Инцел на службе демоницы 3: В аду любят погорячее (СИ)

Интересно, а многих уже стащила? Что-то подсказывало, что ни одной. В ее глазах, жестах, голосе, в самих формулировках читался протест — однако в действиях была покорность, будто ее все устраивало, будто так и надо. Даже платье — свободное, легко распахивающееся — было таким, чтобы его можно было скинуть и трахнуться в любой момент. Ее словно разрывало пополам, но сама она этого не понимала. А вот я ее проблему прекрасно понял — и та была вовсе не в ее кобеле-парне, не в свингер-пати и не в том, что она попросту дура. Ее проблема была в другом. Она терпила. Терпила — и этим все сказано.
— Свинг — это очень удобно! Теперь он мне не изменяет! Это все с моего согласия…
Девчонка рядом продолжала что-то горячо говорить, убеждая то ли меня, то ли саму себя — доказывая непонятно кому, что все решила сама. Хотя не хуже меня понимала, что за нее решили другие. Сама она может только психовать и подчиняться.
— Теперь я знаю всех, с кем он спит! Иногда я даже сама подбираю ему очередную соску, — с болезненным удовлетворением произнесла она. — А потом мы трахаемся на той же кровати, где он только что трахал другую! И оргазм, который при этом бывает, ни с чем не сравнится!..
Словно отвлекая меня от этой пламенной, но абсолютно неубедительной речи, в кармане задергался смартфон. На экране сердито вспыхнули новые сообщения.
Майя: “Мои слова вообще ничего не значат?”
Майя: “Ответь хоть что-то!”
Пальцы с досадой стиснули смартфон. Это бесило: сидит дома в покое и безопасности и при этом давит мне по мозгам, пока я тут за нее отдуваюсь. Включила бы телик или с Сашей поболтала — чего с ума-то сходить? Только настрой сбивает… Чувствуя, что могу написать что-то такое, что нас крупно поссорит, я оторвал глаза от экрана. Ко мне, как и прежде, никто не спешил — никто даже не смотрел в мою сторону. Похоже, Волчица была единственной ниточкой, ведущей к своей хозяйке. И сейчас вместо того чтобы вести меня к Виви, эта ниточка наматывалась на чей-то член. Сколько мне еще ждать?
— И каждый раз, — соседка по дивану перехватила мой взгляд, — я тоже трахаюсь ему назло! Чтобы он тоже это видел…
Девчонка рядом была наглядным примером, что ждать и терпеть — дерьмовый выбор. Тот, кто хочет быть терпилой, найдет себе достаточно оправданий, чтобы не меняться. Быть терпилой легко и порой очень удобно. Вот только если ты терпила, будь готов, что тобой воспользуется кто угодно. Сейчас ее мог трахнуть любой гость в этом клубе без малейших усилий — и она бы даже не стала возражать.
— Хочешь, — не сводя с меня глаз, проникновенно добавила она, — как тогда? Я все позволю…
Вот только я не терпила и становиться им не собирался.
— И где они там развлекаются? — спросил я, убирая смартфон в карман.
На ее губах мгновенно заиграла улыбка — довольная, даже триумфальная.
— Ну пойдем, — бросила она таким тоном, будто делала мне одолжение.
Бойко вскочив с дивана, она поправила слегка распахнувшееся платье и уверенно повела меня к выходу из зала — видимо, уже прекрасно освоилась в этом клубе. Сочные бедра ритмично покачивались передо мной, напоминая, как покачивались на мне тогда. С позиций своего сегодняшнего опыта я мог сказать, что на первый раз мне попался просто отличный вариант. Подхватив из чаши пластиковый квадратик, она вышла из зала, и я последовал за ней.
Длинный полутемный коридор, где мы оказались, очень напоминал гостиничный — с множеством дверей с обеих сторон, за которыми, судя по звукам, синхронно занимались одним и тем же. Музыку из зала заглушали сладкие охи и ахи, раздававшиеся отовсюду, словно аккомпанируя друг другу. Для любителей понаблюдать к каждой комнатке прилагалось окно, выходившее не на улицу, а в коридор. Лишь некоторые из них были скромно завешаны, у большинства же, наоборот, шторки были отдернуты, предлагая всем желающим посмотреть. Кое-где коридор разрезали полоски света из приоткрытых дверей, как стоп-линии, приглашая зайти и присоединиться. На этой тусовке делились, а не стеснялись.
 
