Ведьмы не стареют (СИ)

  
Ведьмы не стареют
   
Глава 1. Где мое письмо из магической академии?
 
Я всегда жила в ожидании чуда. Как ни странно, а чем старше становилась, тем больше надеялась… Надеялась на то, что приедет принц на белом коне, постучит копытом и увезет меня в свой особняк, да буду жить, как королева, наслаждаясь жизнью. Но конь задерживался, принц куда-то свернул не туда, и я все так же оставалась в гордом одиночестве. Даже кота так и не завела, хотя все чаще об этом задумывалась. К моим двадцати пяти годам, казалось бы, нужно было определиться в жизни. Университет позади, а работа…. Да какая это работа? Так, призвание, но никак не материальное благополучие. Социальных работников не особо жалуют. Возможно, причина в куче мошенников, которые плодились как грибы после дождя. Оно и не удивительно, бедные пенсионеры, выживающие на скромную пенсию, боялись потерять кровные и слишком скептически относились к любой помощи, подозревая везде и во всем обман.
Я тяжело вздохнула. Не так я представляла свою жизнь. В детстве я мечтала заниматься чем-нибудь более глобальным, изменить мир к лучшему. На худой конец сделать карьеру. Училась я хорошо, закончила художественную академию, но время летело так быстро, а я оказалась слишком медленной. В эпоху нейросетей, фотошопа и других вспомогательных программ, я со своими акриловыми и масляными красками осталась невостребованной. Это обидно. Столько лет учиться и не найти себя. Когда поступала, думала, что стану реставратором, прикоснусь к полотнам великих художников. Но…
Я вздохнула и приоткрыла глаза, оглядывая битком забитый вагон метро. Хотелось спать. Подавив зевок, я лениво рассматривала пассажиров. Изо дня в день одни и те же замученные недовольные лица. Пять лет назад, когда я только переехала в Москву, мне казалось странным, что люди здесь столь неулыбчивы. Но поработав пару месяцев я стала такой же — вечно уставшей, не выспавшейся, замученной. Но это не самая большая проблема в моей жизни.
В просторном вагоне метро, разбросаны угрюмые серые лица с пустыми взглядами и безликими масками выражений. Это обычные пассажиры, растворившиеся в однообразии и скуке. Они сидят, повернув головы к окну, словно ищут спасение во внешнем мире, который скользит мимо изящной игрой света и тени. Но ни один из них не видит, что они сами — часть этого мира, часть этого невероятного спектакля, который разворачивается каждый день в пределах черт города.
Но мои глаза невольно смотрят вдаль, за пределы стекла, и обнаруживают радость в поиске отличий. Среди этих мгновений я вдруг замечаю загадочную пару — старик и девочка, соединенные неожиданной связью, которую только я могу уловить. Седины ледяных волос старика контрастируют с молодой и невинной пышной русой косой девочки. Они о чем-то увлеченно разговаривают, но мое воображение подсказывает иное. Они выглядят, как Снегурочка и Дед Мороз, и в серых буднях это смотрится грустно. Душе сразу захотелось праздника.
Соседними местами сидят два совершенно разных мужчины. Один впечатляет своим размером и мощью. Видно, что в его глазах живет искра невероятных идеалов и страсти. В его сложенных руках, подобных легендарному Атланту, лежит толстая книга с позолоченной обложкой. Другой, менее заметный, выделяется своим незыблемым спокойствием и умиротворением. Его длинные седые волосы, проплетенные в тонкие косички, придают ему образ мудреца старой школы или умудренного веками эльфом.
Однако среди всех этих странных личностей, мой глаз улавливает самую загадочную и притягательную фигуру. Женщина с шарфом, завязанным неровным узлом на шее, притягивает к себе все внимание моего воображения. Ее темные глаза горят жаждой приключений, а улыбка, невидимая для других, окутывает ее лицо сладостной тайной. Она сидит одна, вдали от всех, словно держит невидимую дистанцию. Я бы назвала ее ведуньей.
Внешний хаос растворяется внутри меня, создавая мой личный мир магии и загадки. В вагоне метро царит сплошная атмосфера мрачности. Пассажиры, лица которых отражали усталость и уныние, злобно торопятся на работу или домой после тяжелого рабочего дня. Взгляды их утомленные, словно потускневшие зарницы, а души, кажется, пронизаны бесконечной усталостью и мощным давлением повседневности.
 
