Враг навсегда (СИ)
Та подскочила со своего места, как ошпаренная.
— Нет, это невозможно! Я не могу это терпеть! Плевать на школу, на все плевать! Пусть горит все синим пламенем! И ты тоже гори в аду, паскуда! — яростно обернулась к невозмутимой Горилиной. — Пусть ты сейчас на коне! Пусть! Это недолго! Я все верну тебе в десятикратном размере!
— Начни с финансового долга, — «мило» улыбнулась ей Диана.
По классу прошелся шепот, перерастая в гул. Ковальчик озадаченно глядел на нас, а Эванс, нервно раздувая ноздри, бросилась к двери.
— Ненавижу вас всех! Жалкая кучка лизоблюдов! Притихли, испугались?! — обернулась на последок.
Все молчали. Ее лучшая подруга теребила тетрадь, не поднимая глаз. Все боялись усилившегося торнадо, по имени «Горилла». Да, сметет на своем пути. Раздавит. Это мы уже выяснили.
— Эванс… — растерянно пробормотал учитель.
— И вы катитесь туда же со своим идиотским позорным костюмом! — абсолютно не в тему гаркнула она, и выскочила из класса.
ГЛАВА 20
АЛЕКС
— Вам не дает покоя мой костюм? — опустил плечи учитель. Медленно оглядел класс, словно не веря в услышанное.
— Просто вы реально не меняете его уже несколько лет, — захихикала Ванесса, позабыв о своих проблемах. — Штопанный-перештопанный.
Алекс внутренне поморщился от ее слов. Раньше бы он даже не заметил ничего такого в этих словах. Он всю жизнь жил с чувством превосходства и вседозволенности, не замечая, что это может ранить других.
— Разве внешняя оболочка важнее того, что у человека внутри?
— Ой, опять вы со своими заумными высказываниями! Да. Нам важно! — сердито заявила Соня. — Это приличное заведение. Здесь всю жизнь учились самые элитные прослойки общества, аристократы с древними родами. А в последнее время школа на не пойми что похожа. Всякие крысы сюда лезут с помоек. А вы еще пример подаете, что можно хоть в обносках ходить.
Горилина на «крысу» никак не отреагировала. Продолжала безмятежно сидеть, на губах ее играла легкая улыбка. Наслаждалась происходящим.
Как же она на себя не похожа.
— Мои… обноски, как вы говорите, — подбирал слова мистер Ковальчик, задумчиво почесав подбородок. — Это не единственный в моем гардеробе костюм. Но единственный, который я ношу постоянно. Потому что мне он нравится. Мне он дорог. Его сшила моя супруга, она работала в ателье. Представляете, она незаметно от меня снимала с меня мерки, когда я спал, в течение нескольких недель, — улыбнулся он, вспоминая. — Без единой примерки костюм идеально сел. Это был ее подарок на мой день рождения.
Почти незаметно он провел заботливым движением пальцев по лацкану, словно поглаживая.
— Почему же она не сошьет вам другой костюм? — раздался с задних парт голос О'Лири.
И едва он спросил это, как в классе разразилась тишина. Ковальчик еще не успел ответить, как все поняли, что не просто так. Пристыженно притихли.
— Потому что ее нет в живых, — с болью в голосе ответил учитель. Отвернулся от окна и, не допуская паузы, нарочито бодрым голосом произнес: — Так, ну ладно. Давайте начнем урок. У нас сегодня просто масса интересного!
Весь урок Алекс витал в облаках, поглядывал за Дианой. Сам не знал почему, но глаза словно магнитом к ней притягивало. Куда бы он не посмотрел, она непременно входила в поле зрения.
На уроке физкультуры они бегали по стадиону под свисток мистера Робертса, как она сама неожиданно подбежала к нему, пропустив Долговязого Патрика вперед. Тот аж нервно дернулся и сконфуженно убежал вперед. За Алексом бежали другие парни неровной цепочкой, но он сразу понял, что она хочет поговорить, поэтому они оторвались немного вперед, за сорвавшимся с места Патриком.
— Чего тебе? — резко бросил ей, сдувая отросшую челку.
Раньше даже за его волосами следил Тейлор, приглашая в определенное время стилиста на дом, который занимался его волосами. Теперь они отросли, топорщатся как солома. Алексу пора бы навестить обыкновенную парикмахерскую.
— Ты закрыл банковский счет в семейном банке, — не спросила, а констатировала факт.
