Кровь на клинке

Усевшись за стол, ювелир достал из кармана пенсне и, протерев стекла тряпочкой, откашлялся:
– Что ж, ваше сиятельство, присаживайтесь, и давайте начнем.
– Похоже, камни вам уже понравились, – не удержавшись, усмехнулся Шатун.
– Признаться, мне не терпится как следует их рассмотреть, – смущенно улыбнулся ювелир. – Давно я не видел камней такой чистоты.
– Однако, – удивился парень. – Вы и видели их только мельком, и уже успели оценить чистоту?
– Ох, ваше сиятельство, я занимаюсь своим делом уже почти сорок лет и всякого повидал, – грустно улыбнулся мастер.
– Что ж, извольте, – кивнул в ответ парень, выкладывая на стол бархотку с камнями.
Бережно развернув ткань, ювелир вставил в глазницу ювелирный монокль и, взяв кончиками пальцев ближайший камень, развернулся к свету. Медленно вращая сапфир, мастер примерно минуту изучал его, после чего, аккуратно положив на стол, взялся за следующий камень. Руслан, которому просто так сидеть было скучно, вернулся к изучению ювелирных инструментов. К его огромному удивлению, такой набор очень бы подошел для работы с оружием.
Оглядевшись, парень приметил в углу токарный станок с ножным приводом и, поднявшись, присел перед станком на корточки, внимательно его рассматривая.
– Я слышал, что вы увлекаетесь механикой, но не думал, что это старье может привлечь ваше внимание, – произнес ювелир, заметив его интерес.
– Старье? – оживился Руслан. – А где можно увидеть более современный станок?
– Боюсь, только за границей, – грустно вздохнул мастер. – Я думал выписать новый, но он стоит столько, что мне и за год не заработать.
– А если точнее? – подтолкнул его Шатун.
– Ежели из Голландии выписывать, то семь тысяч, а ежели из Германии, то все девять.
– А с чего такая разница? – не понял парень.
– У немецких комплект резцов прилагается, да и сам станок получше будет, – снова вздохнул ювелир. – Он вращается побыстрее и усилия меньше прилагать приходится. Там шестеренки так поставлены, что от малого усилия больше мощности выходит.
– Повышающий редуктор, – сообразил, о чем идет речь, Руслан.
– Сразу видно образованного человека, – уважительно закивал мастер.
– Что там насчет камней? – напомнил Руслан, поднимаясь.
– За всю эту партию я готов предложить вам сорок три тысячи рублей на ассигнации, – помолчав, ответил ювелир, испустив страдальческий вздох.
– Сорок пять, и камни ваши, – чуть подумав, выдвинул Руслан свои условия. – И давайте сразу договоримся. Без торга и долгих рассказов о ваших голодных детях. Торговаться я умею, можете мне поверить. Ту т время дорого.
– Торговаться с вами?! – изумился ювелир. – Я еще не лишился последнего разума, ваше сиятельство. Хорошо. Пусть будет по-вашему. Единственное, о чем я вынужден вас просить, подождать три дня. Мне нужно собрать всю сумму.
Руслан помолчал, делая вид, что обдумывает условия, после чего, махнув рукой, согласно кивнул:
– Добре. Три дня. С камнями поступим так. У вас есть какая-нибудь шкатулка, которую можно запереть на замок?
– Найдется, – удивленно кивнул мастер.
– Несите, – решительно скомандовал парень.
Кряхтя, ювелир выбрался из-за стола и, выйдя, вернулся через несколько минут, неся в руках малахитовую шкатулку с роскошной резьбой и крошечным навесным замочком.
– Этот ящичек сам по себе украшение, – оценил Руслан шкатулку.
– Племянника моего работа, – гордо выпрямился мастер.
– Это тот, от которого я тогда серьги брал? – припомнил Шатун.
– Он самый, ваше сиятельство, – обрадованно кивнул мастер. – Я для него камни и беру. Думаю, ему хватит умения создать из них настоящую красоту.
– Было бы интересно посмотреть, – усмехнулся Шатун.
– Обязательно сообщу вам, как только изделие будет готово, – истово пообещал мастер, назвав будущее украшение именно этим словом. Изделие.
– Скажите, мастер, а что нужно, чтобы заказать такой станок и вот такой инструмент? – спросил Руслан, аккуратно перекладывая камни в шкатулку.
