Кровь на клинке
– Господа, мне сказали, что это вы те самые легендарные офицеры, которые сумели навести в городе порядок. Это так, или надо мной подшутили?
– Прошу великодушно простить, сударыня, но не имею чести вас знать, – справившись с удивлением, предельно вежливо отозвался Рязанов.
– Вышинская, Марина Львовна. Вдова полковника Вышинского, – не растерялась женщина.
Поведение ее выбивалось из рамок правил приличий, но вдовам тут прощалось и не такое.
– Весьма рад знакомству, сударыня, – поклонился граф. – Майор, граф Рязанов, Михаил Сергеевич. Мой сослуживец, штабс-капитан, князь Ростовцев, Руслан Владимирович, – представил он приятеля.
– А чего это ваш сослуживец все молчит? – тут же вцепилась в Руслана вдова.
– Согласно уставу, сударыня. Пока говорит старший по званию, младшему надлежит молчать, – выкрутился Шатун.
– Так вы же сейчас не на службе, – удивилась женщина.
– Увы, сударыня, но мы на службе всегда. Дремать контрразведка не имеет права, – усмехнулся майор.
– Ах, вот оно что, – понимающе кивнула вдова. – Теперь многое становится понятным.
– Что именно, сударыня? – едва заметно насторожился Рязанов.
– Все рассказы о ваших подвигах и суровых делах. Помнится, муж мой, царство ему небесное, о службе вашей отзывался с заметным почтением.
– Приятно слышать, – поблагодарил Рязанов, жестом подзывая лакея, разносившего вино. – Но я не помню вас среди жителей нашего города.
– А я тут и не живу, – небрежно отмахнулась вдова. – У меня имение в Ставрополе, а сюда я к кузине погостить третьего дня приехала. Она за жандармским подполковником замужем. Он тут у вас всеми жандармами командует.
Друзья только быстро переглянулись при таком заявлении. Это вполне могло оказаться попыткой местной жандармской службы провернуть какую то операцию с их якобы случайным участием.
– Скажите, граф. А это правда, что вы сумели отбить у горцев целую семью, притом не уплатив им ни копейки? – между тем продолжала спрашивать женщина.
– Правда. Семья купца первой гильдии Миронова, Сильвестра Семеновича, слава богу, жива и здорова. И выкуп абреки не получили.
– И как вам это удалось? – тут же заинтересовалась вдова, рассматривая друзей блестящими от любопытства глазами.
– А вот тут моему приятелю, как говорится, и карты в руки, – тут же открестился майор. – Операцию эту он проводил.
– Расскажите, Руслан Владимирович, – с ходу насела вдова на парня.
– Да там и рассказывать особо нечего, – отмахнулся Руслан. – Горцы хотели купца до нитки обобрать, да не учли, что в дело мы вмешались. Вот мои казаки и смогли их выследить да окружить. А как дело до драки дошло, всех и положили. Только четверых для обмена живыми оставили. Так и сменяли.
– А правда, что с горцами теми вы сами говорить ездили?
– Ну, а как иначе? Купец человек не военный. За семью беспокоится. Мог и лишнего наговорить или упустить чего.
– А вы, значит, не волновались? – не унималась вдова.
– А мне-то с чего волноваться? – не понял Руслан. – Такие ситуации разбирать моя работа. Точнее, одна из.
Пока они говорили, граф отступил к какому-то чиновнику в гражданском мундире и принялся что-то тихо с ним обсуждать. Судя по его серьезному лицу, разговор явно шел не о погоде и видах на урожай. Так что сдерживать натиск полковничьей вдовы Руслану пришлось одному. В зале зазвучала музыка, и молодые пары закружились в мазурке. Обернувшись на них, женщина отдала свой опустевший бокал проходившему мимо лакею и, повернувшись к Руслану, чуть смутившись, попросила:
– Руслан Владимирович, пригласите меня на тур вальса.
– С удовольствием, сударыня, – осторожно поклонился Шатун, мысленно выругавшись. Танцор из него пока был плохой.
Но как только зазвучали первые такты вальса, подал женщине руку и повел ее на середину зала. Танцевала вдова с удовольствием. Скользя в танце, она чуть прикрыла глаза и, откинувшись назад, не стеснялась опереться на руку партнера. Сделав положенный поклон, Руслан уже собирался проводить вдову к ее компании, когда Марина Львовна, подхватив его под локоть, тихо попросила:
– Руслан Владимирович, позвольте мне остаться подле вас.
