Питомец чародея. Жизнь по новым правилам. Книга 2 (СИ)
* * *Пятёрка молодых магов, приговорённая инквизиторами к смерти за то, что в тайне практиковали запрещённую магию, была привязана к столбам, и ощущало жар магического пламени, которое инквизиторы сотворили для долгой и мучительной смерти осуждённых. Мучители прекрасно знали, что именно такой способ казни чаще всего развязывает языки несговорчивым пленникам, а потому тратили часы на медленное выжигание магической энергии, а лишь затем сжигали самих осуждённых.
Языки пламени уже приближались к телам молодых магов, когда раздались звуки боя. Что само по себе было странным явлением. Уже более полувека никто не осмеливался бросить вызов судьям инквизиции, и уж тем более вступить с ними в бой. Но что-то явно происходило, ведь пламя замерло на месте и больше не поглощало магической энергии. А затем пламя потухло и перед магами появился огненный голем.
Откуда здесь могло взяться существо из легенд? — именно этот вопрос занимал мысли тех, кто уже был готов к смерти, но всё же по воле этого странного существа выжил.
Когда голем разрезал верёвки, удерживающие магов, те, словно сломанные марионетки, упали на землю. А затем по приказу голема, из-за кустов появилась рыжеволосая девушка, которая быстро обобрала тела инквизиторов и начала помогать магам. Что же до огненного голема, то он еще какое-то время простоял вблизи спасённых, после чего превратился в обычного человека. Молодые маги были поражены таким преображением, ведь в текущем состоянии человек не походил даже на плохонького магически-одарённого, не говоря уже о маге, способном на равных сражаться с инквизиторами.
* * *Ну не мог я спокойно смотреть на то, как на моих глазах пламя приближается к живым людям, а потому, игнорируя предупреждение спутницы, ринулся на тех, кто при помощи магии собирался сжечь пленников. Натравив своих питомцев на крайних в плащах, я помчался к среднему. И на ходу сотворил оковы суда, которые сработали, создав вокруг моего противника непроницаемый кокон.
В следующий момент боковым зрением я заметил, что мой Победитель прыгнул на врага, а тот, словно подгадав момент, размахнулся мечом для удара. К счастью паралич, наложенный мной, сработал незадолго до того, как оружие врага впилось в спину моего питомца. Победитель вцепился лапами в одежду инквизитора, а в следующую секунду ударил того своим хвостом с крохотной шипастой булавой на конце по лицу. Я же, не став тратить времени, приблизился к врагу и наискось полоснул ослеплённого врага по телу. Меч с легкостью рассёк лёгкую одежду и впился в плоть, оставляя глубокую рану, из которой ручьём потекла кровь.
А вот третий оказался готов к бою, на него не подействовало ни одно из заклинаний, да и Молнию пришлось отозвать, чтобы чего доброго она не разделила судьбу Тени. Молния ушла в тень и начала по кругу обходить врага, ну а я, не сумев придумать ничего лучше, превратился в огненного голема. Странным было то, что других вариаций преображения я применить не мог, да и то, что голем стал полноценно двигаться, было для меня всё еще в новинку.
Огненные шары, казалось, не причиняют моему противнику никакого вреда, но, отражая их, враг совсем забыл о питомцах, а потому пропустил момент, когда те накинулись на него со спины и повалили на землю. Подойдя к пытающемуся подняться противнику, я положил руку на его спину, после того, как мысленно приказал питомцам отойти в сторону. В мгновение ока инфернальное пламя охватило врага, заставив того выть от боли.
Когда враг умолк, я направился к последней цели. Подошёл я как раз вовремя, чтобы увидеть как спадают оковы суда. Вот только враг и не думал нападать, а освободившись от магических оков, упал на колени и начал молить о пощаде. Если я и испытывал что-то в тот момент, то, скорее всего, это была не жалость, а брезгливость.