Вертя головой по сторонам, моя провожатая наконец остановилась у одного из распахнутых окон. Дверь рядом тоже была гостеприимно приоткрыта, донося до нас нарочито громкие, горячие стоны — этакая мини-реклама того, что творилось внутри. Картинка за стеклом напоминала интерактивную порнуху, в которой, в отличие от обычной, в любой момент можно поучаствовать. Декорации не отвлекали от действа — в комнате не было ничего лишнего, только самое необходимое. Красно-черные стены, будто поощряющие порок, бордовые светильники, словно придающие ему особую сладость, и кровать, попрек которой — специально, чтобы было хорошо видно в окно — трахалась обнаженная парочка. Блаженно зажмурившись, парень моей спутницы вытянулся на простыне, а Волчица вовсю прыгала на нем и извивалась, умопомрачительно двигая бедрами по его паху — стараясь куда больше, чем тогда на мне.
— А твоя “не”-девушка отлично трахается, — заметила девчонка рядом со мной.
Это можно было и не произносить: все и так было видно по лицу ее парня, довольно-восторженному аж до тупости. Словно что-то услышав, Волчица повернула голову, увидела нас и, ухмыльнувшись, стала насаживаться еще усерднее.
— Хочу, чтобы ты трахнул меня лучше, чем он ее! — мне в ладонь вдруг ткнулся квадратик презерватива. — А я уж буду куда лучше, чем она!..
Прижавшись грудью к стеклу, девчонка приглашающе выставила бедра. Два сочных холмика под тонкой тканью нетерпеливо задвигались, намекая не медлить. В принципе, задрать свободный подол, отодвинуть полоску с промежности и пристроиться сзади не заняло бы и десяти секунд. При этом она даже не смотрела на меня, неотрывно следя за своим парнем — делая это все не ради себя, а из-за него. Ее не смущало, что мы с ней не в комнате, а посреди коридора. Не смущало, что ее будет трахать один, пока она течет от другого, который трахается прямо у нее перед носом, тоже ничему не смущаясь. Казалось, что я попал на фрик-шоу, где мне теперь еще и предлагали поучаствовать. Нет уж, с тараканами этой парочки я трахаться не собирался. Ее киска пусть остается ее парню — а я воспользуюсь совсем другим входом.
Парочка на кровати вздрогнула, когда резко открытая дверь с грохотом врезалась в стену. Быстрым шагом я подошел кровати и, схватив Волчицу за руку, рывком стащил ее как раз на середине ее очередного толчка.
— Все, натрахалась! — подхватив с пола ее вещи, я втолкнул их ей прямо в руки. — Веди меня к Виви!
— Эй, спокойно, — пробормотал парень, торопливо натягивая плавки, — тут территория свободная от ревности!
Я нехотя взглянул на него — смазливый, самоуверенный, из тех, на которых девчонки сами вешаются хрен поймешь почему. Бесят такие.
— Можешь додрочить, — поморщился я, — или вспомни про свою девушку!
Никуда не спеша, Волчица плюхнулась на кровать и начала натягивать брюки — медленно, штанина за штаниной. Голая грудь бесстыдно подскакивала, а глаза с вызовом смотрели на меня.
— Еще немного, — предупредил я, — и я сам начну тебя одевать. Давай быстрее!
— Нормальные парни, — ядовито прокомментировала она, — здесь раздевают девушек, а не одевают!
— Если хочешь, — парень снова решил вмешаться, — можем вместе ее…
— Заткнись! — отрезал я.
Даже сейчас он говорил такое прямо при своей, ничуть не стесняясь и вообще не выбирая выражений. Мне, в отличие от него, доставалось от моих девчонок за полигамию, а этот, судя по всему, умел дешево отделаться. Наверное, подобное прокатывает только с дурами, которые готовы терпеть.
 
Волчица наконец натянула брюки и взялась за футболку с такой неспешностью, будто планировала одеваться до утра. Не выдержав, я подхватил ее под локоть и потащил за собой — как была, с голой грудью. А что? Официантки тут топлесс — этим никого не удивишь. Да и размер у них побольше.
— Эй! — возмутилась она.
Но я не был готов к переговорам, так что ей пришлось засеменить ногами. Стоило нам выйти в коридор, как она молнией натянула футболку, явно не готовая сверкать телом перед всем клубом. Краем глаза я заметил, как моя недавняя собеседница, странно распаленная всем этим, скользнула к своему парню. Ну конечно, я же выполнил ее мечту: стащил с него очередную соску.