– Вам кто-то угрожает? – моментально подобрался Руслан.
– Господь с вами. Нет. Просто муж кузины моей человек желчный и язвительный, подобных развлечений не одобряет. И как следствие, рядом с ним всегда находятся люди такого же характера. Сил нет выслушивать это нытье, – удрученно вздохнула вдова, пряча усмешку в уголках губ.
– Почту за честь, Марина Львовна, – вздохнул Руслан, подводя ее к столу с закусками.
* * *– Тебя можно поздравить? – ехидно усмехаясь, поинтересовался Рязанов, не спешно попивая кофе.
– С чем это? – спросонок не понял Руслан.
– Ну как же?! Вдова полковника сделала все, чтобы весело провести время, а ты, если я не ошибаюсь, домой только под утро явился. Так что?
– Любопытство погубило кошку, – отделался Шатун старой английской поговоркой. – Да и не сказать, что все было так уж радужно. Уж прости, но гостиницы наши оставляют желать лучшего.
– Так ты нумер в гостинице снял? – удивился граф.
– А ты прикажешь сюда ее везти? – фыркнул Руслан в ответ. – Нет уж. Что мое, то только мое. И чужим там места нет.
– Это ради бога, – тут же согласился майор. – Но вот в чем беда. Ты случаем не забыл, друг мой сердечный, к кому это вдовушка приехала?
– Если ты про жандармов, то нет. Не забыл. И даже револьвер под подушку переложил. В общем, любому, пытающемуся нарушить наше уединение, сильно бы не поздоровилось. Даже жандармскому подполковнику. Я в такой ситуации сначала стреляю, а только после спрашиваю, кого там принесло.
– Полезная привычка в наших реалиях, – иронично усмехнулся Рязанов. – А ежели серьезно? Она никаких особых вопросов не задавала?
– Обычное женское любопытство, – решительно мотнул Руслан гривой.
– Ну, дай-то бог, – вздохнул граф и, допив кофе, проворчал, расправляя плечи и выгибаясь в пояснице: – Господи, как же не хочется опять в кабинете целый день сидеть.
– Так не сиди, – развел Руслан руками. – Чего тебе там делать? Отчеты ты генералу отправил, новых дел у нас нет. А кому сильно понадобится, может и сюда приехать.
– Так-то оно так. Да только документы у меня в сейфе остались. Дел вроде и не много, а держать их в порядке приходится. Иначе потом вообще не разгребешь.
– Твои люди знают, где ты живешь? – чуть подумав, спросил Руслан.
– Само собой. Сам знаешь, иной раз нам и ночью действовать приходится.
– Ну и не мудри. Съезди к себе, забери нужные документы и возвращайся. Только охрану с собой возьми. Ту т и поработаешь.
– А ты? – насторожился граф.
– А я сегодня никуда не собираюсь, – отмахнулся Шатун. – В мастерской у меня казачок работает. К слову, ему там дел на пару дней осталось. Потом опять начнем в потолок плевать. В городе весь чугун выбрали, да и кислота кончается. Про хлопок я вообще не вспоминаю. Его даже на базаре нет. Словно в Бухарском царстве его сажать перестали.
– Мастеровые разобрали. Нитки тянуть да полотно ткать, – понимающе пояснил Рязанов.
– Что-то я не помню на базаре хлопковых тканей, – задумался Шатун.
– Их для бедноты да мастеровых держат. Выходит, у тебя сегодня выходной?
– Можно и так сказать. После ночных скачек спина опять разболелась, – нехотя признался Руслан.
– Может, доктора вызвать? – забеспокоился майор.
– Да был я у него, – отмахнулся парень. – Сказал, придется терпеть, пока все не заживет, – вздохнул он, осторожно поводя плечами. – Думал сначала на стрельбище съездить, да потом решил просто передохнуть. Даже к Саньке Мишку послал, чтобы самому не ходить.
– И стоило связываться? – фыркнул граф. – Что ты с той лавки имеешь? Кошкины слезы.
– Не скажи, – лукаво усмехнулся Шатун. – Она под моим именем хорошо развернулась. Почитай, весь соседний квартал у нее покупает.