– Мне надо списаться с родственниками и сделать заказ. И как только они сообщат, что заказ готов, выслать деньги, – развел ювелир руками.
 
– И что, никакого аванса? – удивился Шатун.
– Ваше сиятельство, это же родственники, – укоризненно протянул мастер.
– Ну, родичи, они разные бывают, – скривился Руслан, припомнив недавнюю историю с папашей.
– Даже если я не выкуплю заказанное, они найдут, кому продать тот инструмент, – отмахнулся ювелир.
– Значит, станок девять тысяч. А набор инструментов сколько? – принялся подсчитывать парень, ловко обматывая шкатулку тонкой бечевкой.
– Вот такой ровно тысячу, – грустно вздохнул мастер.
– Списывайтесь. Я куплю, – решительно кивнул Шатун.
– Ой вей! Но зачем вам?! – всплеснул ювелир руками. – Это ж такие деньги, такие деньги!
– Таким инструментом очень удобно работать с оружейным механизмом, – коротко пояснил Шатун. – Там тоже есть маленькие винтики и тонкие штифты.
– Но зачем вам новый?! – не сдавался мастер. – Купите себе старый, а новый оставьте тому, кто будет его пользовать, как надо.
– Уж простите, но покупать старый набор за тысячу, это уже мотовство, – осуждающе проворчал парень.
– Да почему за тысячу? Возьмите за пятьсот, – не сдавался ювелир.
– Вот привезете все заказанное, тогда и подумаю, – помолчав, решительно свернул Руслан этот пустой спор.
В коридоре раздались быстрые шаги, и заглянувшая в мастерскую женщина негромко позвала:
– Дядюшка, вы срочно нужны в зале.
– Иду, Розочка, иду, – засуетился мастер. – Покорнейше прошу меня извинить, ваше сиятельство, – поклонился он Руслану, и девушка изумленно ахнула, глядя на парня во все глаза.
– Сейчас я завяжу узелок, и вы навесите замочек, – кивнул Шатун, быстро вывязывая узел. – Ключ оставьте у себя. Так и вы, и я будем уверены, что в этой шкатулке лежит именно тот товар, который вы решили приобрести.
– Умно, – оценил ювелир, ловко защелкивая крошечный замок. – Мне подобное и в голову не пришло.
– Я стараюсь вести дела честно, но подобный способ позволяет и противной стороне сохранить честь, – пожал парень плечами, заворачивая шкатулку в бархотку, в которой принес камни.
Выйдя следом за мастером в торговый зал, он огляделся и, увидев, что шумное семейство все еще здесь, едва заметно усмехнулся.
– Я пришлю весточку, ваше сиятельство, сразу, как все будет готово, – кланяясь, заверил мастер.
– Буду ждать, – кивнул Шатун, выхода из-за прилавка.
– Прошу прощения, господин штабс-капитан, – неожиданно обратился к нему владелец курятника, устроившего в лавке бедлам. – Позвольте представиться, граф Лопухин, Семен Савельевич.
– Князь Ростовцев, Руслан Владимирович, к вашим услугам, – щелкнул Шатун каблуками.
– Ростовцев? Уж не Владимира ли Ивановича сын? – оживился граф.
– Он самый, – нехотя кивнул Руслан.
– Так ведь он в эти края и отправился. Не к вам ли?
– Да, он был тут, – снова кивнул Руслан. – Но случилась беда. Выехав обратно, папаша нарвался на разбойников и был убит. Три месяца уж миновало.
– Ох, ты ж господи, – растерянно перекрестился граф. – Вот ведь незадача.
– Он вам что-то был должен? – мрачно насупившись, прямо спросил Шатун.
– Господь с вами, – отмахнулся граф. – Уж простите великодушно, но в долг ему давать всегда себе дороже было. Нет. Просто в столичных салонах уже давно слухи ходят о его сыне, настоящем богатыре статью и с такими же глазами, как у князя. Вижу, слухи были правдивы. Вот и решился вас остановить, – смущенно улыбнулся граф, утирая шею большим клетчатым платком.
– Если я правильно помню, семейство Лопухиных имеет также княжеский титул, – сделал вид, что задумался, парень.
– Младшая ветвь младшей ветви, – развел граф руками.
– А в наши палестины каким ветром? – решил поддержать Шатун светскую беседу.
– Супругу на воды вывез. Да и сыро сейчас в столице. Дожди сплошь льют. Вот и решил еще хоть малость тепла ухватить.