Муж напрокат (СИ)

― Уже завтра?
― А чего нам ждать?
Он слегка покачал головой и отвел взгляд.
― Нечего, ты права. ― Он помолчал несколько секунд, а потом снова посмотрел на меня. ― Поехали домой.
  
Глава 31
 
― Нора, ты не понимаешь, что в моем положении такое есть нельзя? И вообще, сделай мне смузи из зеленых овощей и петрушки. Я на форуме вычитала, что это полезно. Давай, и побыстрее. Я буду в библиотеке.
Как только мы вошли, услышали голос Карен, и я слегка притормозила. Еще ни разу не чувствовала себя настолько лишней в квартире Колина. Даже дети, которых мы забрали по пути домой, за моей спиной притихли. Мы начали раздеваться, когда послышалось бурчание Норы:
― Что тебе делать в библиотеке? Я даже сомневаюсь, что ты читать умеешь.
Я хихикнула, но попыталась это скрыть, потому что Колин был рядом.
― Давайте, дети, раздеваемся.
― Лана, помоги мне снять сапоги, ― попросил Ноа.
― Ты уже большой парень, Ноа, ― ответил ему Колин, ― и вполне способен снять сапоги.
― Но я устал сегодня, ― канючил он.
― Как и я. Но смотри: я ведь сам снимаю свою обувь, ― Колин наклонился и в подтверждение своих слов расшнуровал туфли и стянул их. Ноа внимательно проследил за его движениями и, кряхтя, снял сапожки. ― Молодец, ― похвалил его Колин и потрепал по макушке.
― О, дорогой, ты вернулся, ― внезапно прервала нашу идиллию Карен, показавшаяся в коридоре. Она широко улыбнулась и проковыляла к Колину, как будто беременна уже, по меньшей мере, месяцев семь. ― Я тут учу твою экономку правильно кормить меня и нашего сына.
Она перевела взгляд на меня и задрала подбородок, а я помогла Ноа выпутаться из куртки и подтолкнула детей из коридора. Скандалить или даже просто выяснять отношения с беременной женщиной ― это последнее, чего мне хотелось. Я правда пыталась свыкнуться с мыслью о том, что Колин мне не принадлежит, что его невеста беременна и совсем скоро меня не будет в их жизнях. Как бы больно ни было, мне нужно было просто принять это и жить дальше.
Ужин прошел под щебетание Карен. Мне едва удавалось заталкивать в себя кусочки божественно приготовленной Норой рыбы. Все время тошнило, и я через силу сдерживала порывы подскочить и скрыться в своей спальне. Ноа с Вики тоже были вялыми и недовольными, под стать своей тете. Когда мы наконец оказались с ними в комнате Вики, я обняла обоих детей и прижала к своему телу.
― Завтра будем собирать вещи, а в субботу переедем домой.
― Ура! ― воскликнула Вики и повисла на моей шее.
― А Колин поедет с нами? ― с надеждой спросил Ноа.
― Нет, малыш, Колин останется в своем доме.
― А почему он не поедет с нами?
― У него здесь своя жизнь.
― Линда сказала, что, когда мы поженимся и я стану ее мужем, я не смогу жить с тобой и буду должен ходить на работу и кормить наших детей. А еще постоянно спать с ней в одной кровати. Я согласился, потому что она сказала, что муж и жена не могут жить отдельно. Тогда почему вы с Колином можете?
Я улыбнулась.
― Линда, значит?
― Да.
― А куда подевалась Кристина?
― Она вчера разозлилась на меня и разрушила мою башню. Я не могу жениться на девочке, которая разрушает мою башню.
Мы с Вики захихикали. Племянница встала и начала выкладывать на стол свои вещи из ящиков.
― Что ты делаешь?
― Я оставлю только то, что нужно для школы, а остальное могу и сегодня собрать. Где можно взять коробку?
― У Норы, ― я внимательно смотрела на то, как она старательно ― стопка к стопке ― складывала свои книги и тетради. Вики не терпелось поскорее вернуться домой.
― Пойду возьму. ― Она встала и вышла из комнаты, а Ноа вернулся к волнующему вопросу.
― Ну как Колин будет кормить нас, если будет жить отдельно?
― Ноа, ― я погладила племянника по голове, ― малыш, здесь все немножко сложнее.
― Но ты же его жена! ― не унимался он. ― А кто такая эта Карен?
Ну вот как четырехлетнему малышу объяснить нашу сложную ситуацию так, чтобы он понял? Ее даже не каждый взрослый поймет, что уж говорить о детях?
 
