Цветы на могиле

Я кивнул. Де-Костер и сержант Даррити ушли, а я опустился на кушетку в гостиной и закрыл лицо руками. Я слышал, как Уилл возится в столовой, разливая виски. Вскоре он вернулся с бутылкой в руках. 
- Пропустишь стаканчик в лечебных целях, Стив? 
Я покачал головой. Уилл наполнил свой бокал. У него был усталый, почти болезненный вид. Уилл сел, уперев локти в колени и держа стакан обеими руками. Он вперил взор в ковер, потом поднял голову и сказал: 
- Стив, я кое о чем умолчал в разговоре с Де-Костером. 
- То есть? 
- Я захаживал сюда, когда ты уезжал. Теперь, после всего этого кошмара, я просто обязан тебе сказать. Попытаться объяснить. Она была мне как сестра, Стив. 
Его голос оборвался. Я застыл как изваяние. 
- Продолжай, Уилл. 
Он вяло взмахнул рукой. 
- Я знаю, что рискую лишиться сокровища, которое так долго лелеял. Нашей с тобой дружбы, Стив. Но если ты узнаешь от кого-то другого, будет ещё хуже. Все было совершенно невинно, Стив, но если тебя просветят какие-нибудь доброхоты, ты можешь решить иначе. 
Он снова умолк. Похоже, Уилл никак не мог найти правильных слов и отчаянно нуждался в помощи. Но я молчал. Пусть попотеет. 
- Она вовсе не была благоразумной молодой матроной, как бы тебе того ни хотелось, Стив. Она старалась стать такой, уверяю тебя! Ради вас с Пенни. У неё были достоинства, которыми пользовались другие. Морин обладала эдакой порывистой щедростью. Она чувствовала себя одинокой и жаждала рукоплесканий, похвалы. В каком-то смысле это было ребячество, и ей приходилось постоянно напоминать себе, что она взрослая. Морин очень ценила тебя, Стив. Твою силу, твое здравомыслие. Когда ты был дома, она совершенно преображалась. 
- Ты собирался поведать мне о своих отношениях с ней, - напомнил я ему. - А вместо этого живописуешь меня как болвана, который не знал собственную жену. 
Я почти кричал, но осознал это, лишь когда умолк и услышал, как тихо вдруг стало в комнате. 
Уилл торопливо осушил бокал. 
- Я тебе уже говорил. И объяснял, почему. Не так уж часто мы с ней оставались наедине. Ни у кого из нас и в мыслях не было заводить шашни. Мы просто болтали, ужинали, иногда катались на машине и обменивались шуточками, способными рассмешить только малое дитя... 
- Как в студенчестве, - вставил я. 
Уилл потупил взор, кожа вокруг его губ побелела. 
- Может, и так, Стив. Наверное, мы оба стремились повернуть время вспять и делали вид, будто нынешнего мира не существует. 
- А потом ты возвращался к Карле. 
Уилл молча разглядывал ковер. 
- Карла знала? 
- Я ей не говорил. Думаю, она не поняла бы. Мне уйти, Стив? 
- Нет, - ответил я. - Полагаю, ты сказал мне правду, а Де-Костеру соврал, чтобы в меру своего разумения уберечь мою мужскую честь. - Я встал. - Поэтому я тебя не выгоняю, Уилл. Но, может быть, тебе лучше вернуться к Карле? 
- Останусь тут. А с Карлой ничего не случится. Может, сумею чем-то тебе помочь. Спасибо, Стив. 
В полной тишине я поднялся по ненавистной лестнице, вошел в спальню и, сбросив башмаки, растянулся поперек кровати. Тьма облепила лицо; я вслушивался в настырный шелест дождя, бившегося в окна, и думал о том, что мне следовало бы уделять Морин побольше внимания. Получше узнать её. Теперь я понимал, что, по сути дела, почти не знал жену. Был слишком занят зарабатыванием денег, потому что считал это своим важнейшим вкладом в семейное благополучие. У меня никогда не возникало мысли обмануть Морин... 
* * * 
Девица пришла ни свет ни заря. Уилл дрых в спальне для гостей, а Пенни ещё не проснулась. Я варил кофе на кухне и ломал голову над самой сложной в моей жизни задачей - как рассказать все Пенни. В этот миг и послышался перезвон колокольчиков. 
За порогом стояла рослая миловидная девушка с приятными чертами, высокими скулами и пухлыми теплыми губами. У неё были огромные темно-карие глазищи и блестящие каштановые волосы до плеч. А общий облик создавал впечатление спокойствия и дружелюбия. 
