Фантомные боли железных грифонов (СИ)
— Хидден?..
Сага медленно стекла с высокого стула. Она не верила своим глазам, боялась, что Хидден исчезнет, стоит только ей прикоснуться к нему — ведь такое в последние недели уже случалось. Но в этот раз он прикоснулся к ней первым — и не исчез.
— Я так соскучился!..
…Сага проснулась перед самым рассветом и, не размыкая век, тяжёлых после выпитого накануне, не сразу вспомнила, где находится. «Логово». Бар. Какой-то пьяный ублюдок. Гостиничный номер… Неужели она так напилась, что приняла кого-то за Хиддена и… Или это был сон? Или…
«Кто бы мог подумать, что моя космическая душевая окажется достаточно герметичной, чтобы укрыть нас от объёмного взрыва: меня и гнездящуюся на полке для мыла белку!» — Нет, до такого её мозг бы не додумался ни во сне, ни под градусом.
Всё ещё не открывая глаз, с замиранием сердца она медленно протянула руку на другую половину кровати. В ушах кузнечным молотом грохотала кровь. Сага зажмурилась ещё крепче, ожидая, что пальцы вот-вот коснутся пустой подушки или — того хуже — незнакомого потного тела. Но они коснулись тёплой кожи, скользнули по рельефному плечу и пробежали по щетинистой щеке. О, эти плечи и эту небритость она безошибочно узнает даже на ощупь!
Под подбородком Хиддена Сага нащупала свернувшуюся калачиком белку, сонно вздрогнувшую от её прикосновения. Хидден мягко перехватил её руку, неспешно коснулся губами тыльной стороны её запястья.
— Если я открою глаза, ты не исчезнешь? — шёпотом спросила Сага.
— Открывай. Я буду здесь.
В это же утро рабочие, разбирающие под контролем госбезопасности обрушившуюся Каланчу, добрались до её цокольного этажа.
— Эй, Макарыч! — крикнул один из рабочих бригадиру. — Тут, кажись, тела… Зови гэбэшников, пусть посмотрят!
Двое — мужчина и женщина — погибли не со всеми остальными жителями Творецка, а гораздо позже — от обезвоживания. Город спас их от взрыва, но не подумал, что им, чтобы выжить, необходима вода и пища, — в отличие от его грифонов, которые могли бы ждать, пока их откопают, месяцами.
— Эй, погоди, там ещё что-то есть.
— Да арматура какая-то…
— Оно шевелится! Видел? Шевелится! Ну-ка, посвети! Вот чё-о-орт…
Человеческий крик, металлический лязг, россыпь высеченных крыльями искр, и на волю вырвалась, сшибая всех на своём пути, металлически сверкающая в солнечных лучах громада — то ли зверь, то ли птица, то ли вообще какой железный робот — не разберёшь.
Разбежавшись, Пандора оттолкнулся от земли, устремился в небо и скрылся за облаками.