― Слушай, Ноа. Вряд ли я смогу объяснить тебе все как есть. Но ты должен просто свыкнуться с мыслью, что Колин не будет с нами жить.
― А он будет отвозить меня в садик?
― Нет, мы будем ходить туда пешком, как и раньше.
― И я никогда больше не покатаюсь на его «Ауди»?
― Почему же? Завтра ты на ней отправишься в садик и обратно.
― И все?
Я вздохнула.
― Да, малыш, боюсь, что все.
― И он не будет к нам приезжать? Никогда-никогда?
― Буду. Причем регулярно, Ноа, ― послышался от двери голос Колина, и я притихла. Он стоял в проеме, спрятав руки в карманах. А потом подошел и присел на корточки перед диванчиком, на котором мы сидели. Положив большие ладони на колени Ноа, Колин заглянул в глаза малыша. ― Я теперь несу за вас с Вики ответственность, понимаешь? ― Ноа кивнул. ― Поэтому я теперь обязан вам помогать и навещать вас.
― Но не переедешь с нами? ― Колин покачал головой. ― Но у нас тоже большой дом. И там есть бассейн на заднем дворе и батут. А еще кабинет. Тебе будет, где работать.
Ноа с такой горячностью пытался описать преимущества своего родного дома, что это вызывало глубоко в сердце одновременно и улыбку, и тоску. Ему так сильно хотелось иметь рядом мужчину, чтобы чувствовать себя в безопасности, что это доставляло боль, и почему-то я ощущала стыд. Как будто по своему желанию лишила племянника такой возможности. Будь моя воля, я бы никуда не переезжала и спала бы в постели Колина каждую ночь, как описывала супружеские отношения новая подружка Ноа. Но реальность далека от представлений детсадовцев, так что мне приходилось только терпеть, сжав зубы, и быть готовой к тому, как все будет дальше.
― Ноа, прости, но я не могу, ― отозвался Колин на просьбу ребенка.
Тот внезапно зарычал и оттолкнул руки Колина.
― Ну и не надо! Ты будешь жалеть, когда мы уедем! И плакать будешь! ― крикнул он, соскакивая с дивана.
Я рванула за ним следом и сжала племянника в объятиях, принимая на себя разгорающуюся истерику.
― Ш-ш-ш, малыш, тихо. Тихо, Ноа, все будет хорошо.
― Не будет! ― кричал он мне в плечо, крепко хватаясь ладошками за мой свитер и всхлипывая.
Колин сделал к нам шаг, но я качнула головой, давая понять, что он только усугубит ситуацию своим вмешательством. Он еще несколько секунд простоял, глядя на нас с Ноа, а потом развернулся и вышел. В комнату тут же вошла Вики с двумя пустыми коробками, а следом за ней Нора. Вики бросила коробки и обхватила Ноа со спины, крепко обнимая, а Нора прикрыла дверь и присела на диванчик, глядя на нас.
Истерика прекратилась через несколько долгих, мучительных минут. Вики, убедившись, что с братом все хорошо, продолжила паковать вещи, а я с Ноа на руках присела рядом с Норой.
― Ты приняла окончательное решение? ― спросила она.
― Да. Чего ждать?
― Не знаю, Лана. Я до последнего надеялась, что эта гарпия вылетит отсюда, а вы останетесь. Без вас дом снова будет напоминать склеп ― такой же холодный и безжизненный. До появления детей здесь так и было. Колин приходил практически только ночевать, остальное время пропадал на работе. А когда появились вы, он стал больше времени проводить дома и отдыхать. Я давно не слышала у него такого искреннего смеха, каким он смеется, проводя время с Ноа. С каким удовольствием он учит парнишку разным приемам в спортзале и рассказывает о машинах. Учит его быть мужчиной и стойко сносить все невзгоды. Даже предательство Кристины. ― Мы обе улыбнулись. Ноа тот еще ловелас, все девчонки в садике предлагают ему жениться на них. ― Поэтому я очень расстроена тем, что вы переезжаете. Ты мне прости мою дерзость, девочка. Я вроде как экономка и не должна так себя вести с хозяевами дома. Но за это время вы стали мне родными, и я так сильно прикипела к вам. А когда испытываешь такие чувства, субординация как-то стирается. Колин для меня как сын, а ты стала дочкой.