— И что? Он все равно пустой. Я хочу пользоваться другим банком.
— Тогда дай мне номер счета твоего нового банка, который тебя обслуживает. Я хочу вернуть тебе тридцать тысяч фунтов. За аукцион. Ведь вещь в итоге вернулась к хозяйке.
— Не парься, — фыркнул юноша, жестко усмехнувшись. — Я использовал деньги отца, то есть, по сути твои же деньги. Так что не нужно ничего возвращать.
— Я не хотела говорить раньше времени, чтобы это не звучало пустым обещанием. Но, кажется, молчать тоже трудно. Как только все инициированные банкротства и финансовые проблемы сам знаешь кого примут окончательную фазу, я верну тебе твое наследство. Я просто не хотела чтобы ты мешал и защищал их.
— Ты что-то путаешь, — недовольно швырнул ей он. — Называя это наследство «моим». Не было оно моим никогда, поэтому не испытывай угрызения совести не по делу.
— Но я…
— Господи, да я в порядке! Я не реву в подушку от горя, не представляю, что было бы, если бы… Я абсолютно нормально все воспринимаю. Эти деньги твои.
— Но ты сам знаешь, почему они стали моими…
Алекс чуть не споткнулся. Схватил ее за предплечье и оттащил в сторону, позволяя удивленным одноклассникам обгонять их.
Мрачным и нехорошим взглядом уставился на девушку.
— Он… к тебе прикасался?
Диана изумленно захлопала черными ресницами. Эта реакция вызвала в нем чувство облегчения.
— С ума сошел?! Я имела ввиду, что он полюбил меня, и за это испытывал вину.
— Обычно вину испытывает по другому поводу. Поэтому я и спросил, — он взглянул на ее восхитительно порозовевшие щеки.
— Твой отец никогда меня не трогал.
— Мне странно понять его мотивы.
— Может, потому что ты никогда не любил?
— Абсолютно дурацкая тема для разговора. Не желаю в нем участвовать. — Алекс побежал вперед, чувствуя, как между лопаток жжет ее цыганский бездонный взгляд.
— Ди, ну что у вас там? — крикнул мистер Робертс.
— Бегу! — ответила она и припустила вперед, обгоняя Алекса. Невольно он залюбовался ее стройной фигурой, изгибы которой не скрывал спортивный костюм.
— Оцениваешь аппетитную задницу Гориллы? — раздался из-за плеча насмешливый голос Джексона.
— А что, не могу? — в тон ответил ему Алекс.
— Тебе там ничего не светит. Между вами слишком много всего произошло. Не очень хорошего я имею ввиду.
— Как сказать, — пробормотал юноша, вспоминая поцелуй. И тот случай на яхте. Они правда совсем детьми были, а он лапы распустил. Но она, кажется, не была против.
— Тебе нравится цыганка? — удивился Джексон. — Я думал ты ее терпеть не можешь.
— Не могу. Но это не мешает мне любоваться ее задницей, как ты сам говоришь, — пожал плечами Торнхилл, пожалев, что вообще заговорил об этом.
Теперь друг обязательно будет видеть в этом что-то большее, раздувать из мухи слона.
Так и есть. Тот сразу же присвистнул, посмеиваясь.
— Ну теперь богатой принцессе нет дела до нищего пастушка.
— Да катись ты лесом, Джекс, — пихнул локтем в бок этого придурка и побежал вперед.
**
ДИАНА
Сегодня вечером в конюшне было тихо. Где-то в стойле ковырялся Стефан, а в соседнем коридоре матерился главный конюх.
Вообще-то я больше не нуждалась в работе, но не стала ее бросать. Я слишком привыкла к лошадям, они меня успокаивали. Я их, правда, полюбила. Здесь мне было хорошо, конюшня стала для меня самым приятным местом в школе. Единственным, наверное.
Стефан увлеченно ковырялся около лошади, делая вид, что меня нет. Мне было больно от этого.
Нос его уже почти зажил, и выглядел он так же, как всегда. Не считая его поведения. Наверное, он винит меня во всем.
Покормив последнюю лошадь и убрав за ней, я не выдержала и подошла к нему, стаскивая рабочие перчатки.
— Стефан…
От звука своего имени он дернулся и пролил воду. Но повернулся ко мне, жгуче покраснев.
— Ты меня как будто избегаешь, — тихо проговорила я, нервно жуя губы.