитор. Гермиона замерла, так и оставшись стоять на четвереньках. Под ней лежал Нотт, за спиной был Драко, и она чувствовала, как по коже её бедра скользит его влажный, твёрдый член.
— Я не…
— Ты хочешь кончить, Грейнджер?
— Малфой, другого места не нашлось? — ласково спросил Тео, поглаживая Гермиону по спине. Вопрос получился беззлобным, словно его всё происходящее даже веселило. И она с ним согласилась. Что там Нотт говорил про диван? Или вон хотя бы на полу, там лежал прекрасный пушистый ковёр, да даже сидя на метле было бы удобнее, чем так…
— Не нашлось, — Малфой ввёл в неё один палец, собирая густую жидкость, и следом она ощутила это на своих губах. — Оближи.