Фантомные боли железных грифонов (СИ)
— Парнишка перестраховывается, — покачал головой тот, — я уверен: в защите нет нужды. Тем более — тебе.
— А вот вам бы, пожалуй, стоило, — процедил Корнет Хиддену, бросив перчатки на стол. — Я бы на месте Варвара…
— Эй-эй, парень, полегче! — прервал его Хидден. — Не хами старшим. Не время и не место.
Корнет так стиснул челюсти, что скрипнули зубы.
— Сага, у меня всё готово. — Хидден отключил модуль памяти от компьютера и пошёл к лежащему в центре зала Унн-Урану.
— Можно?.. — Сага протянула руку к модулю памяти.
— Без проблем. — Он отдал ей чёрный пластиковый чемоданчик и в последний момент перехватил её за запястье. — Не забывай: всё, что услышит сейчас Варвар, услышит и Плесень, — тихо сказал он.
Сага кивнула. Ком в горле загустел настолько, что звуки сквозь него уже не проникали. Она подошла к грифону, следившему за ней из-под полуопущенного века, присела на корточки рядом с его клювом, кончик которого прятался меж передних лап.
— Попробуем, да? — беззвучно спросила она.
Подойдя к нему сбоку, Сага вставила модуль памяти в паз на задней стороне его шеи. Модуль с едва слышным жужжанием ушёл внутрь, перья с лёгким металлическим щелчком закрыли паз. Сага сделала пару шагов назад, остановившись напротив Унн-Урана, впилась в него напряжённым взглядом.
Когда её лёгкие начала рвать боль, Сага поняла, что не дышит — задержала дыхание ещё в момент, когда вставляла модуль. Она сделала вдох, и одновременно с этим Унн-Уран плавным движением поднялся на лапы, развернул голову, наводя фокус на Сагу.
Пара секунд ему понадобилась, чтобы синхронизироваться. А потом грифон стремительно и текуче, словно ртуть, шагнул к Саге. Стоявший поодаль за её спиной Корнет ринулся вперёд, но Хидден не глядя, одной рукой ухватил его за шиворот и вернул на место.
Напряжённые желваки Хиддена, сосредоточенный острый взгляд выдавали, что и сам он переживает и начеку. Но он гораздо внимательней и видит мельчайшие реакции грифона: движение молний по его радужке, фокусировку зрачков, едва уловимые колебания «ушек». Сейчас Саге ничего не грозит.
Унн-Уран остановился как вкопанный в миллиметре от её лица, замер. Сага даже не шелохнулась. Ветвистые молнии совершили полный круг по радужке грифоньего глаза. А потом этот огромный железный зверь рухнул — будто встал на колени, положил шею Саге на плечо и обнял распахнувшимися крыльями, стараясь не касаться её, чтобы случайно не порезать острыми перьями. Сага взметнула руки и осторожно опустила их на мелкие железные пёрышки, покрывающие грифонью шею, пальцы пробежались вниз от загривка, и перья переливчато зазвенели под её поглаживаниями.
Глаз Унн-Урана приоткрылся, отыскал Хиддена, сфокусировавшись на нём, мигнул, и тот медленно выдохнул. Кажется, он тоже не дышал с момента активации модуля.
Сага не спрашивала, слышит ли её Варвар. Она и так знала, что слышит. И не может ответить — речевого аппарата у грифонов не предусмотрено. Оставалось лишь говорить самой, но горло свело спазмом и огромных усилий стоило вытолкнуть из него хотя бы слово.
— Я скучаю по тебе, — прошептала она.
Грифон осторожно высвободил шею из-под её рук, потёрся гладким и холодным изгибом клюва о её щёку. В железном горле что-то тихонечко заскрежетало.
Сага погладила покатый клюв Унн-Урана.
— Я так чертовски скучаю, что дышать больно…
Голос сорвался, и дальше продолжать она не смогла. Прижалась лбом к грифоньему клюву, обхватив его ладонями. Она знала, что должна попрощаться. Но слова вязким комом теснились в груди, не позволяя сделать вдох, застревали в горле и липли к превратившемуся в чугун языку.
— Пойдём выйдем, — почти беззвучно сказал Хидден Корнету.
— Я никуда не пойду, — шёпотом отозвался тот. — Вдруг что…
Договорить Корнет не успел: Хидден взял его за шиворот так крепко, что жёсткий воротник рубашки пережал тому горло, и поволок к дверям.
