Я - первый (СИ)

— Я люблю тебя, Сэм! Я так сильно тебя люблю! — вторю ему в губы и плачу!
— Леон! Девочка моя… Пиздец! — я не хочу знать что это значит, надеюсь что то, с какой жадностью он меня целует, говорит о том, что он тоже истосковался и между нами всё по-настоящему. Что он не врал. Что ничего по отношению ко мне у него не изменилось. Мы снова как одуревшие друг по другу обнимаемся и целуемся.
Но через минуты он останавливается. Ставит меня на пол, и взяв в руки моё лицо коротко целует. Я ошарашенно стою, в глазах — темно, в ногах — ватно, в голове — сумбурно. Что это значит?
— Сэм? — опасливо и тихо спрашиваю. В ответ он машет головой и возвращается к машине.
  
56
 
Сэм
И снова с ней все не так, как планировалось.
Спокойно поговорить хотел, а она с ног сносит, жаром своим обдает что не удержишься, растаешь и лужей под ней одной останешься.
Отступаю, так как еще раз всё в голове прокручиваю, воздух вокруг собой пропитала, что думать невозможно. Тоже будто накуренным вмиг становлюсь, рядом с ней реальности не существует.
Ныряю в авто, пока она растрепанная и запыхавшаяся стоит в ожидании. Букет достаю и ей вручаю. Она смотрит, уже чуть улыбается, ныряет лицом в розовые лепестки и закатывает глаза втянув их аромат.
Здесь темно, но я вижу её всю как при свете дня. Сверхспособности во мне пробуждает. В охапку её сгребаю, вместе с букетом. Она сама как один из этих цветков пахнет. Даже лучше. Вдыхаю, прислоняясь к волосам и целую их. Она всё еще не понимает. Я и сам не понимаю. Но сидя в аэропорту, я поймал чёткий инсайт. Мне не нужен никто.
— Леон? — внезапно вся нервозность ушла. Мне это нужно больше чем воздух.
— Выходи за меня?! — опускаюсь на одно колено и протягиваю ей кольцо. Она смотрит будто не верит, округляет глаза и откинув букет на бампер начинает то ли смеяться, то ли плакать, ладонями глаза закрывая. Я не совсем понимаю её эмоции, немного напрягаюсь.
— Сэм! Да! — все еще свои щеки ладонями держит в изумлении. — Миллион раз, да! Боже, Сэм! — подхватываю её шокированную, со слезами на щеках. Спасибо выдержке, что сам не начал плакать и смеяться от обрушившийся на меня радости и облегчения, о счастье даже не говорю. Целую её. Мою! Родную! Любимую! Я не верю! Это был очередной Ва-банк. Шансов на успех практически не было! Но мне нужно было, либо так, либо никак. Я не смог бы больше думать и боятся, что в один момент она струсит, убежит, передумает.
— Я так тебя люблю, Леон! Больше жизни люблю! Ты не пожалеешь, что выбрала меня!
— И я тебя! Сэм! Я знаю! Я так люблю тебя! Я не могу без тебя! Я с ума схожу когда тебя рядом нет!
— Вот и я понял… что не хочу больше быть без тебя. — отстраняюсь, приглаживаю её волосы, вытираю большими пальцами её слезы и протягиваю кольцо.
Еще несколько часов назад оно мирно покоилось на стенде магазина в аэропорту, до того момента пока на меня не снизошло. Всё сложилось: оно — невероятно красивое и нежное и мысли о ней, единственной, кто всегда жил в моей голове и сердце.
Казалось, если она тоже рискнет, как и я, нам море будет по колено. Если нет — то и терзать себя не стоит дальше. А она согласилась! Она согласилась! Стучит в моей голове!
Прошу её сесть в машину, так как зима нещадно диктует свои права на это время и обдает морозным ветром.
Присаживаясь, она складывает руки на коленках и задерживается на руке с кольцом. Я мог купить ей любое, но это, аккуратное, усеянное мелкими камнями с центральным круглым, сразу же приглянулось мне среди тысячи, как и она. Мне не нужны были другие: красивее, добрее и даже свободнее, мне нужна была она. Все эти годы.
Сначала нужно было к Робу заехать, а потом к ней. Летел как на крыльях, честное слово. Только крылья мои были подпитаны адреналином и страхом. Она могла запросто отказать, и была бы права. Я понимал что перегибаю, но кольцо в кармане дыру выжигало, хотелось наконец-то узнать, со мной до конца она или нет.
 
Думать о другом не получается, тем более оттягивать то, что неизбежно. Я давно понял что она та. Поняла ли она? Судя по тому как она улыбается и двигает безымянным окольцованным пальчиком, да! Выбрала!
— Оно бесподобное! — поворачивается ко мне и со слезами на глазах смотрит. Беру ее руку в свою, поглаживаю пальцем, наклоняясь и целую.
— Ты бесподобная! Хочу тебя украсть! Ненадолго! — не могу взять и отпустить. Не сегодня.
— Укради! — с вызовом бросает и улыбается.
Пока едем к отелю, так и держу её за руку, поглаживая длинные пальчики. Иногда целую их, и каждый раз она еле заметно вдыхает воздух посильнее и улыбается.
— Нам нужна ваза. — говорит когда в отель заходим, а я уже и забыл о них.
— Администратора попрошу в номер принести.
— Ок. — вижу как ей неудобно, когда мы ресепшен проходим, могу представить о чем она думает. Что бы облегчить и развеять домыслы, сильнее обнимаю за талию и к себе прижимаю.
Меня самого волнует то, что приходится вот так по гостиницам мотаться. Жить одному в дорогущей пятерке да еще и двухкомнатном номере хоть и могу себе позволить, но смысла в этом не вижу. Поэтому, как только отвёз Леон домой, на следующее утро съехал оттуда, перебравшись в отель поскромнее.
— Тебе бы не мешало поторопиться с ремонтом. — подшучиваю, но не без доли правды.
— Я займусь этим в ближайшее время. — резко повернувшись, выдыхает мне в губы, вскинув брови вверх.
Обнимаю девушку за талию в себя вжимая, а другой рукой пытаюсь в карманах брюк ключ отыскать. Но от того, что напрочь не о них сейчас думаю, это занимает больше времени. Она отступает, ставит букет на пол и начинает руками по карманах куртки шарить, помогает. Нащупав нужный предмет Леон довольно усмехается, демонстрирует его у моего носа и развернувшись прислоняет к двери. Та распахивается и не дожидаясь я увлекаю Леон внутрь расстёгивая на ходу её куртку.
— Мне нужно в душ, — не разрывая поцелуев говорю, а сам ни на секунду не хочу с ней расставаться, но перелет и целый день на нервняке из-за Арта, подпортили мой видон.
— Я с тобой! — мурлычет она, и меня это более чем устраивает. Мы и так оба в одном белье уже стоим, но не долго.
Она снимает мои боксеры, я стягиваю её трусики и ныряю между ножек рукой. Горячая, влажная. Меня пробирает мелкой дрожью, как хочу в ней быть. Ласкаю её пальцами и губы целую, пока она с душем разбирается. Смешная такая, на носочки поднялась, ножку закинула, постанывает и под пальцы мои подстраивается, параллельно еще и температуру воды регулирует. А на меня хоть кипяток лей, я не чувствую ничего, только жар её.
Моем друг друга, сначала она меня, щедро распределив жидкость по ладоням, вспенивает поглаживая тело. Где она проходится — там тело само напрягается, всё привыкнуть к ней никак не может. По груди к животу проходится, белые дорожки оставляя, и к члену спускается. На меня смотрит, глазами своими сумасшедшими, губу облизывает и между зубок оставляет закусив. Дразнит меня не отрывая взгляда, пенными руками ствол обхватывает. Проходится по длине, раз, другой, от того как это приятно сам в её руки толкаюсь, и что бы не свалиться, ноги шире расставляю и одной рукой выше её головы о стену облокачиваюсь, две опоры мне мало.
Потом как-то всё снова не по плану летит. Она на колени становится, член губами обхватывает и скользит по нему языком внутри надавливая. Весь напрягся, что бы раньше времени не спустить, я не знаю как она отреагирует если в рот кончу. Думаю об этом, и уже готов. Она словно чувствует, выпускает его со рта, рукой придерживая лишь языком проходиться, ощущения такие же, запредельные. Ручкой себе помогает, той что с кольцом, мы оба смотрит, оба поверить не можем в происходящее. Нам напоминание нужно, пока только оно на её пальце сосредоточено, туда и смотрим. Я голову опустив на то, как она целует меня, посасывает, она вверх свои подняв тоже с меня не сводит. Рот шире открывает и снова и весь вбирает. Я понимаю, что сейчас кончу, прямо в горло, рукой за волосы отстранить от себя хочу, пока не поздно, но Леон и здесь удивляет: глаза закрывает блаженно и всасывает в себя. От такого, я больше не в силах сдерживаться, кончаю, а она глотает. Терпение моё осталось где-то далеко, рычу или стону, я уже не понимаю, что за звук вырывается из меня.