Замысловатые полуулыбки, скрытые за масками сонных лиц, не могут скрыть истину — метро для них стало не более чем вагоном на пути к обязанностям и проблемам.
Внутри, в чередующихся рядах, сидят те, кто пытается еще сохранила хоть каплю жизненного духа. На одном краю — мечтатели с сияющими глазами, которые украдкой читают книги или пишут свои мысли в смартфонах, желая вырваться из этой суеты. С другой стороны — настоящие воины, устремленные, забывшие, что такое отдых и хорошее настроение.
Вопреки всеобщей тоске и унынию, казалось бы, что-то все-таки светит в глазах у некоторых. Случайные улыбки пробиваются сквозь преграды скрытия, искрами рассеянного счастья.
Замученные суетой, пассажиры продолжают бороться, даже если сами не сознают этого. Их дыхание, тихие вздохи и дремотные монологи создают призрачный хор, сквозь который проникает музыка вагонных колес.
Метро — парадоксальное место, где отражаются взлеты и падения каждой жизни. Здесь, в этом море угрюмости и усталости, прячутся скрытые истории. Неприметные фигуры, на первый взгляд беспомощные, все же несут с собой багаж безграничной силы и смекалки.
Так и проходит время, а возможно и жизнь… в вагоне метро — незаметно и безлико, но в каждом мимолетном лице, в каждом замерзшем взгляде есть своя история, своя тайна. Ведь именно в этом темном море скрыты, каждого из нас — путешественников, эмигрантов и мечтателей — наши судьбы и наши истинные лица.
Вообще, я с детства отличалась хорошим воображением. Всегда видела то, чего не свете вообще не может быть. Поэтому творческая профессия была бы лучшим выбором. Мама рассказывала, что я замечала вещи, которые никто не видел, а школьный психолог сообщил, что это всего лишь особенность, тот самый творческий подход. Но я взрослела, а видеть странные вещи не перестала. И это пугало.
Вот как бы это объяснить?! Смотрите, по вагону метро быстро перемещается маленький гном. Он крошечный, сантиметров пятнадцать высотой. Гном мчится в конец вагона, перепрыгивает через ноги пассажиров и тихо бурчит что-то под нос. Но никто не обращает на него внимания. Все просто — его никто не видит. Кроме меня. Наверное, с подобным стоило бы обратиться к психиатру или, на худой конец, к психологу, но я очень боюсь, что это все окажется галлюцинациями или какой-нибудь шизофренией. Кому хочется жить с такими диагнозами? Вот и я не хочу. Так что пусть воображение шалит дальше.
Выйдя на станции Царицыно, я огляделась и направилась в сторону первого вагона в центр. Миновав ступеньки и турникет, свернула налево и поднявшись по лестнице свернула направо. Дорога была под наклоном и приходилось идти в небольшую горку. Райончик так себе. Кругом старые дома, которые явно нуждаются…в сносе. Но реновация дойдет до них нескоро. А, впрочем, зачем я размышляю на этот счет?
Пройдя через двор с разбитыми качелями, перешла дорогу и ступила на асфальтированную тропинку, которую прокладывали в каком-то бреду, ибо петляла она очень активно.
Нужный дом уже был виден. На лавочке перед подъездом две бойкие старушки обсуждали последние новости, не забывая попутно окрестить всех мимо проходящих куртизанками, а потом сетовали на нынешнюю молодежь, ведь раньше такого не было. Ну в это «ихнее время».
Проверив в телефоне номер квартиры, я набрала нужный код на домофоне и глубоко вздохнула. Всегда волнуюсь, когда приходится по работе сталкиваться с людьми, а в этом, собственно, и состоит вся моя работа — постоянное взаимодействие.
— Я сказала, что ничего покупать не буду! — гаркнул бодрый старушечий голос на меня из динамика, от чего я чуть смартфон не уронила.
— Здравствуйте. Это Ванда, работник социальной службы, — как можно увереннее ответила я, слыша, как моей спиной вовсю шушукаются старушки.