***
— Нужно вернуться! — Корнет нервно расхаживал по лестничной площадке двенадцатого этажа Каланчи. — Вдруг там что-то случится? Или уже случилось! Это слишком опасно!
Хидден стоял, устало привалившись к стене, скрестив руки на груди.
— Там всё нормально, угомонись уже.
— Прошло слишком много времени!
— Прошло минут десять, не больше. Дадим им ещё хотя бы пять.
Корнет полоснул Хиддена гневным взглядом, но ничего не ответил, продолжив расхаживать взад-вперёд.
Сага их опередила — вышла из зала раньше, чем они собрались вернуться. Лицо бледное, строгое, тонкие губы плотно сжаты, под сухими, лихорадочно блестящими глазами залегли серые тени. Протянув Хиддену модуль памяти — она отключила его сама — Сага кивнула и пошла вниз.
— Как вы? Как всё прошло? — спросил Корнет у её спины, но Сага не отреагировала, будто не слышала. — Сага! — Он ринулся за ней, но Хидден вновь перехватил его за шиворот. — Руки свои паскудные уберите! — вполголоса огрызнулся Корнет.
— А ты не лезь, куда не надо, — спокойно ответил Хидден. — Ей сейчас и так тошно, ещё ты тут со своим анкетированием.
Отправив Корнета домой, Хидден привёл грифона в прежний порядок, чтобы утром никто не заподозрил об их ночном тест-драйве, и пошёл вниз. На лестнице между десятым и одиннадцатым этажом застал Сагу. Удивился, но виду не подал, лишь кивнул каким-то своим мыслям и уселся рядом.
Помолчав минуту, она сказала осипшим шёпотом:
— Имей мы возможность хоть как-то дать о нём знать, шансов на успех было бы больше. Шансов на то, что всё это не зря… Так много времени прошло, так много попыток, что я уже и не верю.
— Но так далеко никто ещё не заходил.
— Да. И потерять сейчас всё — это… — Она не договорила, но он понял.
Если что-то пойдёт не так, она потеряет не только едва затеплившуюся надежду, но и скан Варвара, и Унн-Урана, и веру в то, что её муж погиб всё-таки не напрасно. Всё, из чего состоит сейчас её жизнь.
Хидден привстал, вытаскивая из заднего кармана джинсов сложенный в несколько раз листок. Развернул его, протянул Саге. Она уставилась на ряды убористо написанных значков.
— Узнаёшь? — спросил он.
Сага перевела на него потрясённый взгляд.
— Я не могу прочесть, но я видела, как Варвар писал такие же. Откуда это у тебя?
— Я бы на твоём месте спрашивал, откуда у вас с Варваром я.
Сага намёк поняла.
— То есть ты от…
— Тш-ш-ш-ш! — Хидден приложил палец к её губам. — От его друзей, да. Они знают. Они его ждут. Всё получится, Сага.
Он никогда не видел, чтобы чьи-то глаза наполнялись слезами так быстро. Чтобы слёзы текли по щекам действительно ручьями, а лицо при этом оставалось спокойным, застывшим, словно гипсовая маска. Но глаза — глаза кричали до хрипоты и норовили выплеснуть слезами не только всю боль и все надежды, но и всю душу.
— Чёрт! — спохватилась Сага, когда слёзы закапали ей на руки. — Чёрт! — Она резким движением смахнула их со щёк, но без толку — они лились и лились. — Да что за дерьмо! — Сага запрокинула голову, пытаясь остановить непрекращающийся поток, но и это не помогло.
Хидден притянул её ближе и прижал к себе. Она попыталась вывернуться, но он удержал.
— Или так, — вполголоса сказал Хидден, — или мне придётся сидеть и смотреть, как ты ревёшь. Выбирай.
— Так уйди! — всхлипнула она ему в плечо, всё ещё упираясь ладонями ему в грудь, хоть уже и не отталкивая его.
— Не могу, — тихо ответил Хидден. — Ты реви, я не тороплю, — и тёплая полуулыбка коснулась его губ, согревая голос.
— Реветь — это значит… оплакивать его. Признать, что его больше нет, — с отчаянием выдохнула Сага спустя минуту.
— Но его и правда нет, Сага. И это не помешает ему навсегда остаться в твоём сердце. А реветь — это просто реветь. Иногда нужно и так…
Он говорил и говорил ей на ухо успокаивающим полушёпотом какую-то ерунду, прижавшись небритой щекой к её виску и поглаживая её волосы. А когда замолчал, Сага попросила: