Спасти Осень (СИ)
— Боишься беспомощности?
— Угу, но только своей собственной. Поэтому стараюсь не пренебрегать самыми разными знаниями. Знаю, например, как сделать бесподобно вкусный медово-желейный торт с заварным кремом.
Я сглотнула.
— Тебе его даже готовить не надо. Вот сказал таким голосом — и мне сладко.
Ракх мягко поцеловал меня в губы.
— Спать?
— Да. Мне очень хочется уснуть рядом с тобой без помощи зелья. Это ведь тоже особый, приятный ритуал.
Мужчина кивнул, и я первой пошла умываться, предвкушая, как он будет меня причёсывать. Ему явно нравилось заниматься моими кудрями куда больше, чем мне самой, к тому же сильные, но нежные мужские прикосновения доставляли настоящее блаженство. Я улыбнулась своим воспоминаниям: Эли никогда не любила причёсываться, терпеть не могла, когда кто-то трогает её голову. А я вот, как бы сильно мама ни дёргала пряди, относилась к расчёсыванию спокойно, могла хоть полчаса на стуле смирно сидеть.
Переодевшись в сорочку, я подошла к окну, и тотчас на подоконник бесшумно опустился Тэм. Он посмотрел на меня с лёгкой укоризной — чего ждёшь, впускай уже! — и я поспешила открыть створку. Удивительно, что птица предпочла сесть мне на плечо, ощутимо сжав кожу когтями.
— Кушать хочешь? — спросила я.
Из маленькой прихожей прибежала Кутя, и стала так радостно тявкать, что Тэм издал в ответ какой-то странный звук — то ли приветствуя лисицу, то ли недовольно на неё ворча. Он не спешил перелетать на комод, но и попыток стащить лежащие в тарелке остатки еды не делал.
— Он тоже рад, — сказал появившийся из ванной Ракх. — И приветствует Кутерьму, хотя давно мог бы съесть.
Птиц тотчас перелетел на плечо хозяина, и как всегда нежно коснулся его уха, будто что-то прошептал.
— А не крупновата добыча? — улыбнулась я, поглаживая лису.
— Если бы захотел, он бы напал и на более крупную собаку. Кстати, он голоден, здесь не слишком много крыс. Что у нас осталось?
— А я специально немного мяса захватила. Вот, держи, Тэм.
Коршун устроился в уголке, не обращая внимания на облизывающуюся Кутю, а Ракх взял меня за руку и повёл к постели. Все прежние ночи он давал мне лекарство, и я спала крепко и спокойно, не замечая часов, но чувствуя его надёжное присутствие. Теперь же, глядя, как мужчина готовится ко сну, ощутила отзвук прежнего голода плоти. Конечно, о том, сколько мне воздерживаться, я у сестёр не спросила. Целительницы лишь велели дождаться возобновления цикла как верного признака выздоровления, а это означало, что вряд ли мы с Ракхом сможем стать близки.
— Что такое, лисёнок? — спросил мужчина.
Я уже привыкла, что они читает в моих глазах мысли и чувства, и отозвалась:
— Думаю о том, восстановился ли мой организм после пережитого.
— Ясно.
Он сел на постель и стянул через голову тонкую нижнюю рубашку. Я коснулась его спины, погладила чёрные крылья.
— Мне бы хотелось… ну, ты понимаешь… Как прежде…
Ракх уложил меня к себе на грудь. Никогда мы столько не обнимались, и было замечательно всегда чувствовать его близкое дыхание.
— Понимаю, Роза. Правда. Но, прошу тебя, дай мне время. Я хочу тебя, как и прежде, даже сильнее, но не могу сейчас подарить любовь. Ты не обидишься?
— Нет. Я умею ждать. Думаю, так будет лучше для нас обоих. Тем более что у меня сейчас есть самое главное — ты сам.
Мужчина погладил мою спину, а я поцеловала его в шею. Нам было хорошо, и казалось, что в полумраке звучит тихая, нежная музыка. Стоило ли говорить, что уснули мы крепко, и спали спокойно. Я бродила в густых травах зелёных предгорий, и гладила белых волков, что пили кристально чистую воду из больших озёр. А потом мы с Ракхом встретились у гладких камней, сели в лодку, и поплыли куда-то вглубь прекрасной страны…
— Роза!
Ракх держал меня за плечо, и я улыбнулась.
— Доброе утро. Что случилось?
— Ты чуть с кровати не упала, так сильно ногами отталкивалась от матраса.
— А, это я гребла, наверное. Мне снилось, что мы плывём по красивым голубым озёрам, а по берегу бегут, будто охраняют нас, белые волки.
Ракх улыбнулся.
— Интересно, чем я занимался, пока ты нас катала?
— Лежал и смотрел в небо, такой расслабленный, спокойный… Мне, кстати, было совершенно не тяжело, не переживай.
— Не переживаю. Я рад, что ты видела чистую воду. Это хороший знак.
Я убрала с его тёмного глаза мешающие волосы, и поцеловала мужчину в изувеченную щёку.
— Ты как будто чувствуешь, что это помогает мне побороть боль, — сказал он тихо.
Мысль моя была мгновенной, и я тотчас её озвучила:
— Я справлюсь с твоим проклятием, будь уверен. Конечно, на это потребуется время, но, обещаю, вся твоя боль уйдёт.
Ракх прижался лбом к моему лбу и закрыл глаза. Мне нравилось, как мягко его ладони охватили мои щёки, и как он легонько поглаживает пальцами кудряшки на моих висках.
— Что же ты за чудо такое, Роза? Какими светлыми силами была мне ниспослана? И почему я так уверен, что у тебя получится?
— Потому что я тебя люблю.
Его губы накрыли мои, и я как будто вернулась в волшебный сон. Ракх почему-то не хотел признавать, что тоже меня исцеляет, и что его звездная магия ничуть не хуже моей земной. Вскоре после того, как выгуляли Кутю, мы сели завтракать. Я строила планы по отъезду, Ракх с улыбкой слушал. Я заметила, что и его аппетит улучшился, к тому же он никогда столько не улыбался. Нам было тепло и спокойно, несмотря на предстоящие трудности. А когда мы добрались до пахучих булочек с изюмом, в дверь постучали. И как-то сразу стало понятно, что не суждено нам попасть к Красным Кручам до весны: в комнату вошёл Барви.
— Привет, ребят. Простите, если испорчу вам завтрак, но я принёс послание от короля.
— Что, уже? — вздохнул Ракх.
— Он хотел прислать парочку верзил, но я отговорил. Ну и из города теперь так просто не выехать… В общем, мне велено проводить вас во дворец.
Вид у Барви был встревоженный, но Ракх не испугался.
— Личная встреча?
— Угу.
— Полагаю, отказа он не примет. Что, нам вещички паковать?
— Да. Лошадей и зверушек берите с собой, во дворце к животным привыкли.
— Подождите, то есть мы туда не на пару часов? — спохватилась я.
Ракх взял меня за руку.
— Не думаю, что у Аррикса ко мне пустяковое дело. Но, как я уже сказал, не беспокойся. С любым его заданием я справлюсь.
Барви при этих словах Ракха нахмурился, а я подумала о том, что самоуверенность мага ещё никогда его не подводила. Обычно всё получалось, как он и планировал, и нам оставалось только собраться и отправиться вслед за мастером иллюзий во дворец.
Глава 22_2
Дворец Осени был великолепен. Он не походил на мрачные, массивные вардарские замки, был построен из светло-серого камня и особой породы дерева, что называлось царским клёном. Колонны в пушистой резьбе растительных орнаментов, длинные галереи с прекрасными витражами, что бросали на мраморные полы цветные блики, и множество живых камней, что согревали и освещали залы — всё это создавало атмосферу небесной радуги в лучах солнца. К тому же повсюду сновали белые, бурые и рыжие лисицы, порхали ручные поползни и клесты, и стояло в горшках немыслимое количество цветов. Словом, никакой зимы во дворце не было в помине — тепло, зелено и сухо.
Пустили нас во дворец сразу же, даже цветок не пригодился. Было видно, что Барви тут знают и уважают, но меня это не слишком обрадовало. Ракх был прав, с королями не шутят. Если Аррикс чего-то захотел, он пойдёт на всё, чтобы это получить. Даже стравит старых друзей… Меня пробрала дрожь от этой мысли. Ракх с трудом простил Барви однажды, больше этого не повторится. Если создатель иллюзий ошибётся и снова причинит Ракху боль — тёмный маг сотрёт его в порошок.
Придворные любопытно нас рассматривали, но тотчас знакомиться не спешили. Мало ли, кого ещё принесло в замок? Здесь и без нас хватало интересных и необычных людей, даже индурог, что на своих сизых лодках приплывали с большого острова Вур. Вот их я прежде видела только на картинках, впрочем, как и зальмов.