- Вы, должно быть, Стивен, - молвила она голосом, который был вполне под стать дивному образу. - А я - Вики Клейтон. 
 
Увидев недоуменную мину на моей физиономии, она спросила: 
- Разве Морин никогда не говорила обо мне? 
Ее спокойствие было напускным. На самом деле девица нервничала. Я понял это, увидев, как она сжала пальцами газету, которую держала в руке. 
- Может, и говорила, мисс Клейтон, но сегодня такое утро, что я вполне мог запамятовать. 
- Да, конечно, - она порывисто, сама того не сознавая, коснулась моего запястья. - Извините, Стивен. Дело в том, что когда-то мы с Морин были подругами. 
Мы продолжали беседовать через порог. Наконец я догадался отступить в сторону, и девица вошла в дом. 
- Не желаете ли чашку кофе? - спросил я. 
Девица не стала отказываться и извиняться за то, что явилась так некстати. Вместо этого она просто сказала: 
- Благодарю вас. 
И уселась за обеденный стол. Я принес кофе. Газета уже лежала на столе, и я заметил заголовок. Женщина попала под машину. Бывшая актриса. Жена, мать. Полиция ведет розыск сбившего её автомобиля. 
Я заставил себя отпить глоток кофе. 
- Давно ли вы здесь живете, мисс Клейтон? 
- Нет, всего несколько дней. Приехала навестить родных, позвонила Морин. Мы собирались пообедать и поболтать, вспомнить былое. 
- Вы знали её по работе? 
Вики усмехнулась. 
- Да, но я оказалась совершенно бездарной лицедейкой. 
Послышался дробный топот, и в столовую вбежала девчушка в мятой пижаме. Увидев незнакомку, Пенни стала, как вкопанная, потом поспешно забралась ко мне на руки. Обняв меня за шею, она прижалась носиком к моей груди. 
- Папа! Папа приехал! - Пенни спрыгнула на пол и бросилась на кухню. Я не успел остановить её. 
- Мам! Папа приехал! 
Вики Клейтон побледнела и отвернулась. 
- Мам... 
Увидев, что в кухне никого нет, Пенни вернулась ко мне. Я схватил её и подкинул высоко в воздух. 
- А что, мама ещё спит? - спросила она. 
- Пенни... - начал я и умолк. 
Вики проворно вскочила на ноги. 
- Привет, Пенни. Я Вики. Твоя мама уехала по делам, а я забыла спросить её, что ты предпочитаешь на завтрак. Впрочем, ты и сама можешь сказать мне это, и мы соберем такой завтрак, что ты пальчики оближешь. 
Вики оказалась настоящим даром небес. Она просто замечательно обращалась с детьми и сразу поладила с Пенни. 
А вскоре начались визиты и телефонные звонки, дом наполнился шорохами и приглушенными голосами. По лестнице спустился совершенно трезвый и весьма сердитый Уилл. Он вновь обрел ясность мысли и тотчас вежливо, но твердо взял дело в свои руки. 
Прибыла Карла - толстенькая сытая сорока, которая сегодня почему-то не верещала. Она схватила меня за руку и тихо заплакала. 
Уилл спас меня, приставив жену к телефону отвечать на звонки. 
Воспользовавшись этим, я вышел на кухню. Вики и Пенни уже позавтракали и возились в песочнице на заднем дворе. Кажется, строили городок. 
Приехали полицейские. Опять двое, но другие, не вчерашние. Оба были в цивильной одежде. Один предъявил мне удостоверение лейтенанта отдела по раскрытию убийств. Звали его Лайэм Рейнолдс. Мы уединились наверху. Рейнолдс был молод, хорош собой и совсем не похож на легавого. Скорее уж он смахивал на балетного танцовщика. 
В спальне я указал ему на кресло, а сам присел на пуфик. Лейтенант извинился за визит в такой час и добавил: 
- Но я знаю, вы хотите, чтобы мы его поймали и изобличили. Тут наши желания совпадают, Гриффин, и я его возьму. Надеюсь, он окажет сопротивление при аресте. Слишком много чести - везти его в управление живым. С нашими присяжными он может отделаться десятью годами тюрьмы. 
Рейнолдс умолк и заметно расслабился. 
- Извините. Я тоже женат. У неё такая же фигура и такие же волосы... - он встал и подошел к окну. - Я слишком много болтаю, но мне никогда не нравились твари, которые выползают из-под камней и нападают на женщин.