В клетке (СИ)

— Я могу сделать звонок, о котором никто не узнает? 
Дохлый номер, но мне срочно нужно позвонить. Всего пару слов. 
— Что мне за это будет? — смотрит в глаза. Без стеснения пробирается в самую душу. 
— Ничего! 
Парень не медля ни секунды, лезет в карман и достаёт оттуда телефон. Кидает в мою сторону. Его взгляд по-прежнему сконцентрирован на моем лице. Терпеливо ждёт, пока я решусь. А я и вправду не рассчитывала, что это сработает. 
— Ну же, — вскидывает бровь, — звони, кому хотела. 
Глава 4
— Пойдём! — Джаспер кивает на дверь, когда я дотрагиваюсь до его телефона. 
— Куда? — отдергиваю руку и выравниваю спину. 
— В тихое место, где ты сможешь нормально поговорить. 
Его поза непринуждённая, на лице нет ни единого намёка на иронию. 
— Хорошо, идём! 
Моему слепому доверию к этому человеку нет объяснения. 
Я ему не доверяю и боюсь, но все равно покорно встаю с кровати и следую за ним по пятам. Это все мое подсознание. Когда он рядом, оно включается и начинает противоречить сознанию. 
Когда мы оказываемся на улице, оглядываюсь по сторонам. Позади остаются крики и свет, льющийся из окон. Джаспер обходит дом, я следую за ним. В полнейшей темноте мы идём ещё несколько минут, пока перед нами не появляются круглые огоньки подъездной дорожки. 
— Куда мы пришли? — оглядываюсь с опаской. Кажется, кроме нас здесь никого нет. 
— Ко мне домой! Маркус любезно предложил комнату в своём доме, но меня крайне раздражают итальянские вопли. Боюсь ненароком кого-то убить. Особенно, его истерическую подружку. 
Парень открывает дверь и пропускает меня вперёд. 
— Кухня налево. Иди туда! 
Меньше чем за минуту, шатен появляется в кухне уже в новой футболке. 
— Звони при мне! — кинул короткий взгляд на мои пальцы, сжавшие телефон. — Пароля нет. 
Набираю знакомый номер и, приложив телефон к уху, наблюдаю, как парень достаёт продукты для приготовления сэндвича. 
— Аллегра?.. — произношу сразу же, как слышу тихое «Слушаю». — Аллегра, у меня все в порядке. Нет повода для переживаний, но я не смогу некоторое время выходить на связь. 
Намеренно называю маму по имени.  
— Эва, — шепчет в трубку мама, —  я думала, с ума сойду. Неделя, Эва! Я тебя неделю не слышала! Ты обещала. 
— Ближайшую неделю ничего не изменится, звонков тоже не будет. У меня мало времени, как она? — «Ноэми» добавляю мысленно имя дочери. — Одно слово, телефон возможно на прослушке. 
Смотрю на парня, который в это время кидает на хлеб прошутто. Джаспер кривится, но никак не комментирует мою реплику. 
— Все хорошо. Энзо решил, что ему подвернулся случай воспитать лучшую версию тебя. — Чувствую в ее голосе иронию. 
— Как ты с ним живешь? — на секунду забываюсь, где я и с кем, но вовремя прихожу в себя и добавляю: — Нет, не отвечай. Все, пока. 
Сбрасываю вызов и для собственного спокойствия удаляю номер. 
— Честно признаться, я подумал, ты будешь звонить папе римскому, потому что из той задницы, в которую ты встряла, только он сможет тебя вытащить. — Смеётся. Приземляет передо мной тарелку с сэндвичем. Садится напротив, ставя перед собой такую же. 
— Ешь! 
— Ты не боишься, что тебя накажут, когда узнают, что ты не выполнил приказ следить за мной? 
— Вот она ты, сидишь напротив. Я сам решу, где и как за тобой следить. К тому времени как Маркус натрахается с этой Сукой, мы вернёмся. 
Морщусь от его слов и отодвигаю от себя тарелку. Меня сейчас вырвет. 
— И что же вас связывает с Маркусом? — вгрызается в сэндвич. 
— А вас? — отвечаю вопросом на вопрос. 
— Работа. — Ни секунды не колеблясь жуя, отвечает он пожимая плечами. 
Я хочу собственными руками выдавить его глаза за то, что он уничтожил меня. Сделал одержимой, больной и зависимой. Заставил бояться любой близости и презирать всех мужчин. Ненависть и месть вот что меня связывает с Маркусом Бруно. Но Джасперу не обязательно об этом знать, хотя я не удивлюсь, если он умеет читать мысли и все давно понял. 
