Наследник олигарха (СИ)

На ватных ногах спускаюсь вниз. Демид предложил подвезти меня. Ага. Нам вроде как по пути. На ходу звоню няне и ставлю в ее известность, что я выхожу с работы.
И, надеясь получить ещё небольшую отсрочку, торопливо шагаю к выходу с огороженной территории.
Мгновение, и я оказываюсь прижатой к крепкому телу.
— Слав, подожди, пожалуйста.
— Убирайся, — предупреждающий шёпот на Мирона не действует. Я пытаюсь вырваться, но…
— Слав! Извини! Я идиот! Я не знаю, что на меня нашло! Славочка, ну прости! — лицо выражает отчаяние, голос громкий, звенит от эмоций.
— Руки убрал! Отпусти! Не смей ко мне приближаться!
Вырваться все же удалось. Я затравленно смотрю на мужчину, не зная, чего ожидать дальше.
— Не подходи ко мне. Вообще никогда!
— Слав, я правда лишка дал, мозги набекрень съехали. Да послушай же!
Чувствую слабую вибрацию из сумки. Опасливо отступаю назад и тянусь к телефону, не сводя глаз с Мирона. Как я была слепа! Если бы не Демид…
Крепко сжимаю в ладони корпус телефона. Неважно, кто звонит, лишь бы быть на связи с кем-то. Я не уверена, что эта часть выхода с закрытой территории оснащена камерами. Может, поэтому Мирон меня здесь и выцепил.
— Алло! — кричу в трубку взволнованно.
— Это я, — Демид частенько так представлялся раньше... — Я помню, что ты хотела сама добраться. Но если вдруг передумала, то я тебя могу перехва…
— Да-да! Я передумала! Забери меня!
Ответа я не слышу. Провисает тягостное молчание.
— Влад, — уточняет настороженно. — У тебя все в порядке?
— Нет. Забери, пожалуйста!
— Где ты? — в, казалось бы, уверенном голосе прорезаются нотки волнения.
— За центральным зданием, слева от парковочных мест.
В соседнем доме на нашей же территории на первом этаже расположился банк. Который тоже принадлежит Маркелову. Может, там камеры есть?
— Мирон приехал? — от резкого вопроса по спине спускается липкий холодок.
— Да… — боязливо выдыхаю в трубку. Как я раньше не замечала. Мужчина смотрит на меня недобро…
— Никуда с ним не ходи. Три минуты, и я буду рядом.
— Очень тебя жду…
В трубке раздаются короткие гудки, а рядом — раздражённый голос Мирона:
— С кем разговаривала?
— Мирон, давай ты по-хорошему меня в покое оставишь?
— Во-первых, я извинился за то происшествие. Во-вторых, ты вроде как со мной. Окей, перегнул. Осознал, прости. Больше не повторится. А вот кого ты ждёшь — это вопрос.
— Это тебя не касается. Я больше не хочу с тобой видеться. Я после того, как ты себя повёл, даже стоять рядом не хочу.
Потому что опасаюсь…
— Слав, — шаг вперёд, и он оказывается рядом. А наши лица совсем близко, — ты так-то не перегибай. И я не понял, у тебя мужик появился?!
Когда за его спиной плавно тормозит чёрный Бентли, Мирон замолкает и, оглядываясь, расстреливает ненавидящим взглядом показавшегося Демида.
— Влад, поехали, — прохладным голосом заявляет бывший любовник.
Обхожу Мирона и приближаюсь к Демиду. Чувствую, как он крепко сжал мои пальцы. Я так ему благодарна за этот простой, ничего не значащий жест поддержки.
Но от взгляда Мирона я готова свернуться в клубок. С такой злостью мужчина смотрит на друга…
— И как это понимать?!
Демид делает шаг вперёд, закрывая меня спиной.
Его голос уверен, спокоен, действует на меня умиротворяюще. И я даже перестаю дрожать…
— Я предупредил тебя. Даже смотреть в ее сторону забудь.
— Какого хрена?! — взрывается Мирон, и с губ его срывается очередное ругательство. Ненавижу нецензурную лексику.
— Хочешь пообщаться — не вопрос, подъеду вечером. А сейчас мы с Владой торопимся.
Оборачивается не глядя и помогает усесться.
— Зачем ты вообще к нему поехала? — заучит растерянный вопрос, а Демид в окно смотрит. — Ещё и сына притащила.