Для начала я приказал женщине, укутанной в плащ с головы до ног, развеять заклинание поддерживающее пламя вокруг пленников. Затем, сказал положить на землю холодное оружие и плащ, и приказал убираться. Вот только женщина сама обрекла себя на смерть, атаковав меня со спины. Не знаю, что это было за заклинание, но мне было довольно больно. Заклинание еще действовало, когда я услышал вой противницы, смешавшийся с рычанием моих питомцев. Судя по звукам, донёсшимся до меня, звери рвали глупую колдунью на куски. Я же тем временем направился к пленникам и разрезал верёвки, которыми те были привязаны к столбу.
— Лили, помоги им, — спокойно сказал я, надеясь, что девушка с перепугу не убежала.
Девушка вышла из укрытия и, быстро обобрав тела инквизиторов, направилась к пленным, ну а я ещё какое-то время оставался в облике огненного голема, опасаясь нападения. Но, к счастью, нападения не произошло и я со спокойной душой, развеял заклинание, вернув свой изначальный облик.
— Как Вам это удалось? — спросил один из спасённых магов.
— Они не ожидали нападения, — сказал я, скрывая, что внутри весь дрожу, ведь для меня это был первый настоящий бой, не говоря о том, что это были живые люди, а не наборы циферок из игрового мира.
— Как Вам удалось изучить одно из древних запретных заклинаний? — уточнил вопрос маг.
— Я просто его знаю, — спокойно сказал я, глядя в глаза пленнику.
— Это не возможно, — уверенно заявил маг.
— Это особенность моего рода, — не желая раскрывать правды сказал я.
— И где же обитает Ваш род? — скептически осмотрев меня, спросил маг.
— Далеко на севере, — ответил я, помня, как Нои впервые назвала меня Нордмаром.
— Извините моего друга, — вмешался в разговор другой маг. — Вы спасли нас от смерти, и мы благодарны Вам. Но если мы все отсюда не уберёмся, то, вполне возможно, что скоро все вместе будем гореть в новом магическом пламени.
— В таком случае, нам лучше покинуть это место, а поговорить успеем по дороге, — сказал я, соглашаясь с молодым магом.
* * *Перекрёсток контрабандиста.
— Дед, ты же обещал, что не станешь больше вмешиваться в судьбу Егора! — вбежав в комнату, выпалила молодая богиня.
— Я и не вмешивался, — не понимая причин недовольства внучки, ответил контрабандист.
— Кто же ещё мог изменить его линии судьбы, если не ты? — не поверив деду, спросила Нори.
— Возможно, это сделал тот, кто перенёс его на магическую ветвь миров, — ответил бог-отшельник. — А что же ты делала на той ветви, если я просил тебя не вмешиваться в дела Нордмара, чтобы не навредить нам обоим.
— А я и не вмешивалась, — спокойно сказала эльфийка. — Не знаю почему, но со вчерашнего дня, по времяисчислению того мира, я стала одной из богинь пантеона Хаоса.
— Как Хаоса? — удивлённо спросил контрабандист. — Ты же с рождения предрасположена к порядку.
— Может это сделал тот же, кто подправил линию судьбы Егора, — пожав плечами, высказала догадку девушка.
— В таком случае, береги себя, и остерегайся сторонников порядка, — вздохнув от безысходности, сказал дед внучке. — Постарайся выжить и как можно реже вмешиваться в судьбу мира, о котором ты ничего не знаешь.
— Я постараюсь, — ответила Нори.
— Лучше сделай, — понимая, что его внучка влюблена, а потому всё равно натворит глупостей, сказал старик. — Лучше сделай.
Глава 7
Неконтролируемая ярость
Лес. Окрестности Торха.
Более трёх часов мы шли по лесу, удаляясь от злополучной поляны, но почему-то Лили не спешила объявлять привал. Девушка постоянно оглядывалась, словно ожидала появления кого-то. Можно было бы отправить Молнию прикрывать наш тыл, но я прекрасно помню её бой с инквизитором. Опытный воин просто не позволит пантере атаковать его из тени, да и убить может, если моя пантера подставится. Терять же свою Молнию я совсем не хотел.
— И долго мы еще будем идти по кругу? — спросил один из спасённых магов.
— Мы будем петлять столько, сколько я посчитаю нужным, — тихо сказала Лили, даже не обернувшись к говорившему.