Его открытый взгляд сбивает с толку. Сканирует. Он точно видит меня насквозь. 
 
Так не честно. Мне кажется, он уже знает обо мне все, а для меня он по-прежнему остаётся чистым листом с устрашающими габаритами военного. Огромная непробиваемая скала. 
— Перестань на меня так смотреть! — рычу. Откидываю его телефон. 
— Ничего не могу поделать с собой. Люблю разглядывать красивые вещи. 
— Я не вещь! — вспыхиваю. 
— Это ты Бруно скажи. По каким-то отчаянным причинам, ты из кожи вон лезешь, чтобы стать его вещью. Дура или наоборот? — подмигивает. 
Отворачиваюсь. 
— Откуда, так хорошо знаешь английский, Эва Баво? — продолжает свою собственную непринуждённую беседу. — Тоже училась в закрытой школе? 
— Нет, просто мой отец тиран. — Подхватываю двумя пяльцами тарелку и тяну на себя. Скептически рассматриваю неуклюже сделанный сэндвич. — Я сидела на домашнем обучении, мне было скучно и я дополнительно, много чего изучала. 
Вот что с людьми делает нормальное обращение, еда и наигранная забота. Не проходит и часа, как ты рассказываешь о своей семье. Так легко ослабить оборону и открыться. Когда в голосе прослеживается человечность. 
Не знаю, какую игру он затеял, но у него отлично получается пускать пыль в глаза. 
— Как ты вообще оказался рядом с Маркусом? Ты не похож на его свору. Ты другой. — Отрываю кусок хлеба и засовываю в рот, следом сминаю прошутто. Я даже не догадывалась, насколько голодна. 
— О, милая, ты ничего не знаешь обо мне. Если я не насилую маленьких девочек, это не значит, что я другой. Я такой же аморальный ублюдок, а может даже и хуже. Кстати, сколько тебе? Выглядишь очень юно. — Отклоняется назад и хватает две жестяные банки пепси. Поочерёдно щёлкает ими и одну толкает мне. 
— Двадцать? А тебе? — машинально задаю вопрос, хотя мне это совершенно не интересно. 
Его непринуждённое поведение, расслабляет и настораживает одновременно, заставляя сбиваться с мысли. 
— Двадцать восемь. — Делает глоток, продолжая рассматривать меня. — У тебя голубые глаза, не типично для итальянок. Расскажешь почему? 
— У мамы голубые. 
— И у Карло голубые, были. Вы родственники? 
— Нет, я была его элитной шлюхой! — язвлю. 
Он долго будет копать под меня? Может прямым текстом сказать, что меня интересуют муки Маркуса Бруно и пусть он отстанет от меня? 
— Да, конечно, а теперь решила переключиться на молодого. Логично, почему бы и нет. — Язвит в ответ. 
Джаспер отодвигает пустую тарелку и, подкуривши сигарету, упирается локтями в столешницу, которая нас разделяла. Именно разделяла, потому что сейчас он непозволительно близко. Я чувствую на губах его никотиновое дыхание. 
— Когда ты услышала фамилию Сальери, твои глаза замерцали. Ты знаешь его? 
— Человека, который негласно держит весь город в страхе? Нет, не знаю! Даже не слышала о таком!  
В порыве поддаюсь ближе и тут же отстраняюсь. Его взгляд темнеет, давая понять, что вот здесь находится граница. Если я сейчас не замолчу, то рискую познакомиться с аморальным ублюдком. Насилие ему не интересно, что ж, значит, он меня просто убьёт.   
Глава 5
Маркус Бруно 
— Паршиво выглядишь! — парень одаривает равнодушным взглядом входящую в кабинет Бьянку. 
Делает глоток утреннего кофе и ставит чашку на белоснежное блюдце. 
Бьянка проходит вглубь и занимает место напротив своего жениха. 
За два года, Маркус так и не соизволил взять ее в жены. 
— А как бы ты выглядел, если бы всю ночь не спал? Этот, — пренебрежительно поджимает губы, указывая на шатена, который уткнулся в телефон. — Так и будет здесь сидеть? 
— Он не знает итальянский, расслабься! — врет. 
Да парню в принципе не интересно, что здесь происходит. Его телефон транслирует видео со скрытых камер расположенных в его доме. Джаспер решил на секундочку заглянуть и посмотреть, чем занимается его ночная, неприступная гостья-мазохистка.