Закусываю губу. Потому что теперь обидно. Сглупила, наверное, да, но мы ведь обсудили с Мироном заранее, проговорили и обозначили границы… я ведь считала его нормальным человеком, я думала, он правда заинтересован во мне как в женщине, а не лишь бы своего добиться. Я ему доверяла. Раньше никогда не было ситуации, чтобы он был груб или излишне эмоционально на что-то реагировал. Мы втроём время проводили и прежде, без ночевки, конечно, и не так часто…
 
— Он обещал отдельную комнату, только для нас с Мишей. Да и там сестра его была, я думала, что… — что все будет прилично, заканчиваю мысль одними губами. И замолкаю, понимая, как жалко звучат мои оправдания.
— Влад, ну ты как маленькая, а.
Он поворачивается, и я чувствую себя еще более неловко под пронзительным ореховым взглядом.
— Вы с Ритой после тех самых выходных поссорились?
— Мы не поссорились. Мы разошлись, — замечает невозмутимо. — Просто пока не стали сообщать об этом. И это было ещё раньше.
— Но вы же вдвоём приехали… — вот зачем мне об этом знать? Эта информация никакой ценности для меня не несёт. И все же…
— Это ничего не значит. И я вообще ехать не собирался.
— И почему изменил решение?
— Я просто хотел… — в его голос закрадывается замешательство. — Да какая разница. Просто передумал.
— Ясно, — коротко отрезаю и вновь утыкаюсь в окно.
— Заедем в магазин? — уточняет Демид неожиданно.
А я смотрю на него во все глаза и поражаюсь. Неуверенность в его голосе — явление непривычное.
— Мише что-нибудь купить. Ну просто, чтоб заинтересовать… я не знаю, что. Не общался с детьми никогда. Поможешь выбрать? Игрушку там или вроде того.
Он волнуется. Акула бизнеса, основатель крупнейшего холдинга, человек с собственным подножным банком, мужчина, чьи решения косвенно влияют на экономику если не страны, то региона точно, нервничает из-за встречи с сыном.
— Демид, у Миши все есть. Не волнуйся. Да и не думаю я, что встреча затянется. Нам же ко сну готовиться скоро.
— Ну все равно.
— Не нужно.
— Я настаиваю.
Что-то в его взгляде заставляет меня уступить. Немного.
— Уговорил, тогда едем в цветочный.
Мне еле-еле удалось сдержать улыбку при виде замешательства в глазах Демида. Уверена, вскоре он удивится ещё сильнее. Оказывается, деньги решают не все.
— Здравствуйте, — через десять минут я уже добродушно приветствую продавщицу цветочного магазина, опираясь о стойку. — Нам, пожалуйста, посчитайте шарик.
Женщина средних лет с ядовито-красным омбре на длинных волосах лениво поворачивает голову в сторону связки летающих шаров. Надписи «с днём рождения» щедро разбросаны по латексным изделиям.
— Цвет?
— Голубой.
— Угууу… Семьдесят пять.
Не в силах сдержать ехидную ухмылку при виде ошарашенного мужского лица, повторяю для особо одарённых:
— С тебя семьдесят пять рублей. Давай раскошеливайся.
Весёлый смешок вырывается из груди, когда Демид полосует меня настороженным взглядом.
— То есть у малого день рождения сегодня?!
— Нет. Просто он надписи ещё не читает. Какая разница, что на нем написано.
— То есть, — раскрытая ладонь обвиняюще указывает на ни в чем не повинные летающие изделия. — Мы сюда пришли за одним шаром?
— Ну да.
— Посчитайте все, — удивляет неожиданно спокойным тоном.
Глаза продавщицы выскакивают из орбит, она переводит взгляд с меня на Демида.
— Нет, все считать нам не нужно, мы возьмём один.
— Я как дебил приеду с одим шаром?!
Почему как? Давлюсь смехом, но вслух примирительно произношу:
— Ты все правильно понял. Нам нужен только один.
— По карте, — чеканит раздраженно. — Мелкие дома забыл.
Я бы приняла эти слова за шутку. От любого другого человека. Но не от этого…
Ноздри его раздуваются, но он послушно достаёт телефон и прикладывает к терминалу.
Мы ждём половину минуты. Ещё половину.
— Связь с банком отсутствует, — резюмирует продавщица. — Простите, может, наличкой оплатите?
Демид поджимает губы, но молча лезет в карман. Непринуждённо достаёт пятитысячную купюру и вальяжно бросает в монетницу.